Бывшие. Уже не вернуть

– Ты в обычных вещах и без косметики выглядишь немного младше, чем мне вчера показалось.
– Да, ты не один так считаешь. Но я продолжаю утешать себя мыслью, что в сорок продолжу выглядеть максимум на двадцать пять.
Нил снова улыбается.
– Уверен так и будет.
– Мне восемнадцать, – произношу я, видя, что он не решается спросить.
– О. – Губы его округляются, но больше Нил не выдает никакой реакции. А я почему-то подвисаю на этом зрелище. И долго не могу уточнить:
– А тебе?
– Двадцать четыре.
Двадцать четыре! В моем восприятии это не один из мальчишек-студентов с факультета, как, например, Денис. А уже взрослый мужчина!
– Арин, рад был помочь. Пожалуйста, будь осмотрительнее в следующий раз, – проникновенно просит он. И выхватывая начинающий трезвонить телефон из кармана брюк, одними губами шепчет: «Пока».
Затем падает на кожаное сидение и даже не оборачиваясь заводит машину.
Боюсь даже дышать и честно признаться самой себе: я действительно ожидала, что он попросит разрешения мне позвонить?!
 
Глава 6
 
После летних каникул занятия в универе начались всего неделю назад. Немного жаль ушедшего лета, но оно еще откликается даже в нежеланном начале сентября ярким теплом в душе и согревающим послеполуденным солнышком. Денис сегодня на учебу явился с опозданием: помятое лицо и немного неряшливый вид свидетельствуют о том, что он снова проспал и собирался впопыхах.
В голове мелькает неуместная мысль: Ден провел эту ночь в гордом одиночестве или нет? Хоть и запоздало, но признаю: мне это не интересно. Совсем. Я уже видела достаточно такого, что успешно отвернуло меня от бывшего парня.
– Ариш, ты меня избегать долго будешь? – догоняет протяжный голос Дена, когда преподаватель наконец объявляет об окончании сдвоенной пары, а я торопливо складываю в сумку тетрадь с блоками.
Всего на секунду рука замирает в воздухе, и тут же пальцы сами тянутся к молнии. А я пытаюсь осознать, что происходит внутри, когда Ден вновь так чувственно проговаривает мое имя.
Это так странно. Я думала, что нежно и искренне влюблена в него. Ждала встречи или звонка. Искала в его глазах, словах и поступках то, чего на самом деле не было. Отрезвление наступило неожиданно. И мне совсем не жаль. Теперь по отношению к Дену в душе осталось лишь непонимание: я чувствую непонятой себя, не понимаю его. В груди полыхает чувство, что меня не ценили и не дорожили мной. Изнутри покусывает разочарование. Но не в Денисе. А в себе. Потому что я верила, надеялась, строила воздушные замки и… ждала. Чего-то волшебного, яркого, трепетного, волнительного. Одного на двоих. Чего-то чудесного и непередаваемого. Такого, чтобы ни с кем не делиться, а забрать себе все без остатка. Такого, когда сердце пропускает удар, а душа рвётся на части. Но у нас с Деном оказалось не так: жалкая подделка, неудобоваримый суррогат, фальшивка вместо настоящих чувств. Не ощущаю ни злости, ни боли, ни обиды. Жаль потраченных эмоций и времени.
– Я не избегаю, – роняю тихо: не люблю сцены. Мне кажется, что на нас таращатся все одногруппники. Мы с Деном стали встречаться в конце прошлого курса, и это вызвало массу недовольства у женской половины «доблестного» коллектива. Я представляю их колкие взгляды, злобный смех и насквозь пропитанные ядом усмешки: «Не прошло и полгода…»
– Я тебе обзвонился, Арин, ты ни разу не ответила и не набрала сама.
– Значит, у меня были на то причины. Пропусти, пожалуйста, – прошу я Дена и киваю ему за спину: он загородил собою проход, и мне никак не протиснуться между крепким телом и столом.
– Для меня это ничего не значит, – настаивает Ден, пристально глядит мне в глаза исподлобья.
– Завидую, конечно, твоему пофигизму, – замечаю я вскользь и все же решаю постараться и пройти мимо спортивного торса.
– Да я тебе серьезно говорю!
Его ладони дерзко приземляются на мои хрупкие плечи, а пальцы почти до боли сдавливают косточки. Глаза Дена мечут молнии.
 
Со всей серьезностью, смело встречая его раздражённый взор, я отвечаю:
– Мне это уже неинтересно.
– Прекращай, – рычит Ден.
– Это ты прекращай. Делаешь из нас посмешище.
Безмолвный зрительный бой длится несколько секунд.
Ден внезапно перехватывает мою руку и тащит меня к выходу из аудитории.
В многолюдном коридоре он прижимает меня к стене, опасно налегая всем телом. Когда лопатки врезаются в стену, а неприятный холодок начинает покалывать кожу, мне становится не по себе.
– Ты что, хочешь, чтобы я на коленях перед тобой ползал?! – возмущается Ден.
– Ой, избавь меня от этой постыдной картины, – упираюсь я пальчиком ему в грудь, брезгливо отталкиваю, при этом неприятно морщусь, как будто трогаю протухшее мясо.
– Блядь, Ариш, ну сорян! Да, реально хуево вышло!
– Аллилуйя, Ден, может, в следующих отношениях ты будешь предусмотрительнее и не спалишься так глупо.
– Ариш, – его глубокий голос вызывает во мне бешеную неприязнь. Как только я ощущаю привычное тепло на талии, тут же сбрасываю с себя наглую мужскую ладонь. – Ты что говоришь-то такое? В каких следующих?
– Тебе лучше знать. И вообще, будет прекрасно, если уберешь руки и перестанешь меня задерживать. За мной машина приехала. Папа дома ожидает, а ты ведь знаешь… – напускаю я на себя таинственный вид, сдерживая улыбку.
– Он очень-очень не любит, когда ты задерживаешься. Я в курсе… – цедит Ден.
Я утвердительно киваю.
Да, папка у меня строгий. Но что поделать, я с детства привыкла к непреложным правилам.
– Может, тебе для разнообразия хоть иногда стоит делать что-то вопреки словам отца?
– Мммм… ну тут не знаю, Ден. По разнообразию – это скорее уж к тебе.
Я думала, он в запальчивости решит съязвить в ответ. Но Ден показушно медленно падает на меня, в последний момент согнув локоть, упирается им в стену возле моего лица. Наклоняется неприемлемо близко.
– Погнали, домой отвезу, недотрога.
И обжигает меня одной из своих самых обворожительных улыбок.
Растягивая дрожащие в напряженной ухмылке губы, я тянусь к Дену еще ближе и шепчу ему на ухо, согревая теплым дыханием. Самодовольно заявляю:
– Ты этажом ошибся. Туалет ниже. Там себе подружку на сегодняшний вечер и поищи.
Отталкиваю парня, не дожидаясь неминуемой расплаты: поскорее убегаю, в надежде, что Ден не последует за мной.
В машине я достаю из сумки телефон. Откинувшись на сиденье, долго кручу его в руках, пытаясь убедить себя, что не произошло ничего особенного. А случайная встреча и золотистые искорки в темно-карих насмешливых глазах совершенно меня не взбудоражили. Но… тщетно.
Я сохранила номер Нила. И зашла в мессенджер, нарочно найдя в списке контактов его. Полвечера вчера любовалась выставленной там фотографией: чарующей счастливой улыбкой, завораживающим взором, непокорной копной темно-каштановых волос, кусочком джинсовой рубашки.
Наверное, совершаю ужасную ошибку: никогда в жизни я не проявляла инициативу в общении с противоположным полом! Но сейчас пальцы сами бесстыдно тянутся к экрану, находя его имя. Если я просто позвоню и поблагодарю Нила еще раз… ну ничего страшного ведь не случится!
Что?! О боже!!! Я нажала на вызов!!! Черт! Звонок уже прошел! Что я ему скажу-то, господи?! Вот дура, а!
Пальцы судорожно впиваются в металлический корпус, когда я подношу телефон к уху. Сердце колотится в горле, я судорожно сглатываю слюну, ощущая, как язык во рту становится неповоротливым.
А если Нил вообще мне не ответит?! А если он с девушкой?! Ну зачем я только в телефон полезла?!
Длинные гудки в трубке с каждой уходящей секундой заставляют панику нарастать. Мне уже почти нечем дышать, волнение сковывает и отнимает возможность связно мыслить. И когда я решаю, что ответа уже точно не последует, гудки неожиданно обрываются, а вместо них из динамика раздается четкое и уверенное: