Кости и камни
– Давненько тебя не было видно, парень.
Винни был в поварском переднике, таком чистом, как будто ткань никогда не знала ни единого грязного пятна. А вот тряпка, о которую Винни вытирал руки, была такой грязной, как будто не стиралась с начала времен.
– Привет, Винни, – Винсент спрыгнул с мусорного бака и подошел. – Твое опоздание точно, как часы.
– Теперь еще скажи, что я ничуть не изменился.
– По правде говоря, не очень. Хотя вряд ли тебе интересен такой обмен любезностями.
Винни хмыкнул и, не глядя, выкинул тряпку в мусор. Похоже, он и захватил ее с собой только для этого.
– Ты знаешь, парень, я никогда не был образцом вежливости, а вести светские беседы твой конек, не мой.
– Ты даже не представляешь, как я их ненавижу.
– Отчего же? Представляю. Ты всегда был горяч, к месту и не к месту. Забывая, что многие проблемы можно решить разговором.
Слушать о дипломатии от увольня Винни всегда было немного странно, но Винсент хорошо понимал, о чем тот говорит. Вопреки легендам, он никогда не видел Винни повышающим голос и уж тем более поднимающим руку. Его всегда больше привлекала информация. Поэтому работая у Гарольда, он всегда был в курсе всех последних новостей, как законных, так и не очень.
– Слышал, тебя подстрелили.
Винсент посмотрел на Винни с удивлением. Не то чтобы его удивил тот факт, что тот в курсе – не было вещей во всем городе, о которых Винни не знал бы. Его удивило просквозившее в голосе старого знакомого уважение.
– Было дело, – кивнул Винсент. – Прошлое неожиданно вернулось с пистолетом и желанием, чтобы я истек кровью.
– Жаль, твое прошлое не было в курсе, насколько ты живуч.
– О да, это определенно умение, которое помогает мне в жизни! – Винсент хрипловато рассмеялся. – По крайней мере, фокус не удался, я все еще жив.
– Рад этому.
Винсент не сомневался, что Винни до сих пор в курсе всего, что происходит с Уэйнфилдами. Просто потому что он всегда в курсе всего.
– Как там Пэм? – Винсент наконец-то вспомнил, как зовут дочь Винни.
– В следующем году заканчивает колледж, – в голосе увольня отчетливо проступила гордость. – Но ты ведь ко мне не поболтать пришел, да, парень?
– Ты как всегда проницателен. Мне нужна любая информация о человеке. О том, кто давно считался мертвым, но таковым вовсе не является.
– Назови мне имя.
– Анна Веласкес.
Винни нахмурился:
– Зачем она тебе? Эта дамочка всегда была немного того, а уж если она решила считаться мертвой, пусть таковой и остается.
– Был бы рад, если оставалась. Но именно она в меня стреляла.
Винни явно удивился. Так что его кустистые брови на миг взлетели вверх, поломав ровную линию. Но быстро вернулись в исходное нахмуренное выражение.
– Я не знаю, где она. Слышал кое-какие слухи… но давно уже ничего определенного.
– Что это значит?
– Либо она наконец-то на самом деле умерла…
– Что маловероятно.
– …либо уехала за город.
Губы Винсента сами собой сложились в «о». Единственное место за городом, которое сразу приходило ему на ум – это Дом. Неужели Анна до сих пор там? Она всегда знала, где хранился ключ от входной двери, и уж точно была в курсе, что братья не жаждут туда возвращаться. Правда, если она и в Доме, то уже после ранения Винсента.
– А какие слухи до того, как она исчезла с твоего радара? Ты не очень-то удивился, что она жива.
– Слышал об этом. Поговаривали, будто она только изобразила свою смерть. Причем не очень умело. Не знаю, что там в бумагах, но с торговым агентом, который занимался продажей ее работ, мисс Веласкес на связь выходила.
– Предусмотрительная стерва.
– Так что деньги от продажи ее фото она получила. По крайней мере, свою долю. А уж в каких отелях и под каким именем она жила, я не интересовался. Хотя ходили слухи, будто она связывалась и кое с кем из твоих старых знакомых.
Под «старыми знакомыми» Винни явно имел ввиду людей, подобных ему.
– Увы, давненько я не общался с этими старыми знакомыми, – проворчал Винсент.
В ответ Винни хохотнул, искренне и грубовато.
– Да я слышал, старые привычки неискоренимы. Не ты ли ошивался не так давно в клубе Дэнни?
– Ровно до того момента, пока не узнал, что этот ревнивый ублюдок убил моего друга.
– Твой друг трахал его девочку.
– Еще вопрос кто кого…
– Как бы то ни было, я слышал, Дэнни смылся с новой девицей, одной из его любимых танцовщиц.
– Лили? – удивился Винсент. Он сразу понял, что это имя не знакомо Винни, но именно так он и узнает информацию. Винсент не видел ничего страшного в том, чтобы ему рассказать. – Лили была любимой танцовщицей Дэнни. Понятия не имею, заставил он ее силой, угрозами, или она же сама его и соблазнила.
– Девушки изменчивы.
Стоя спиной к металлической двери, Винни сунул руки в карманы. Он ничего не говорил, но Винсент и так хорошо знал этот жест – он означал, что время заканчивается, и стоит сворачивать разговор. Винсент и сам не мог бы сказать, получил он слишком мало информации, или наоборот, больше, чем мог вообразить.
– Последний вопрос, Винни. У кого нынче можно быстро и чисто купить оружие?
– У Лейтона все также самая хорошая лавка. Со всеми документами, все чисто. Но разрешение-то на оружие у тебя есть?
– Конечно, – улыбнулся Винсент, – еще то самое, что в свое время виртуозно рисовал Микки.
Винсент не знал, что примерно в это же время его сестра испытывает примерно те же ощущения, что и он. Но с куда меньшим комфортом.
Она стояла посреди комнаты Морган и не знала, что теперь делать. Та ее, конечно, впустила, а когда Анабель сказала, что вообще-то хочет поговорить с Адамом, Морган только кивнула, как показалось девушке, с печалью. Но препятствовать не стала. Морган провела ее в комнату и оставила наедине с Адамом, пробормотав, что поставит чайник.
Анабель теребила в руках маленькую сумочку и ощущала себя совершенно неуместной. Она отказалась от любимых ею кружев и предпочла простые черные джинсы и майку. Но все равно ощущала себя куклой Барби, впервые попавшей в реальный мир.
Гостиная Морган была небольшой, но аккуратной. Тем не менее, ощущалось, что настоящий здесь хозяин – мужчина, который сейчас сидел за столом у дальней стены. Он перебирал какой-то разложенный механизм, и Анабель не имела ни малейшего представления, что это.
– Добрый вечер, – вежливо поздоровалась она, совершенно растерявшись.
Адам оказался примерно таким, как она его себе представляла. Весь поджарый, собранный, с щетиной и в старой футболке. Он поднял голову, смерил Анабель равнодушным взглядом и вернулся к своему механизму.