Бездна

Звук дыхания моего переносчика вдруг усилился, как если бы человек повернул голову. В следующий миг он произнёс очень короткую молитву, состоящую из единственного, крайне выразительного, но совершенно непечатного слова, и сопроводил её освобождением от условных оков.
Этот му… бросил мешок со мной и дал дёру!
Мало того, что мои конечности до сих пор продолжали пребывать в состоянии сонной неги, так ещё и ремни, плотно спеленавшие тело, препятствовали обращению меня в шустрого червячка. Я попытался катиться, но тут же понял, насколько это невыполнимо. Но жить очень хотелось.
«Вот и всё, – злорадно хихикнуло нечто внутри. – На каждую хитрую жопу…»
Мешок со мной ухватили за лямку и потянули вперёд. Судя по тяжёлому дыханию и глухим всхлипам, перевозчик определённо сменил гендерную ориентацию. То есть теперь меня тащила женщина.
К счастью для нас обоих, вход в пещеру находился совсем рядом, но когда Валентина (а это оказалась она) совершенно выбилась из сил, до вожделенной дыры оставалось ещё несколько шагов. И тут, не поверите, нашлась целая куча помощников, просто пылающих желанием спасти мою шкуру. Множество рук вцепилось в разные части моего мешка и втащили внутрь.
Я лежал на боку, но всё же физиономией в сторону выхода, поэтому кульминационная часть доморощенного блокбастера «Переполох в дурдоме» оказалась как на ладони. Единственное, что всё портило, так это заваленный ко всем местным чертям горизонт.
Итак, у всех, кто участвовал в забеге, нашлись веские аргументы, почему именно они должны первыми покинуть рушащийся мост. Ну и вообще его покинуть. И хотя охранники оказались гадами и продажными шкурами, болел я всё-таки за них. И они не подкачали.
К пещере и твари, и люди прибыли практически ноздря в ноздрю, после чего принялись решать, кто войдёт внутрь, а кто останется геройски погибать. Стрелять оказалось весьма непросто, ибо на узком пространстве перед входом тусовались десять бойцов и пара десятков зубастоголовых существ. Кстати, как теперь стало ясно, на тонких лапах у монстров имелись и присоски, и когти самого неприятного вида. В ход пошли ножи, с одной стороны, и когти – с другой.
Когда подобные моменты демонстрируют в кино, то обязательно включают рапид. И не жалуйтесь на заезженные методы: вживую подобная хренотень выглядит слишком быстро и совсем некрасиво: неразборчивая мешанина из чёрных человеческих силуэтов, остервенело машущих ножами, и коричневых паукообразных существ, громко квакающих и жужжащих циркулярками клыков. Полтора десятка секунд – и семь окровавленных бойцов ввалились внутрь.
Тут их уже ожидала самая лучшая награда: Диана чем-то клацнула на стене, и тяжеленная глыбина о двух кусках вновь стала единым целым, попутно расплющив череп особо настойчивому монстру.
– О-ох, …дь! – выдохнул один из спасшихся и, опустившись на колено, прижал ладонь к тёмному пятну на бедре. – Замотайте эту фигню.
Пока ему оказывали первую помощь, почти все молчали, поэтому я отчётливо слышал чей-то тихий голос, торопливо бормочущий слова молитвы. Это, приятель, ты выбрал не совсем правильное место.
Валентина, которая всё это время стояла рядом, изображая тяжело дышащую букву «Г», подошла ближе и склонилась ещё ниже, изучая моё лицо. Потом протянула руку к глазу, очевидно имея намерение поднять веко.
– Лапы убери, – тихо сказал я, взяв под контроль немеющие губы. – За то, что спасла, спасибо. Ну и за остальное тоже. Сука.
Лицо девушки окаменело, и, не сказав ни слова, Валя отошла. Теперь я мог видеть, как выжившие бойцы обрабатывают царапины, ссадины и кое-что значительно хуже. Судя по всему, досталось всем, никто не ушёл обиженным. Кроме охранников, в пещере ещё наблюдались совершенно сбитые с толку учёные и Диана с Пашей, явно ощущавшие себя победителями на празднике жизни. Ну-ну.
Пока Паша следил, чтобы все раненые получили необходимый уход, я смотрел на него и поражался метаморфозе. А ведь меня предупреждали! Даже вида прежнего дуболома не осталось, и, казалось, изменилось само лицо, более не напоминая морду тупого орангутанга.
Так, а у меня гости. Диана и чёртова Маруся подошли ближе, и неверная супруга умирающего олигарха кивнула помощнице:
– Прислони этот мешок с дерьмом к стеночке.
Мария, неожиданно ловко для своего, казалось бы, хрупкого телосложения, опёрла меня о стену.
– Ну что, хорёк, ещё есть желание пошутить, повеселиться?
Мы принялись играть в гляделки. Забавно, хотя меня и нашпиговали какой-то химической дрянью, полностью обездвижив, да ещё и сунули в мешок, но женщина сдалась первой. Кстати, я заметил, что Валентина ушла недалеко, стоит в паре шагов, наблюдая за нашим трио с той же каменной физиономией. Надеюсь, её мучили угрызения совести.
– Ещё зыркает! – Марусю, судя по всему, никакие угрызения совести не тревожили вообще. – Ничего, доберёмся до лаборатории, там я тебя по кусочкам разберу. Диана Станиславовна, когда вы нам принесли образцы его крови, я же нарадоваться не могла! Чёрт побери, да я свою кандидатскую на фиг забросила! Тут же материала на целую Нобелевку.
– Ты, …ядина, сначала доберись до своей лаборатории, – посоветовал я оргазмирующей девице, разом сбив с неё всю эйфорию. Люблю, понимаете ли, когда у подобных тварей морда начинает наливаться тревогой. – Прошлый раз, если меня не подводит память, процент вернувшихся был очень близок к абсолютному нулю.
– Это он о чём? – Мария повернулась к нахмурившейся Диане, а Валентина подошла ближе. – Вы же гарантировали, что всё будет в полном порядке.
– Так и будет, как обещала. – Мечта кукольника легонько стукнула мыском ботинка по мешку в том месте, где находились мои беззащитные гениталии. – А ты теперь будешь разевать варежку, когда я разрешу. Иначе я ведь могу и осерчать. А Паша, кстати, по молодости свиней кастрировал, так что может и освежить навык.
На меня внезапно накатила дикая бесшабашность, точно препарат, которым меня наширяли, имел некий побочный эффект. А может, так и было, судя по тому, что стены пещеры начинали переливаться золотом.
– Так вперёд! – хмыкнул я, ощущая пока ещё слабый, но уже заметный ток жизни в ногах. – Валяй; кастрируй, оскопляй, отрезай ноги-руки, голову тоже!
– Диана Станиславовна, – Валентина уже стояла совсем рядом, – желательно доставить его неповреждённым. Мало ли как повлияют на состав крови изменения в репродуктивной системе. Да ещё и в таких антисанитарных условиях.
– Дура ты, Валя! – выдохнула Диана и в сердцах стукнула мне по боку. – Естественно, никто этого козла резать не собирался. Но припугнуть-то стоило. Уж больно наглый, гад.
Я утробно захохотал и попытался пошевелить пальцами на левой руке, где ощущалось лёгкое жжение. Получилось. Теперь на правой. Ура! Скоро я вам всем, засранцам, покажу, как родину любить.
– Так что там с возвращением?
Вопрос Маруси совпал с глухим фырканьем подоспевшего Паши. Да, гомункулус здорово изменился, прибавив в интеллекте, и вблизи это стало заметно ещё сильнее. Но всё это никак не касалось того зверского взгляда, который громила адресовал лично мне.