Возмутительно желанна, или соблазн Его Величества

Он придумал гениальный ход — назначить ее штатным магом. А что? Ей действительно нужно учиться управлять своим даром, пока остальные артефакты еще целы. И отпустил. Не стал обрушивать на нее новый поток информации. Не стал требовать немедленных объяснений. Им обоим нужно время. Каждому есть о чем подумать. Он готов был подождать. Несколько часов. До рассвета…
    
Глава 80. Я не предам…
… Тонкое обоняние способно учуять обмен парфюмами.
Эта последняя фраза в записке Пьелины-Элайзы не давала Полине спокойно заснуть. Слова звучали очень туманно и нелепо, но все же Поля сообразила, что имелось в виду. Обмен парфюмами — это обмен душами. А кто его учуял? Видимо, Рональд. Дальше проще. Полина догадалась, что Пьелину-Элайзу вызывали к королю, и между ними состоялась беседа. Из этой беседы Пьелина и сделала вывод, что Рональд обо всем догадывается. Наверно, задавал ей соответствующие каверзные вопросы. Вряд ли Пьелина проболталась, иначе уже была бы в казематах. Она поспешила предупредить Полину, чтобы была осторожней. Да только поздно. Полина уже выдала себя. Не специально, конечно. Но что она могла противопоставить железным аргументам Сферы Гольца?
Полина прокручивала в голове разговор с Рональдом и с ужасом осознавала, что тот, видимо, с самого начала уже подозревал, что перед ним не Пьелина. Поэтому так злился — понимал, что Полина ему лжет. Поэтому так победно сверкали его глаза, когда Сфера разрушилась — он окончательно убедился, что прав. Но вот дальше повел себя очень странно. Логично было бы тут же отдать приказ отправить Полину к дознавателям. Он же действовал совершенно по-другому. Ни с того ни с сего назначил лгунью придворным магом. Что за странную игру он затеял? Полину мучили жутковатые предчувствия. Наверно, Рональд решил, что отправить Полю в казематы — это слишком мягкое наказание, и готовит что-то более изощренное.
Тревожные мысли сменялись еще более тревожными. Полина вдруг осознала, что если Рональд догадался об их с Пьелиной обмене, значит, понял еще одну вещь. Понял, что той страстной ночью в охотничьем домике у камина, он осыпал поцелуями не Элайзу, а ее. Какая, должно быть, сумятица творится сейчас в его голове. И эта сумятица только усиливает его гнев. Ох, Полинка, ждет тебя грандиозная расплата. Хорошо хоть успела выторговать защиту и покровительство для Глори.
Когда панические мысли чуть отхлынули, Полина начала думать, что ей делать в сложившейся ситуации. Сбежать? Бесполезно — поймают. Да ей, в общем-то, и бежать-то некуда. Попробовать воспользоваться шкатулкой? Пробраться с помощью нее к Рональду, как хотела перед тем, как получила записку от Пьелины? Но теперь эта идея казалась еще более рискованной. Узнает ли Полина, благодаря вылазке, что-то полезное — большой вопрос, а вот выдать себя и вызвать еще больший гнев короля у нее запросто получится. Поля забылась тревожным сном, так и не придумав беспроигрышного решения.
Проснулась она очень рано. Край неба еще даже не начал алеть. Полина прекрасно помнила, что ей велено быть у короля с рассветом. Привела себя в порядок и облачилась в простое удобное платье. Уже собиралась выходить из покоев, как пожаловала прислуга.
— Я Карли. Меня приставили прислуживать вам, — объяснила молоденькая опрятная девушка и, густо порозовев, передала Полине большую картонную коробку. — Его Величество отдал распоряжение, чтобы вы надели вот это.
Поля раскрывала коробку с опаской. Что там? Честно говоря, промелькнули самые невероятные мысли. Содержимое и в правду оказалось неожиданным, но, к счастью, не таким, как подумалось Полине. В коробке обнаружился элегантный утепленный костюм для верховой езды — из благородного бархата шоколадного оттенка, с богатой меховой оторочкой.
Карли бросилась помогать переодеваться. Полина приняла ее помощь безропотно, потому как голова была занята разгадыванием головоломки. Почему костюм для верховой езды? Что задумал Рональд? Тревога и волнение, которые и без того держали в плотных тисках со вчерашнего вечера, усилились еще больше.
На выходе из покоев Полину поджидали двое гвардейцев. Наверное, всю ночь тут дежурили — сторожат.
— Госпожа Пьелина, Его Величество просил проводить вас к нему.
Полина последовала за офицерами. А что ей оставалось? Она даже не удивилась, что ведут ее не в кабинет короля, а к выходу из дворца. Ну, в самом деле, если бы Рональд собирался беседовать с ней в помещении, зачем бы настаивал на этом почти зимнем наряде?
Спускаясь по ступеням в один из внутренних двориков королевского дворца, Полина заметила невдалеке Рональда, который держал под уздцы двух скакунов. Черт! Ну, что же он все-таки задумал? Чем дальше, тем страшнее. Сердце замирало в груди от дикого уже неконтролируемого волнения.
Гвардейцы подвели к королю и испарились. Эх, Полька, помирать, так с музыкой. Чего ты тупишься, изучая носки своих сапожек? Она подняла на Рональда глаза. Наверно, сильно резко вздернула голову. Та, бедная, аж закружилась.
Он смотрел на Полину, как всегда — невозмутимо. И от его невозмутимости у нее привычно мурашки побежали по телу. А еще сегодня он почему-то был дьявольски красив. Мужественный, благородный, уверенный. Ох, что же задумал этот дьявол? Какую страшную казнь?
— Вы умеете ездить верхом?
Полина не знала. Подозревала, что умеет. Ведь должна же быть какая-то память тела. Пьелина-то наверняка вполне хорошо держалась в седле. Здесь принято учить верховой езде девочек-аристократок.
— Если нет, поедем на моей лошади вдвоем.
Ой, нет, Ваше Величество, уж лучше Полина сама.
— Умею, — произнесла она, как можно уверенней. — А куда мы едем?
— Не скажу.
Полина не поняла, чего в его голосе было больше: то ли насмешки, то ли угрозы. И это ее слегка возмутило. Она, конечно, заслужила наказание, но имеет же хотя бы право на то, чтобы знать какое.
— Почему не скажете?
— А почему я должен отвечать на ваши вопросы? — опять эта странная интонация в голосе — Вы же не считаете нужным правдиво отвечать на мои.
Он приблизился к ней вплотную. Пришлось запрокинуть голову еще выше, чтобы не терять контакт с его глазами. Полине, конечно, грозила страшная кара, но когда она смотрела в эти серые невозмутимые внимательные глаза, ей начинало казаться, что этот мужчина никогда не причинит ей вреда. Страх утихал… правда, другое, не менее опасное чувство, набирало обороты.
Он обхватил за талию и легко, словно пушинку, подсадил в седло. Полина ощутила себя верхом на скакуне достаточно уютно. Видимо, права оказалась насчет памяти тела.
Рональд тут же вскочил на другую лошадь и направил ее к воротам. Полина последовала за ним. Руки и ноги знали, что делать — скакун послушно выполнял команды. Рональд выбрал неспешный ритм, и у Полины с легкостью получилось подстроиться. Вот так плавно и спокойно они и спустились с холма, на котором возвышался королевский дворец.
Оказывается, конные прогулки имеют терапевтический эффект. Полина ощутила, как постепенно отступает волнение. Сердце все равно, конечно, отстукивало неровный ритм и щеки пылали румянцем, но на душе стало спокойнее. Казалось, ничего плохого таким замечательным утром произойти не может. С покрытого рваными сиреневыми рассветными облаками неба слетали редкие удивительно симметричные снежинки. Опускались на землю плавно и безмятежно. Ветра практически не было, чтобы гнать их и сбивать в стайки.