Бездна

– Нужно пройти несколько километров. За полчаса. Не успеем – сдохнем. Кому что-то не нравится, остаётся и сдыхает здесь, но нервы мне не делает. Всем всё ясно? Нет? Вперёд.
Чёрт, теперь у меня точно украли все реплики.
Кто-то пытался возражать, Лаврентьев вновь завёл пластинку о «Не понимаю», однако время прений ушло. Всё это остальным путешественникам объяснили парни в чёрных комбинезонах, которые принялись равнодушно пинать тормозящих. Картина очень напоминала зрелище отары овец, подгоняемой волкодавами, и я не удержался от смешка.
Игнорируя вопрос Хробанова о причинах своего веселья, догнал Ольгу, как и все, нагруженную рюкзаком, и забрал поклажу. Парни, приставленные к жене, недобро покосились на меня, но возражать не стали. Видимо, пока что я никак их императивы не нарушил.
– Где мы? – с ноткой истерики в голосе выдохнула супруга, пытаясь успеть за бегущими людьми. – Что за чертовщина случилась со стеной? Что вообще происходит?
– Помнишь, рекомендовал тебе поспрошать у этого гада Феди? – Я пытался удержаться, но толика яда всё же вырвалась наружу. – Если, конечно, узнаешь, где этот гад спрятался.
– Прекрати. Был бы мужиком, послал бы всех на хрен. – Жена показала зубы. – Так что сам виноват.
– Естественно, все вы, мучители, так говорите. – Меня разобрал смех, но тут я уловил, как запыхавшаяся девчонка, почти незаметная под исполинским рюкзаком, бросила на меня страдальческий взгляд. – Эй, ты, давай сюда свой сундук. Давай, давай.
– Там точное оборудование, – принялось пищать молодое создание, но я всё же забрал вещь, не особо заботясь о содержимом. Один чёрт, оно, скорее всего, не потребуется.
– Всем помогать станешь? – съязвила жена. – Или только симпатичным молодухам?
– Хочешь, твой обратно отдам?
Она тут же надулась.
– Так вот, я этого дерьма уже хлебанул и теперь жру второй раз. Ты тоже вляпалась, а Федька где-то спокойно сидит и дует самогон.
– Сволочь! – совершенно искренне выдохнула жена и замолчала.
– Вы не скажете, – освобождённая от бремени брюнетка успела немного отдышаться, – где мы находимся? Трудно поверить, что в городской черте могут находиться неизученные пещеры подобной протяжённости. Да ещё и явный базальт, в нашем-то суглинке! – Она ткнула пальцем в стену, сочащуюся зелёной слизью, и парень, пыхтящий с другой стороны, тут же прибавил скорости, очевидно тоже желая выслушать ответ.
Да и пусть, мне не жалко. Очень скоро вся эта братия столкнётся с первыми монстрами и окончательно офигеет.
– Собственно, мы уже давным-давно не в городской черте. – Всё же хорошо быть таким сильным: можно свободно разглагольствовать, перетаскивая прорву тяжёлых предметов. – Да и вся эта фигня – вовсе не базальт. – А теперь торжественный момент: перерезаем ленточку и – та-дам! – Мы находимся в Бездне, как уже успел заметить уважаемый Сергей Николаевич.
Хробанов, прихрамывающий чуть впереди, услышал своё имя и, обернувшись, вопросительно приподнял бровь. Я кивнул ему:
– Всё в норме. Так вот, Бездна – это преддверие Преисподней.
Глаза у девицы поползли на лоб. Ольга, в принципе, осталась невозмутимой, ибо уже слышала это, а вот парень скорчил козью морду и отстал. Ну и дурак, а ведь мог получить ценную информацию.
– Преисподняя – это как? – не сдавалась девушка. – Простите, не представилась. Я Валентина Ложкина, ассистентка кафедры управляемых мутаций.
Под подозрительным взглядом Ольги я пожал протянутую руку, оценив её упругую твёрдость. Похоже, аспирантка занимается каким-то контактным видом спорта. Впрочем, это заметно и по мускулистым ногам, обтянутым синей тканью джинсов. Перехватив мой оценивающий взгляд, Ольга совсем помрачнела и принялась за дело.
– Давай переходи к делу, эксперт, – решила она поскорее расставить точки над «i». – Я – его супруга, Ольга.
В глазах девушки тут же вспыхнул насмешливый огонёк. Кажется, моя благоверная допустила тактическую ошибку. В любом случае мне сейчас совсем не до идиотского флирта. Близилось время, когда потолок примется рыдать кислотой и прилетят многокрылые зубастики.
– Преисподняя – это Ад, Пекло, место, где черти жарят грешников на тефлоновых сковородках и тыкают вилами, чтобы не пригорало.
Теперь обе уставились на меня, как на дурака.
– Вот только не знаю, к счастью или нет, но мы туда не попадём. Пока, по крайней мере. Бездна же – это много-много жутких пещер, наполненных всякой мерзостью: чудовищами, ловушками, провалами и другим неприятным контентом. Кстати… – Швырнув на пол оба рюкзака, в том числе и тот, что с точным оборудованием, я свалил спутниц на импровизированную подстилку, упал сам и лишь после этого истошно завопил: – Ложись!
Вибрацию я ощутил чуть раньше, а когда её сопроводил знакомый вой, исчезли последние сомнения. Горизонтальное положение я принял не столько из-за тварюк, сколько по причине того, с чем их прилёт связан. Я не знаю, как мой модифицированный организм реагирует на попадание разрывного заряда с магниевой сердцевиной, но проверять не хотелось.
Предчувствия не обманули.
Кстати, с безопасного места оказалось очень интересно следить за реакцией членов группы. Пока мои спутницы барахтались и недовольно взвизгивали, Самойлов и большая часть его подчинённых, ни мгновения не рассуждая, растянулись на ребристом тёплом полу. При этом они тотчас привели оружие в боевую готовность. Замешкавшиеся было уставились на своего лежащего начальника, но тут же последовали его примеру. Лифшиц стал на колени и, ткнувшись головой в землю, закрыл её руками. Хробанов, Паша и Диана прижались к стене, причём наша большая обезьянка сжимала в ручках агрегат, напоминающий мутировавший «узи».
А вот учёные меня не подвели: остались торчать в центре тоннеля и принялись вертеть головой в попытках сообразить, что за флешмоб происходит.
– Да падайте же, придурки! – заорал я, и несколько идиотов таки послушались, но опять же крайне неторопливо и с растерянными ухмылками на физиономиях – думали, играют в какую-то игру.
Ещё пару свалил Самойлов, дёрнув за ноги.
А вот остальным повезло значительно меньше.
Прижатые мной к земле особи перестали вырываться, и лишь Ольга бормотала что-то неприличное. Вот теперь я мог совершенно спокойно лежать и наблюдать, как в зелёной туманной мгле, в которой терялся ход, вспыхнули и начали стремительно приближаться несколько ярких точек. Увеличились они во мгновение ока: из маленьких огоньков в огромные крылатые чудовища!
Треск автоматов оказался настолько тихим, что я и не понял, в чём, собственно, дело. Сообразил, лишь когда одна из тварей закувыркалась и рухнула на пол. Остальные с жутким воем пролетели над головой. Какая-то тёплая дрянь брызнула в лицо, и поначалу я испугался, приняв жидкость за кислоту. Однако, когда начал торопливо вытирать, рассмотрел цвет и сообразил, что случилось.