Крепостная

Ближе к двенадцати ей все же удалось задремать. Прикрыв веки, она спокойно задышала, купаясь в сладостных воспоминаниях прошедшего дня. Вдруг Груша напряглась, заслышав резкий шорох у кровати. Она отчетливо почувствовала чье-то присутствие в комнате. Распахнув глаза, повернулась к окну. Комната вновь озарилась светом молнии. В следующий миг на фоне окна Груша увидела высокий темный силуэт. Охнув от испуга, девушка села на кровати.
— Не бойтесь, Грушенька, это я, — услышала девушка голос Елагина.
Только сейчас присмотревшись, она разглядела во мраке комнаты мощные плечи Андрея и его широкоскулое молодое лицо.
— Вы напугали меня, — прошептала она.
— Я не хотел, — сказал он каким-то завораживающим баритоном из мрака комнаты.
Оба замолчали. Всматриваясь через темноту друг в друга, они думали о сокровенном. Андрей опасался того, что этот сказочный сон рассеется и невозможно желанная девушка исчезнет. Груша же боялась того, что молодой человек снова начнет обижать ее, как часто делал в последнее время.
— Вы еще не раскаялись в том, что сказали мне несколько часов назад? — спросил вдруг хрипло Андрей и медленно приблизился к ее кровати.
Сидя на постели в ночной рубашке, Груша пыталась успокоить бешено стучащее сердце. Осознание того, что Андрей находился совсем близко, вызывало в ее существе сладостную дрожь.
— Нет, — тихо ответила девушка, не сводя с него влюбленного взора. — Любы вы мне…
Замерев, Елагин не двигался, и Груша видела, как в темноте его глаза горят темным пламенем.
— Странно, — продолжил он все тем же хриплым голосом. — Мне отчего-то кажется, что вы играете со мной и преследуете корыстные цели, — продолжил он печально. — Прошу вас, Груша, если вы обманываете меня, скажите об этом сейчас, ибо я не переживу вашей лжи.
— Почему вы никак не можете поверить в мои искренние чувства к вам? — спросила она и всплеснула руками. Сейчас, когда глаза привыкли к темноте, она отчетливо различала его суровые, приятные черты и видела на лице молодого человека муку.
— Потому что я даже не надеялся на то, что вы посмотрите в мою сторону.
— Я всегда смотрела на вас, — ответила Груша проникновенно, лаская его взглядом и поджав ноги к груди. Их разделяло расстояние чуть большее, чем вытянутая рука. Но как им обоим не хотелось приблизиться к объекту обожания, но они боялись спугнуть друг друга.
— Я так долго ждал от вас хоть какого-нибудь знака, хоть слова! Но вы были так холодны и безразличны ко мне!
— Это не так, — прошептала страстно Груша. — Я просто стеснялась вас.
— А сейчас это ваше признание, как будто вы вернули мне свет… — Он помолчал и вымолвил: — Скажите одно… Вы влюблены в князя теперь?
— Нет. И никогда не любила. Лишь из-за вольной…
— Да, да, не продолжайте, Грушенька, — прошептал Андрей нервно. — Я все понимаю… я был так несправедлив к вам… столько сделал глупостей, столько говорил вам гнусного… Вы сможете простить меня?
— Уже простила, — прошептала она и нежно улыбнулась. — А вы? Вы сможете простить меня за эту порочную связь с Урусовым? — глухо произнесла Груша.
— Разве найдется человек, который не сможет простить вас? — выговорил он вдохновенно. — За один ваш теперешний взор, который так ласков, я готов простить вам многое… Только бы вы любили меня хоть немного…
— Мне кажется, я любила вас всегда. Еще с того времени, когда была совсем девочкой, — пролепетала она.
— Иди ко мне… — прошептал молодой человек глухо и протянул к девушке руки, приблизившись вплотную к постели. Груша тут же приподнялась и, как завороженная, подалась к краю высокой кровати, где он стоял. Едва она оказалась рядом, Андрей сгреб ее объятья и прижал горячие твердые губы к ее лбу. Стянув с ее головы спальный чепец, он утопил ладонь в светло-медовы локонах и с любовью вымолвил: — Я так долго ждал тебя, моя девочка… моя любушка… моя сладкая голубка…
Обхватив ее лицо ладонями, Елагин начал осыпать ее губы и лицо страстными, ласковыми поцелуями.
Груша же, жаждущая и влюбленная, с обожанием прижалась к нему, обвив руками широкий твердый стан. Почувствовав ее запах, Андрей весь затрепетал. Ноздри его хищно раздулись, а кровь ударила в голову. Он почувствовал, как ее нежные губы начали осыпать его поцелуями, отвечая на его порывы. Груша ласково провела рукой по груди молодого человека, и Андрей, схватив ее ладонь, начал неистово целовать пальцы. Она обвила свободной рукой его голову, лаская густые волосы. Обхватив стройный стан девушки, Андрей вновь нашел ее губы. В следующее мгновение он поднял Грушу, притиснув к себе, и отстранился от кровати, держа девушку на весу. Их лица находились на одном уровне, и он сильными руками легко удерживал ее за бедра.
Судорожно сглотнув, Андрей ощутил, как жар безумного желания заполняет все его тело. Чувствуя, что больше не в силах сдержать дикое вожделение, он яростно, почти делая ей больно, сжал Грушеньку в объятьях, впиваясь нетерпеливыми губами в ее шею. Быстро отойдя от кровати, он опустился со своей сладостной ношей на колени, на мягкий ковер. Проворно неумолимо спустил рубашку с белоснежных плеч девушки. Затем так же освободил от покрова остальные ее прелести, полностью обнажая ее. Комната вновь озарилась светом грозы. И Андрей отчетливо увидел ее прекрасное стройное тело: нежные округлые плечи, высокую полную девичью грудь, невообразимо изящную, тонкую талию, чуть полноватые бедра и точеные прелестные ноги. Она показалась ему невозможно прекрасной, хрупкой и возвышенной, словно вылепленной из тончайшего фарфора.
Она изогнулась в его руках, страстно и призывно посмотрев на него. С вожделением созерцая ее чудесное переливающееся в свете луны тело, с подрагивающей белоснежной пухлой грудью, увенчанной розовыми сосками, Елагин провел дрожащими напряженными ладонями по плечам девушки, а затем по высоким грудям, наслаждаясь их упругостью и нежностью. Затрепетав всем телом, молодой человек уже в следующий миг отстранился от Груши и начал лихорадочно расстегивать пуговицы на своем сюртуке, почти обрывая их. Через минуту он полностью обнажился и, тяжело дыша, вновь опустился на нее. Груша, трепещущая и одурманенная его близостью, обвила руками широкую шею и пылким страстным поцелуем впилась в губы. Уже спустя мгновение, более не в силах сдерживаться и чувствуя, что возбуждение достигло пика, Елагин властно раздвинул ноги девушки и неумолимо с трепетом овладел ею.
Никогда Груша не испытывала ничего подобного. Страсть, напор и дерзость взволновали ее настолько, что едва Андрей овладел ею, она глухо застонала. Впиваясь напряженными пальцами в его теплые твердые широкие плечи, Груша потеряла ощущение реальности. С каждым последующим мигом все острее чувствуя, что умирает и воскрешается вновь и вновь, она ощущала почти животную потребность принадлежать этому мужчине.
Елагин, упиваясь ее стонами, сладостными и ласкающими слух, напряженно всматривался в прелестное лицо, искаженное страстью. Он чувствовал, что девушка, которой он овладел, в эту секунду принадлежит только ему. И в этот краткий миг он неумолимо сделал ее своей полностью, навечно, навсегда. Потеряв последние остатки разума, он любил ее с таким неистовством, как будто завтра был последний день его жизни.