До востребования, Париж
Кошкин дом – не французское изобретение. Мода пришла из Японии, где neko café существуют уже почти десять лет. Жизнь на островах тесная, квартирки маленькие, домашнее животное держать негде, вот и приходят изголодавшиеся по кискам люди в специальные общественные места, где кошки им оказывают знаки внимания.
Хозяйка первого Café des chats полгода потратила на то, чтобы раздобыть денег, арендовать место и рекрутировать кошек.
Для первого потребовалась поддержка котофилов. Им предложили вложиться – по-мелкому и по-крупному. Можно было дать безвозмездно евро. Равнодушных бессребреников нашлось пятнадцать. За 20 евро выдавали талон на будущий обед в несуществующем еще кафе. Понадобился 61 талон. За 25 евро приглашали на воскресный бранч – уже 146 желающих. Был вариант 600 – за это разрешали взять шефство над какой-нибудь из кисок. Хотите – Дженко, хотите – Халиди, Розу, Сашу, кто там еще скажет «мяу». В шефы записались трое. Тысячу – беспрецедентный взнос – не заплатил никто. Но в итоге деньги собрали, и даже с избытком.
Прием котов был невозможен без разрешения влиятельнейших организаций защиты животных. Они изучали предложения, рассматривали возможность направить в кафе на работу кошек из приютов. Я читал их комментарии, это абсолютный кошачий профсоюз. Их интересовали условия работы, места для отдыха, разве что не минимальная оплата и отпуска по беременности и родам. Чтобы последняя проблема не возникала, борцы за права всех кошек стерилизовали.
Открытия кафе ждали с нетерпением. Одни кричали «жду не дождусь!», другие недоумевали «а гигиена?», третьи строчили трактаты на тему, достойны ли люди общества кошек, а некий ветеринар из Тулузы выступал и говорил о том, что настоящим ученым давно известно благотворное воздействие «мурмуртерапии» и что урчание и вибрация на ваших коленях помогают выработке эндорфинов.
К кошкам и собакам в Париже отношение разное. Собаки бегают по улицам и виляют хвостами. Коты – домашние животные, которые сидят по домам, как красавицы из гарема.
У моей соседки живут три кота. Как зовут двоих, я даже не знаю, а вот имя третьего – Амадеус – я слышу в день по четыре раза. Он крикун, скандалист и обжора, при первой возможности он удирает на улицу, причем делает это так демонстративно, что ясно: он наслаждается тем, как его сейчас будут умолять вернуться назад. Когда на днях я оставил дверь квартиры открытой, он вломился ко мне, словно пьяный сосед, пришедший знакомиться, и в довершение сходства ушел не раньше, чем домашние явились его забирать. Вспоминая Амадеуса, я невольно задумывался, стоит ли идти в кошачий общепит.
Конечно, другого шанса встретиться с семейством кошачьих у меня нет. Одиноких кошек, желающих познакомиться, на улицах я здесь не вижу, как, впрочем, и уличных собак. Но с хозяйскими собаками хотя бы постоянно гуляют. Это тоже некоторая специфическая парижская проблема, потому что гуляющие псы совершенно не стесняются в своих желаниях. Париж обильно усеян собачьим дерьмом. Англичанин Стивен Кларк, немало поживший во Франции, написал по этому поводу целую книгу с говорящим названием «A Year in the Merde». [7] И хотя повсюду в отведенных для прогулки скверах висят мешочки с надписью «J’aime mon quartier, je ramasse» («Я люблю мой квартал, я собираю»), настоящих собирателей маловато.
Для выходящих в свет собак открыты огромные супермаркеты, где можно купить все – от поводка со стразами до свитерка якобы из кашемира. Но при этом парижские собаки не щеголяют одеждами, как-то среди них не принято наряжаться. Честно говоря, большинство из них ходят голыми, и такими их можно встретить в автобусе, в магазине и в том же кафе, которое при этом не становится немедленно «собачьим». Даже если собака к нему постоянно приписана. К примеру, в Nomades на площади Рынка Сент-Оноре живет большой и ленивый хозяйский пес, очень спокойный и воспитанный, но явно считающий себя хозяином не только кафе, но и всей площади в целом.
Создательница Café des chats лично записывала ролики и начитывала поэтический текст: «Холодно, дождь, Париж окрашен серым, вы входите в кафе и чувствуете запах горячего шоколада и свежеиспеченных маффинов…» Мне хотелось ее спросить о запахе кошек, но я не осмелился сделать это в Сети – и предпочел явиться на место.
Улица Мишель Ле Конт вокруг кошачьего кафе выглядела довольно заброшенной, лавки китайской чепухи, еврейская скупка золота и негритянские сувениры – вот и вся торговля вокруг. До самого Центра Помпиду никаких других достопримечательностей не было, зато у витрин Café des chats толпились люди, до последнего надеющиеся в него попасть.
Все-таки у журналистов есть свои привилегии – на улице нас не оставят. При входе меня ознакомили с правилами. Понятно, зверей не кормить. Перед едой (не после!) тщательно обработать руки спиртовым гелем. Не подзывать кошечек, а терпеливо ждать, пока они сами соблаговолят подойти к вам. Не засиживаться после того, как кошки с вами побеседовали. И главное, ни в коем случае не оставлять открытой входную дверь – чтобы не давать кошакам опасных иллюзий.
Внутри было обычное кафе из тех, что во множестве открыты в Марэ, – грубые красивые каменные стены, никакие столы и стулья. Котики не то чтобы работали самозабвенно, в Париже и вправду было серовато и холодновато, поэтому работницы предпочитали отлеживаться в маленьких корзинках и на предложение познакомиться отвечали не лечебным мурлыканьем, а тяжелым неприятным молчанием.
Это было очень мило, но напомнило мне какой-нибудь массажный салон, куда тебя зовут расслабиться и получить немыслимые удовольствия от прекрасных Дженко, Халиди, Розы и Саши, но те не в настроении после вчерашнего и не спешат вас развлекать.
Даже я – не самый пылкий любитель котиков – увидел в этом большой маркетинговый потенциал. Практику кошачьих кафе можно было бы распространить. К примеру, вы живете тесно и не можете держать дома девушку, тогда вы приходите в специальное кафе и за чашечкой горячего шоколада предаетесь мурмуртерапии.
С большим трудом две кошки дотащились до моего стола и посмотрели на меня с немым вопросом: «Ну чо?»
– Хотите свободы? – сказал я им. – Там, за дверью, Париж сер, но по улице Мишель Ле Конт лежит путь к независимости. Я могу оставить дверь приоткрытой. Хотите это, кошки? Пойдемте-ка со мной.
– Ах, нет, – сказали кошки, – останемся мы тут.
Пора в кровать#монпарнасскоекладбище #парижскийадрес
В ресторане Chez Papa, на улице Гассенди, где кормят утиной ножкой и кассуле, висит стандартное объявление: «Просим не шуметь на террасе, чтобы не мешать соседям». Соседям трудно помешать. Рядом – Монпарнасское кладбище. Соседи, соответственно – Бодлер, Сартр, Кортасар, Цадкин, Ман Рей, Жак Деми и Мопассан.
На Монпарнасское кладбище приходят как в музей, художественный, исторический, литературный. Чаще всего – к Сержу Генсбуру, думаю, соседи ему завидуют.