Буревестник

Жизнь стала целой и сладкой.
Прижавшись к Илье, я наслаждалась твердостью его груди и бедер. Меня пробила дрожь, когда его руки скользнули по моему телу. Он обхватил меня за затылок и положил. Не переставая меня целовать, он спустился языком к моему животу. Я вновь вздрогнула и стала влажной, готовой стать его.
Его губы двинулись вниз, и я затаила дыхание: сейчас он сделает то, что еще никто не делал! Он опустился передо мною на колени и, обхватив меня за талию, дерзко притянул меня к себе. От его жаркого дыхания мои соски затвердели. Когда его язык нашел мое лоно, я беспомощно выгнула спину, требуя еще больше ласк.
— Я никогда так не терял контроль… — признался Романовский, и в его руках зашуршала обвертка защиты.
Илья медленно и легко накрыл меня своим телом, раздвинул ноги и пристроился одним ловким движением. В один миг, найдя вход в мое лоно, он ворвался внутрь моего нежного мира, преодолевая тонкое препятствие.
Я замерла от шока и боли. Чувство наполненности ошеломило меня. Огромный царь завоевал меня! По моим щекам потекли слезы, и я инстинктивно попыталась оттолкнуть его.
Илья удивленно посмотрел на меня, в то время как его бедра устремились снова вперед. Я пыталась расслабиться, но боль затмила удовольствие.
Он нежно поцеловал меня и прошептал:
— Двигайся вместе со мной, — уговаривал он. — Обхвати меня ногами. Да, вот так.
Но мне стало трудно дышать от боли, и я начала дрожать.
— Не могу… Мне больно… — прошептала я сквозь слезы.
Илья замер. Он нежно заключил меня в объятия и прижал к себе. Мое лоно саднило и пульсировало от вторжения. Слова, которые он мне шептал, ускользали от моего сознания.
А потом он начала снова медленно и осторожно двигаться во мне. Я перестала плакать, и через некоторое время наше прерывистое дыхание было единственным звуком, которое наполняло юрту.
Наконец он резко дернулся и задрожал. Упершись лицом в мою шею, он вытащил из меня своего зверя и слегка отодвинулся, освобождая меня. Тяжело дыша, Илья посмотрел в мое влажное от слез лицо.
— Обещаю, в следующий раз не будет больно! — он потерся своим носом о мой и довольно улыбнулся.
Романовский сгреб меня под себя, накрыл нас одеялом и обнял. Я хотела отодвинуться подальше. Мне вполне хватило того, чего он со мной сделал. Но он не опустил, лишь еще крепче прижал к себе.
 
    
ГЛАВА 12
Что Романовский сделал со мной?
Кроме того, что лишил девственности…
Но я не об этом.
Никогда еще не чувствовала такой умиротворенности!
Словно между сознанием и чувствами возник баланс. Как будто все плохое исчезло — и теперь в моем мире царил покой. Разум больше не сопротивлялся, поступила ли я правильно или нет, а полностью подчинился теплому вдохновляющему чувству…
Влюбленность! Или просто вправду старые чувства проснулись?
По лицу потекли слезы. Илья сделал меня своей!
Даже если я и не знаю, что будет дальше между нами… Страшно подумать, что будет, когда Романовский узнает правду об клятве первой ночи…
Но пока у меня есть время подумать о нем. Просто подумать.
Мне кажется, я его никогда не забывала, а все это время продолжала любить. Такое ощущение, что промежуток длиной в пять лет стерся…
Мы никогда не расставались!
Я повернулась и стала рассматривать лицо спящего жениха. Он такой красивый! И сейчас кажется таким спокойным и нежным. Даже не верится, что он может быть грубым мужланом.
Интересно узнать его реакцию, когда он увидит меня. Я слышала от девчонок: такой мужик предпочитает, чтобы ты свалила прежде, чем он проснется. Но я никуда не собираюсь, наоборот, мне кажется, я сегодня весь день проведу в постели.
После близости у меня внизу очень саднило. Как вспомню медвежьего великана, так мурашки по коже. Как такое чудо поместилось в меня?
Я попыталась разбудить Илью, поцеловав несколько раз в губы, пока он не издал легкий стон.
Он потянулся ко мне, прижал, и его рука скользнула по моему телу, оставляя теплый приятный след. Жених слегка приоткрыл глаза. О боже, какие они томно- губительные! Я улыбнулась ему, и он, широко распахнув глаза, улыбнулся в ответ. Но затем Илья сморщился, словно он боли.
— Яришка, что ты со мной сделала? У меня все тело болит! — простонал он.
— To же самое я могу спросить и у тебя!
Илья широко улыбнулся, закинул мою ногу на себя, и зарылся в моих волосах.
Его умелые пальцы сразу же нашли дорогу к месту, которое болело от вторжения Медведя.
Но я задержала его и отодвинулась.
— Не нужно… Вчера хватило…
— Вчера не считается! Это было совсем не то, когда оба получают удовольствие и кричат от кайфа, — прошептал Илья мне нежно в ухо.
Я продолжала играючи убирать его напористые руки от нежного места.
— Я болею… Перестань! — я присела и облокотилась об подушку. Осмотрелась в поисках своей одежды. Никогда так сильно не хотелось в душ.
Илья отступил, тяжело вдохнул и потянулся. Он погладил меня по спине.
— Не переживай, пройдет!
Я повернулась и посмотрела на него. Он широко улыбался.
— Снова будешь все исправлять, как всегда?
Илья присел рядом, потянулся к своим штанам и вытащил пачку сигарет.
— Конечно! Я хочу услышать от тебя, как ты кричишь: «Пожалуйста, еще»! — Илья поцеловал меня в плечо и закурил.
Я рассмеялась.
— Какой же ты самоуверенный! У тебя этого хоть отбавляй! — я накинула шелковый халат: белье одевать не буду, схожу в баню.
— Я просто знаю, чего хочу, в отличие от некоторых! — пошутил Илья, выпуская дым. Я хотела сказать ему, что в юрте не курят, но разве это его остановит?
— Ну и что дальше? — я завязала халат кушаком. — Между нами…
— Тебя это так сильно дергает, да? — он докурил сигарету и потушил ее об опорный столб. Затем он тоже встал и натянул штаны. Кажется, ему не понравился мой вопрос.
Я подошла к нему и положила ему руки на плечи.
— Конечно, как любую девушку!
Он обнял меня за талию.
— Ты не любая, и это знаешь! — Илья нежно поцеловал меня. — Ты теперь моя! Ты это хотела услышать?
Я не смогла устоять перед его нежными, по-медвежьи властными поцелуями. И отдалась приятному чувству, от которого у меня все сжалось внутри. Странное ощущение внизу, так болит нежное место, но и одновременно требует продолжения… Как же плохо я знаю свое тело!
Но тут нам помешали, кто-то громко позвал Илью за пологом юрты.