Лесовик. Хранилище

Вспомнил, как я писал сочинения для деда по прочитанным книгам. А он их серьёзно и вдумчиво проверял, после чего мы вместе уже разбирали каждую книгу, спорили, соглашались и приходили к каким-то выводам. Вообще, мне было довольно удивительно, почему такие сложные произведения нашей литературы рассматриваются в школьной программе. Ну как может оценить рядовой ученик десятого-одиннадцатого класса такие произведения как «На дне», «Поднятая целина», «Война и мир». Это ведь не простое бульварное чтиво, их надо читать вдумчиво, учитывая историю того времени и места, где происходит действие книги. А это очень и очень тяжело. Нет, я себя не ощущаю эдаким снобом и не посматриваю свысока на обычных школьников, но ведь мы с дедом разбирали буквально каждую книгу и творчество поэтов. А это всё-таки даёт мне какую-то фору. Хвала всем богам, что в одиннадцатом классе географии уже нет, хотя чему я радуюсь, если я её буквально несколько часов назад повторял? Последний класс школьной программы сожрал всё моё оставшееся время, даже не оставив времени на сон. Но повторить я успел всё! До означенного Лицом часа оставалось минут десять. Успею булку схомячить и в туалет сбегать.
Без нормального завтрака, Коля меня не отпустил, так что к означенному времени я не успел. Ну да опоздание на двадцать минут не должно же быть критичным? Ещё со мной очень хотел поговорить Игорь, но от него удалось пока сбежать путём нехитрого обещания вскоре всё рассказать. Капсула. Вход.
– Ну вот! – прошипел какой-то неизвестный мне гном, – Явился наконец-то! Ты опоздал на двадцать семь минут. Двадцать семь! Мы же договаривались! Город уже буквально за следующим поворотом, а ты тут в состоянии овоща валяешься. Мало того, что сам известен каждому кусту, так ещё и меня подставляешь своим известным видом. На, вот, пей! – гном-Лицо протянул мне флакон с какой-то буро-зелёной субстанцией. Система услужливо подсказало, что эликсир не определён.
Я в задумчивости покрутил в руках флакон с подозрительной жидкостью и пить пока не стал.
– Чего ты тянешь кота за хвост? Пей, говорю, спалимся же. И себя и меня же подставляешь, пей, ученичок-зараза! Пей гнида!
– Лицо?
– Угадал, олух! Пей скорее! Некогда объяснять!
Мда, тут явно какая-то подстава, но дополнительно нервировать непонятного гнома-Лицо как-то не хотелось. Потому я послушно выпил неизвестную хрень.
 Внимание! Вы применили флакон временной смены личности. Подумайте о личине, которую бы хотели принять.
Ух, ты! Только бы Алисой не стать, возникла первая же мысль.
 Внимание! Личность выбрана! Время действия личины: 7 часов, 59 минут, 59 секунд.
– Да ёлки ж моталки! – только и смог произнести я, разглядывая свои девять хвостов…
– Вот ты – идиот! Надо было принять неприметную личность, гнома какого-нибудь, чтобы в городе не вызывать нездорового ажиотажа. А ты кем стал, долбоящер? Ты откуда узнал-то вообще об этих существах, они же поблизости не обитают? Они же только далеко на востоке живут. Да о чём я вообще? Как мне теперь с тобой вообще в город идти? Ты же соберёшь огромную толпу зевак. На тебя же все будут пялиться… – гном внезапно резко вдохнул и медленно-медленно выдохнул, – Так, успокоиться. То, что турист – идиот, это проблемы экскурсовода, а не туриста. Надо было заранее предупреждать. Ведь я же знал, с кем связался. Пошли, гений мысли, надежда всех шпионов.
Когда я попытался что-то сказать в своё оправдание, гном на меня только зашипел. После этого он шёпотом принялся инструктировать меня:
– Значит план о двух малоизвестных гномов-деревенщин отпадает. Мы теперь экскурсовод и богатая наследница дальних-предальних купцов из далёкой восточной страны. Туристка с, тьфу ты, девятью хвостами была отправлена сюда своими родителями мир посмотреть, а чтобы не разбазарила всё наследство, то все её деньги хранятся у меня, так как я доверено лицо её родителей, можно сказать приказчик. Об этой стране десяти тысячи островов один хрен никто ни черта не знает, так что наспех придуманная легенда вполне должна прокатить. Ну и конечно же тебя должна заинтересовать Великая библиотека. И да, ты туристка со странностями. Например, на дух не выносишь любой транспорт, передвигаешься только пешком. Пусть это будет какой-то детской травмой. Ну и понятно, что с местными тебе говорить не стоит, я буду говорить за тебя. Боги мои, ну почему ты не взял себе личину хоть какого-нибудь гнома? Ну что за идиот!!! Эх, прибить бы тебя совсем, чтоб не мучился и других своим существованием в глупые ситуации не запихивал! Так, свою сумку на ножках прячь в рюкзак, чтобы её ни видно, ни слышно не было, иначе в библиотеку тебя точно не пустят.
– Чумадец, залезай в рюкзак!
– Хозяин, а может не надо? Может, как-нибудь обойдёмся без таких эпатажных действий?
– Чего?
– Скажем так, у меня есть некая боязнь замкнутых помещений.
– ты что, клаустрофобией страдаешь?
– Не совсем этим, я боюсь только сильно-сильно замкнутых мест, таких как небольшие ящики или сундуки.
– Так я же тебя не в ящик и не в сундук убираю, а в инвентарь.
– Боюсь, что это почти одно и то же. Может лучше меня как-то заггимиговать? Извини, хозяин, не смог найти нужного синонима без этой гнусной буквы в такой пугающей ситуации.
– Хм… – надо же, он в этой ситуации ещё и синонимы для слов ищет. Как-то это непорядочно с моей стороны, – Чумадец, но ты же понимаешь, что некое непродолжительное время нахождения в моём рюкзаке окупится десятками, если не сотнями книг внутри тебя?
– Это великолепно, хозяин, но мой ужас не желает меня оставлять, не уступая даже моей жадности.
– Но ты же понимаешь, что фактически я выпущу тебя в Великой библиотеке порядка.
– Так чего же мы ждём? Пихай меня уже в свой инветагь и быстгее, быстгее! – Чумадец от жадности забыл не только о гнусной букве «р», но и о своём страхе перед инвентарём.
Впрочем, система же была совершенно иного мнения. Она выдала мне, что артефакт Чумадец не может быть помещён в инвентарь. Обидно. А кА же мне его тогда пронести?
– На тебе другую кошёлку. Так сказать, кошёлка для кошёлки. Что бы ты без меня делал? – с этими словами Лицо протянул мне розовый чемодан, размерами чуть больше моего чумадца, изящно инкрустированный различными благородными металлами и драгоценными камнями. Чумадец влез туда еле-еле. Но даже, несмотря на очень и очень тесное помещение для него, Чумадец стойко терпел своё заключение. Жадность навсегда победила страх. Забавно.
– Ну, пошли что ли? – как-то неуверенно пробормотал Лицо.
Ближайшие два часа мы добирались до города, гном всячески лебезил передо мной, словно я впрямь был наследницей немалого состояния. При этом, когда я однажды попытался было возражать, получил шёпотом серьёзную отповедь, полную негодования:
– Ты что же, зараза, хочешь всю легенду порушить? Иди и молча принимай какдолжное все мои заскоки. Так надо, чтобы нас прямо с порога не выкинули, как самозванцев.