Иностранка

— Мари, вы не могли бы зайти ко мне, я желаю показать вам свои рисунки.
— Конечно, Николай, — кивнула она, улыбнувшись юноше. — Пойдемте.
Он согласно кивнул и направился в свою комнату. Маша последовала за ним и, войдя, спросила:
— Что вы желаете показать мне, Николай?
Тот, вскинув голову, быстро посмотрел на каминные часы. Было половина первого. У него оставался час, именно столько Алекс обещался прикрывать его, отвлекая отца, чтобы тот случаем не застал Мари в его комнате. Юноша открыл свои акварели и какое-то время показывал рисунки, спрашивая ее мнение об эскизах, на которых были изображены лошади. Маша похвалила его, заметив, что Николаю необходимо больше заниматься и тогда он достигнет большего мастерства. Она уже собралась пойти в комнату к Наташе, как юноша встал на ее пути и попросил:
— Мне неловко, Мари, но не могли бы вы помочь мне советом?
— Каким же?
— Вы понимаете, если бы у меня была старшая сестра, я бы попросил ее. Но вы же тоже можете помочь мне?
Маша растрогалась и ласково произнесла:
— Наверное.
— Отец обещался взять меня на следующий бал к Курагиным. И я, скорее всего, буду танцевать с дамами. Так вот, я совсем не умею обращаться с девицами. Вы могли бы научить меня, как по этикету правильно целовать руку даме или девице?
— Хорошо, — улыбнулась Маша. — Подойдите ко мне, Николай.
Юноша приблизился к ней и улыбнулся.
— Смотрите, сначала надо подойти к понравившейся девушке, поклониться ей и улыбнуться. А потом сказать: «Я рад приветствовать вас, мадемуазель Анна. Вы сегодня восхитительны». Затем вы протягиваете к ней руку. Ну же, протягивайте, — с улыбкой сказала Маша и сделала холодное выражение лица, изображая эту воображаемую мадемуазель Анну.
Николай послушно произнес то, что она сказала и, поклонившись, улыбнулся и протянул руку. Маша подала ему ладонь, но юноша, вновь бросив быстрый взгляд на часы, вместо того, чтобы наклониться к ее руке, приблизился к ней вплотную и обхватил ее стан руками. Он впился в губы молодой женщины и неумело начал покрывать ее рот короткими и влажными поцелуями. Тут же опомнившись, она начала вырываться из крепких рук юноши и нечаянно наступила на длинный подол платья. Едва не упав, она вынуждена была ухватиться за его плечи, дабы удержаться на ногах, юноша же воспользовался этим и вновь начал насильно целовать ее.
В этот миг она услышала, что за спиной распахнулась дверь. Николай вдруг резко замер, медленно убрав руки с ее стана. Она же стремительно обернулась и увидела на пороге спальни Невинского, а за ним и Александра.
— Что здесь происходит? — произнес ледяным тоном Михаил, не спуская с Маши горящего взора.
Николай быстро отскочил от молодой женщины, а Невинский прошел внутрь комнаты. Алекс, замерев на пороге, зло пояснил:
— Я же говорил вам, отец. Я предупреждал, что она не такая, как кажется.
— Это не то, о чем вы подумали, Михаил Александрович, — пролепетала Маша. — Николай просил показать ему, как… Я пыталась его остановить…
— Она нагло лжет! — закричал истерично юноша, вспоминая, чему научил его старший брат, если вдруг отец застанет его вместе с Мари. — Она обещала научить меня всему! И сказала, что я не должен говорить об этом вам, отец!
Заученные, лживые слова, которые произнес юноша, больно резанули по сердцу Маши. Она удивленно и испуганно округлила глаза, не в силах понять, что происходит.
— Я много раз говорил вам, отец, что эта женщина распутница! — добавил обвинительно Александр.
— Что они говорят?! — пролепетала она, отрицательно качая головой. — Выслушайте меня, Михаил Александрович…
Она порывисто приблизилась к Невинскому. Он остановил ее жестом руки, и его лицо окаменело.
— Я все видел своими глазами, мадам! — процедил глухим низким голосом Михаил, и она отметила его темный, бьющий ненавистью и презрением взгляд. — Как вы посмели соблазнять моего сына, совсем еще мальчика, или ваша распущенность не знает предела?!
— Ничего не было, Михаил Александрович! — попыталась возразить Маша, устремив на него умоляющий и тревожный взор.
— Может, вы еще скажете, что и между нами ничего не было? — вдруг с вызовом заявил Алекс.
— Все, что вы говорите, — ложь! — отрицательно покачала головой Маша. — Ничего не было и быть не могло.
— Я говорил вам, отец, что она будет все отрицать! Но вы сами пожелали удостовериться и все видели! Да, она слишком красива, и я не смог устоять. Она преследовала меня! Я знаю, что вам это неприятно слышать, отец, но она совершенно беспринципна. Когда я сказал, что не поддамся более ее чарам, она взялась за Николая. Ее бесстыдство не знает границ!
— Как он смеет?! — в ужасе воскликнула она. — Это все неправда. Михаил Александрович, я чиста перед вами!
Невинский смотрел то на Александра, то на Машу, то на Николая и чувствовал, что в его сердце вползает нечто черное и ядовитое. Неужели это все правда, и женщина, которую он так неосмотрительно ввел в свой дом, приблизил к своему сердцу, была настолько развратной, что в его доме не побоялась соблазнить сыновей? И тут он вспомнил рисунки Николая. Неужели она уже давно совращает его? И бедный юноша — лишь жертва ее преступной развратности? Невинский стоял поверженный, не в силах опомниться. И эта связь с Алексом. Да, его сын был моложе и, наверное, интереснее его. И она соблазнила и его! Это было чудовищно! Он вспомнил, как она умеет дарить страстные поцелуи. Она знала тайные ласки, которые всегда невероятно возбуждали его. Да, она была распутницей. И, видимо, решила стать хозяйкой в доме и поэтому соблазнила и его самого. Невинский мрачнел все более и более.
— Как вы посмели приблизиться к моим детям? — только и смог выдохнуть Михаил, чувствуя, что его сердце сейчас разорвется от боли. Ревность из-за того, что она была близка с его сыном, и страдание от того, что изменила именно с его сыном, убивали его. И Александр и она были дороги ему. Ее предательство душило его, а горечь от того, что он верил ей, завладела его сердцем. Она вновь попыталась что-то сказать, но он прорычал ей в лицо: — Более я не желаю слышать ваших лживых оправданий. Я верил вам! Александр давно говорил мне о вас! Теперь я все понял про вас, подлая интриганка. Но я не позволю вам более развращать моих детей. Подите прочь с глаз моих! Убирайтесь из моего дома немедля!
— Михаил Александрович, вы несправедливы ко мне! — прошептала Маша, сжимая до боли руки.
Она смотрела на Николая, на губах которого была ехидная глумливая ухмылка, на суровое, искаженное бешенством и презрением лицо Михаила и на самодовольное, наглое лицо Александра. Они все явно сговорились против нее. Словно нарочно все мужчины семьи Невинских решили раздавить ее и унизить. Неужели же Невинский не понимает, что его сыновья лгут? Неужели он не видит очевидного? Что они просто решили отомстить ей за несговорчивость? А может, он тоже в сговоре с ними? Может, Невинский сам искал предлог, чтобы порвать с нею? Она вдруг вспомнила недавние слова Алекса, когда тот заявил, что отец никогда не женится на ней и обручился лишь для того, чтобы овладеть ею. Может, это правда, и Михаил Александрович действительно обманул ее? Она отдалась ему и после стала неинтересна и не нужна? Может, это именно он подговорил своих сыновей? Чтобы оклеветать ее, дабы у него был повод выгнать ее из дома?