Талисман валькирии
— Это дарственная, подписанная господином Бергманом, которую мы с ним составили во время опроса. Он передает вам свое имущество, автомобиль и все вещи в квартире. Вам остается только подписать, и можете забрать имущество, — следователь положил на стол ручку и связку ключей от автомобиля и квартиры.
— Я не буду ничего подписывать, что вообще происходит? Я немедленно еду к Сигге, я хочу знать, что с ним случилось.
Клео метнулась было к двери, но Трой догнал ее и, крепко держа за плечи, посмотрел в глаза:
— Стойте, да подождите же вы. Вы не можете больше его посещать, мне очень жаль, но ваш друг потерял рассудок. Его держат в отдельной палате, он очень агрессивен.
Мужчина стоял так близко, что она чувствовала запах табака, смешанный с ароматом одеколона, и видела каждую морщинку на загорелом лице. У Клео пробежали мурашки по спине и перехватывало дыхание. Но после услышанного она чуть не расплакалась, и ей почему-то захотелось, чтобы мужчина крепко обнял ее и пожалел. Но вместо этого следователь убрал руки и вернулся к столу.
— Если не хотите подписывать документ, скажите — я уйду и больше не побеспокою вас.
Клео ничего не ответила, в голове был туман, мысли путались, и она все еще не верила следователю. Девушка подошла к столу и размашисто поставила подпись на документе.
Мужчина тоже ничего не стал говорить. Он положил вторую копию документа в папку и, надев затемненные очки, ушел, бросив на прощание вежливое, ничего незначащее «до свидания».
Клео села и тихо заплакала. Ей было до ужаса жалко бедного Сигге. Но еще больше она жалела о том, что разговор со следователем не сложился. Девушка наивно ожидала, что они обменяются номерами. Возможно, она бы позвонила, пригласила в кафе и, набравшись смелости, рассказала про Ванадис. Раскрыла бы свой страшный секрет, и, возможно, он придумал бы, что нужно делать. Но вместо этого она услышала в свой адрес «я больше вас не побеспокою». А теперь мужчина ушел, и они наверняка больше не увидятся. Вот уже стихли его шаги в длинном коридоре.
И тут она почувствовала, что кто-то стоит за спиной и крепко держит ее за плечи. Знакомое жуткое чувство страха пронзило насквозь, словно стрела.
— Не печалься, сестра. Ты должна набраться мужества, чтобы противостоять искушениям. Скоро ты снова встретишься с богиней смерти. И должна успеть найти магическую траву, которой мне предстоит отравить вино, прежде чем она его выпьет в кровавую луну.
Клео узнала теплый голос Хнос, к которой накопилось множество вопросов, но та всегда исчезала так же быстро, как и появлялась. Девушка успела лишь пробормотать: «Какую траву?» Но ответа не последовало, лишь послышалось шипение морского змея на картине. А после она услышала голос профессора, который как раз зашел в кабинет:
— Какой кошмар, что творится? Следователь рассказал мне о том, что случилось с Сигге. Это просто ужасно. В наших рядах скоро почти никого не останется, — громко возмущался мужчина.
— Я хочу съездить к Сигге, мне нужно с ним увидеться, плевать, что говорит следователь, — твердо заявила Клео.
Уговаривать профессора не пришлось. Клео рассказала ему о подозреваемой женщине, и тот тоже загорелся желанием узнать правду.
— Кстати, профессор, что там с Ховгардом, он еще стоит? Я надеюсь, Псов Одина поймали, и это безумие закончилось? — спросила Клео, усаживаясь в автомобиль и застегивая ремень безопасности.
— К сожалению «операция захвата провалилась». Местные жители утверждают, что не видели в священной роще и в музее никаких подозрительных типов с татуированными лицами, — ответил профессор и включил радио, которое заговорило приятным женским голосом, передавая сводку новостей.
— Это очень плохо… — сказала Клео, прислушиваясь.
Диктор бойко рассказывала, что сегодня в музее напитков было совершено ограбление. Преступники зверски убили охранника, обошли сигнализацию и разбили все стеклянные шкафы. Из музея было вынесено несколько кувшинов с медовым вином, обнаруженных несколько лет назад на раскопках королевского кургана владельцем музея Берном Сандбергом. Полиция работает на месте преступления, опрашиваются свидетели.
Клео и профессор удивленно посмотрели друг на друга. Мужчина развернул автомобиль на ближайшей улице и поехал в центр Стокгольма.
— Кому понадобились старые кувшины, что в них ценного? — Клео вышла из машины.
— Понятия не имею, что вообще творится, — профессор протер очки галстуком, снова надел и начал рассматривать фасад здания.
Девушке еще не приходилось бывать в музее напитков, и теперь она даже жалела о том, что ни разу не сходила на экскурсию куратора Фальк. Именно тут поводила она свои лекции. У входа Клео рассмотрела Берна, который, засунув руки в карманы брюк, беседовал с полицейскими. А когда бывший любовник посмотрел на нее, занервничала и поспешно отвела взгляд. Внутри появилось неприятное чувство — меньше всего ей хотелось сейчас видеть этого человека.
Клео встала за профессором и начала читать историю музея, мелким шрифтом высеченную на блестящей медной табличке.
— Не знал, что и этим музеем завладел Сандберг. Он что решил скупить все музеи города? — прошептал профессор, делая вид, что тоже изучает табличку. На ней значилось, что музей истории алкоголя появился в столице в 1967 году. Раньше он располагался в Гренстедском дворце в северной части Старого города. Музей алкоголя в Стокгольме, повествующий об алкогольной культуре Швеции, состоит из трех выставочных залов, где представлено старинное оборудование, использовавшееся при производстве вина и других напитков, коллекция исторических винных этикеток и многое другое. В музее воссоздан интерьер винной лавки, где можно послушать шведские застольные песни и узнать о питейных привычках шведов. Экскурсии заканчиваются дегустацией.
— Довольно интересно. Жаль, что нельзя войти, я бы хотела подробнее узнать о медовом вине.
— Интересуешься напитком богов? — раздался знакомый мужской голос.
Клео повернула голову и увидела подошедшего к ним Берна. На мгновение девушка опешила и не знала даже, что ответить, но, к счастью, у профессора к заведующему музея было много вопросов.
— Берн. Не знал, что вы купили музей.
— Ну откуда же вы, профессор, могли знать, что моя семья занимается алкогольным бизнесом, — спокойно ответил Берн и улыбнулся. — Мы с древних времен занимаемся продажей медового вина. Когда-то мои предки доставляли этот божественный напиток конунгам, и в те времена он был лучшим в округе.
— Очень познавательно, так что же произошло в музее? — поинтересовался профессор.
— Из залов вынесли три запечатанных кувшина с медовым вином, которые были привезены с раскопок королевского кургана, — Берн тяжело вздохнул. — Я как раз хотел проверить состав, интересно было, какие травы использовали предки.
— Но кому понадобились эти кувшины? — возмутился профессор.