Такие разные приключения

– И оборотни тоже! – пообещала подруга. – А чтобы все точно прошло хорошо, я поеду с тобой.
– Нет! – одновременно с Верховной произнесли мы.
– У тебя медовый месяц, вот и наслаждайся им. Со своими проблемами я справлюсь сама.
– Ани…
– Поверь, я справлюсь. После грани жизни и смерти на многие вещи смотришь иначе.
– Но… – начала было подруга.
– Что-то есть так хочется, – оборвала я ее.
– Ой, сейчас принесу.
Подруга убежала на кухню, а я тем временем спустилась с кровати и направилась в ванную комнату. Хотелось умыться и привести себя в порядок. Но больше всего, рассмотреть крылья. Добравшись до зеркала, я на некоторое время замерла, разглядывая свое отражение. Крылья действительно были прекрасны, привлекая к себе внимание не только необычным сочным цветом, но и всполохами магии. Но ступор вызвали вовсе не они.
Из зеркала на меня смотрела совершенно другая я.
Волосы, что раньше напоминали чернённое серебро, теперь превратились в искристый иней, спускаясь почти до середины бёдер. Кожа стала светлее, до нежно-голубого, на висках покрывшись тонкой вязью незнакомых узоров. Фигура стала более округлой, приятной. Детская угловатость исчезла бесследно, превращая меня в соблазнительную женщину.
А вот глаза… Они так и остались любимой тьмой, чёрными омутами, затягивающими в самую бездну души. А в том, что и она теперь чернее ночи, я даже не сомневалась.
– Аника, думаю, ты уже догадываешься, что ждёт тебя в родных землях. – Неожиданно голос Верховной ворвался в мои размышления. – Ты красива, сильна и независима. Сильфы постараются выдать тебя замуж за одного из наследников, чтобы укрепить свои позиции. Надеюсь, ты помнишь нюансы этикета?
– Помню, – кивнула я, поморщившись.
– Они отказались от вашей семьи, девочка, а значит, больше не имеют над тобой власти. Не поддавайся на провокации дяди. И… возьми с собой спутника. Того, кому действительно доверяешь.
– Я не доверяю никому. Больше нет.
– Он был рядом с тобой все эти дни. Держал, когда ты менялась и выгибалась от боли. Обнимал, когда плакала и звала родителей. Только рядом с ним ты затихала, и твоя агония была вашей общей. Не гони его, Аника.
– Он не знает, кем я стала.
– Еще не знает, но догадывается. Боишься его осуждения?
– Боюсь, – не стала отрицать, внимательно заглядывая в лицо Верховной.
– Напрасно, девочка. Он один из немногих, кто хочет и может дать тебе защиту. А она понадобится, поверь мне. Сильфы не простят твоего отказа и начнут охоту. На земле оборотней рядом с тобой будет Маришка, а Браярат сделает все, чтобы защитить свою женщину. Там ты обретешь покой телесный, но не душевный. На землях ведьм хаоса ты сможешь развить свою магию Хаоса, познать истинную суть мира и стать одной из жриц.
– Никаких сожалений, надежд и разочарований. Чем не идеальная жизнь?
– Идеальная, если это то, чего ты действительно хочешь. Но, подумай, что смогут дать тебе драконы? Их академия открыта для всех наделенных магией, а для магов Хаоса – превыше всего. Драконы живут долго, очень долго, и знают истинную ценность древнейшей магии. У них ты сможешь многому научиться и быть рядом с тем, кто дорог.
– Он не дорог мне, – упрямо вздернув подбородок, возразила я.
– Зато ты явно дорога ему.
– Ну да, как диковинная зверюшка или младшая сестра, которую нужно опекать.
– А разве это плохо? Иметь рядом того, кто готов и может тебя опекать. Кто заботится о твоем благополучии и готов на все, лишь бы спасти. Не стоит отворачиваться от таких… друзей.
От последнего замечания Верховной я дернулась и сжала кулаки, чувствуя, как наросты на крыльях снова рвутся наружу. Нет, не хочу о нем думать, не сейчас. Слишком свежи воспоминания о последней встрече. Слишком болезненны.
– Я подумаю над вашим… предложением.
Покачав головой, как мне показалось – укоризненно, Верховная ушла, даже не прощаясь. Но оно было к лучшему – мне очень хотелось побыть одной. Понять, что делать и как быть дальше.
Сильфы… Я смутно помнила земли своего народа. Последний раз я видела их пятнадцать лет назад, когда повелитель изгнал отца и мать. А всему виной была я – плод запретной любви и ребенок, который не должен был родиться. Но я всегда была слишком упрямой, как и моя мамочка.
Интересно, где родители сейчас? Я не видела их уже пять лет, после смены власти у сильфов, когда на трон взошел дядя. Желая подстраховаться и утвердить свое положение, он попытался убить отца, но не преуспел в этом. Родители сумели скрыться, а меня спрятали в Обители, под опекой старых друзей.
Теперь мне предстояло снова столкнуться с прошлым. Увидеться с тем, кто оказался виновен во многих моих бедах, и суметь выдержать напор. До превращения я бы точно не смогла, но теперь… больше нечему ломаться. Я разлетелась на миллионы осколков, а затем собирала себя вновь, соединяя каждую частичку тьмой и безразличием. Ведь так намного проще жить в мире, наполненном потерями.
Снова оглядев свое отражение, я вернулась в комнату, где уже ждала Марика с едой. Немного поболтав с подругой, я попросила ее о последнем одолжении, а затем провалилась в сон без сновидений.
* * *
– Клыкастик! – в голосе Карима звучала неподдельная радость. – Ты очнулась!
– Да. И, если верить Верховной, не без твоей помощи. Спасибо, – голос из-под ткани звучал несколько приглушенно.
– Как ты себя чувствуешь? И… почему так одета?
Одежда действительно была несколько странной для несведущих созданий, однако для перерожденных – вполне привычной. Плотная черная ткань закрывала все тело, включая голову и лицо, оставляя только глаза, защищенные магической пленкой. Ткань вымачивали в специальном растворе, а затем накладывали несколько слоев заклинаний, чтобы защитить нежную кожу от солнца. После перерождения нужно было несколько дней, чтобы заново привыкнуть к окружающему миру и его воздействию.
– Ясно, – вздохнул друг на мое объяснение. – Я очень рад, что с тобой все хорошо. Но отчаянно не могу понять, почему ты ушла в тот день в лес одна.
– Магия звала меня. Есть вещи, которые совершенно от нас не зависят, моя новая сила – одна из них.
– Но ведь ты могла меня позвать!
– Во-первых, ты был занят. Во-вторых, когда слышишь зов силы, больше ни о чем не можешь думать.
– Аника, позволь в следующий раз я сам решу степень своей занятости, – хмуро произнес друг, глядя на меня с укором. – А еще мне любопытно знать, про какое приключение говорила Верховная.
– Язык без костей, – буркнула я, но Карим, кажется, услышал. – Мне нужно повидаться с… родственниками. Отдать дань уважения, так сказать.
– Когда ты собираешься в путь?