Двуглавый Орден Империи Росс. Одна Магическая Длань

— Пластуны! — скептически повторил князь. — Думаешь, Апраксин тебе в Захребетье пластунов шлёт? Кто их этих пластунов вообще видал? Сказки одни! Пластуны! Маги это!
— Пластуны? — прищурилась Лерка.
— Да-а, — нехотя выдавил князь. — Есть, говорят, у Филарета целый батальон…
— Полк! — перебил Гаврила Егорыч.
— Полк?! У страха глаза велики! — сорвался на крик князь. — Полк? Что ж не корпус-то?!
Он ещё немного посверлил глазами боевого товарища, и продолжил уже спокойней:
— Ну, так вот, говорят, что есть там у них в Русии такие солдаты, которые каждый десятерых стоит. И что воют они всё больше по тылам. Вот прям, как Вы, Александр Константинович, и сказали, разведать чего, караул ночью снять да остальных сонными перебить, или поджечь чего. И главное — всё втихую у них: тихо пришли, тихо ушли. Мало кто их видел. Старики рассказывали, будто это простые люди, не маги, только ловкие очень. И что поймать их жуть как сложно, да и не сильно-то они и сдавались, до последнего бились, а как увидят, что всё, конец пришёл, так себя же и убивают.
Он умолк, наверное, пытаясь ещё что-нибудь вспомнить об этих странных Филаретовских ниндзях. Тут Гаврила Егорыч решил дополнить рассказ князя:
— Говорят, во времена Великой войны много их было. А потом, как границу провели, так и не стало.
— Перебили всех? — предположила Лерка.
— Перебьёшь их! — Воскликнул Семёнов.
— Расформировали? — попытался угадать я.
— Отвели вглубь страны, или на другую границу, только и делов. — Ответил князь.
— Никуда их не отвели, — возразил ему старый друг. — Думаешь, маги твои в одиночку по лесам-то в Захребетьи шляются, без солдатни? Говорю тебе, пластуны с ними ходят. Не гусары же, — и он хохотнул.
— Да ну тебя! — отмахнулся от него князь.
Старики замолчали, будто бы обидевшись друг на друга. Мы с Леркой их не перебивали в их молчании, а Ольге до всех этих военных дел было пофигу. Так и выходило, что молчали все.
— Может, нам уже пора? — шёпотом спросила графиню Лерка.
— Куда это вы собрались? — князь сразу же вернулся реальность. — А отобедать? Нет-нет-нет! И слышать ничего не хочу! Осип!!!
Князь отдал распоряжение накрывать. Пока накрывали, я развлекал присутствующих рассказами о принципах комплектования и подготовки отрядов специального назначения, разумеется, о тех, про которые сам знал хоть что-то. Старики слушали с интересом иногда переспрашивали. Лерка не переспрашивала, но тоже была внимательна. Ольга просто не перебивала.
— И вот что бы тебе, — обращаясь к хозяину дома, заметил Его старый друг. — Не позвать к обеду Николая? Как бы он сейчас-ту всё это послушал бы! А?
Князь погрустнел.
— Не шибко он охоч обедать у меня. По службе, бывает, забежит, а чтоб просто посидеть, это — нет. Даже на балы и то не приходит.
— Ну, а как ты хотел?! — резонно ответил ему Гаврила Егорыч. — Чего ему у тебя делать? Вспоминать, как ты за него Катерину не отдал? Эт ведь не вот тебе развесёлая радость.
— Да чего я? — словно оправдываясь, начал князь.
— Знаем, знаем! — перебил его Гаврила Егорыч. — Княгинюшка твоя воспротивилась! Слыхали! А ты-то куда смотрел чёрт старый?
Силён Егорыч! Князя, градоначальника… вот так-то перед молодыми… да ещё ни как-нибудь, а «старым чёртом»… Си-илё-ё-ён!
— Ну, ты это… того… не очень-то! — насупился князь.
— А и впрямь, Гаврила Егорыч! — вступилась за деда Ольга. — Вы как будто бабушку не знаете! Она же если что-нибудь решила, так в лепёшку разобьётся, костьми ляжет, а по-своему сделает.
— Какой офицер был! — с сожалением проговорил Егорыч. — Вот настоящий вояка, не хуже нас с тобой. — Привёл он «сильнейший» аргумент князю. — Самую малость в генералы не вышел!
Князь как будто ждал этого:
— Малость не малость, а только не вышел! И по всему получается, что права была Мария, горяч он уж больно! Добро ещё так-то отделался, а могли ведь и совсем в солдаты забрить! Да что в солдаты! Могли и вовсе… — и он в сердцах махнул рукой.
В дверь постучали. Осип доложил о готовности, и мы пошли в столовую, где, собственно и был накрыт обед. По дороге я думал про всю эту историю с неудачным сватовством майора. Получалось, что Батлер собирался жениться на дочери князя, то есть на Ольгиной тётке. Поэтому, наверное, она его дядей и называет, что в случае женитьбы он бы ей как раз дядей бы и стал. И с несостоявшейся племянницей у него сохранились хорошие отношения, а вот не случившегося тестя он не жалует. Или это он просто только с не захотевшей стать его тёщей княгиней старается лишний раз не встречаться? Причудливо тасуется колода!
В большом зале, именуемым столовой, стоял серьёзных размеров стол. Если князь давал, как он говорил, балы, то и банкеты он тоже закатывал, будь здоров. Так что, без такого стола просто не обойтись. С одного края этот огромный стол был накрыт на пять персон. Князь, естественно сел во главу, с одной стороны сели Ольга с Егорычем, а с другой мы с Леркой.
Егорыч с князем вяло переругивались на счёт способностей и достоинств Горбунова, Лерка, улучив момент, спросила:
— Ваша Светлость, а как они познакомились?
Спор между стариками мгновенно прекратился. Борис Фёдорович посмотрел на Лерку так, словно пытался понять, что она от него хочет.
— Тебя спрашивают, как познакомились тётя Катя с Николаем Михайловичем, — пояснила ему внучка.
Ситуация для князя мгновенно прояснилась.
— А-а-а! Так известно как! Они же когда Великого князя от филаретовских отбили, в нашу школу прямо портал и открыли. Всех кто пораненный, там же на излечение и оставили. А Катерина наша, она как раз на лекаря обучалась…
— Магия жизни! — решительно поправила деда Ольга.
— Вот! — согласился князь. — Горбунов-то у них, даром что командир, в самое пекло лез, а порубан был, как только жив остался! Ну, вот Катерина, стало быть, за ним больше всех и ходила.
Борис Фёдорович немного помолчал, переводя дух, или может, он так с мыслями собирался, потом продолжил:
— А как он на ноги-то встал, так сразу ко мне с докладом прибыл, так, мол, и так с боем пробились… А что докладывать-то?! Все уж и без доклада всё знали, что там да как. В школу хоть ни кого и не допускали…
— Что и тебя? — перебил его Гаврила Егорыч.
— Да! — твёрдо, даже с гордостью ответил князь. — Вот вообрази себе! Ни меня, ни начальника гарнизона. Ни-ко-го. Осокин наколдовал чего-то, ни кому хода не было.
Осокин-Осокин-Осокин… Это же декан на местной военной кафедре! Или он проректор?
— Во-о-от… — продолжал между тем князь. — Ну, а уж после он у нас гостевал. Аккурат как ему приказ из столицы пришёл. Чин ему государь пожаловал за спасение Великого князя. Вот ведь как бывает, Егорыч-то почитай всю жизнь в капитанах проходил, чуть бы чуть ещё и в секунд-майоры, а у Николая вишь, и полгода не выходил, а тут ему и чин, и эскадрон под начало.