Жёлтый песок среди бескрайнего моря

— Так, а теперь оружие! — Снежана наклонилась и подхватила «Узи». — Я лично выбираю вот это!
— Тогда я возьму «калаш»! — Я подобрал автомат, повесил его на плечо. — Мощное оружие, к тому же запасной магазин не помешает!
— А где запасной? — Снежана огляделась по сторонам, потом до неё дошло. — Ты о втором автомате говоришь?
— Именно!
Я отсоединил магазин от валявшегося неподалёку «калаша», сунул его в карман. Потом окинул задумчивым взглядом оставшееся оружие.
Впрочем, не так и много его осталось. Один «калаш» (без магазина), и два карабина. Ещё парочка карабинов, валялась возле обгоревших трупов «дикобразов» и, кажется, тоже была сильно повреждена огнём.
— Ладно, оставим это старосте! Пускай радуется!
В это время староста (лёгок на помине) нерешительно выглянул из лачуги.
— Высочайшие… — робко проговорил он и вновь замолчал.
— Вот! — я указал на «калаш» без магазина и два карабина. — Пользуйся!
— Благодарствую, о, Высочайшие! — Староста низко поклонился. — Вот только…
— Что, только? — нетерпеливо проговорил Снежана. — Говори уже!
— Вот только нас «дикобразы» убьют за всё это! — закричала женщина, выбегая наружу. — Вы уйдёте, а они вернуться и…
— Смотрите! Смотрите! — Староста указывал рукой куда-то вправо. — Там, на холме!
Мы со Снежаной посмотрели в ту сторону и сначала даже не поняли, что там происходит.
Сплошной чёрно-оранжевый поток медленно перетекал холм в сторону северо-запада, и я не сразу сообразил, что это превеликое множество мотоциклистов…
— Уходят! «Дикобразы» уходят! — в голосе старосты слышалось теперь огромное облегчение.
— «Ковбои» вернутся! — напомнила ему женщина.
— Ничего, хуже не будет! Тем более, вот за это всё… — Замолчав на мгновение, староста указал на догорающие мотоциклы и два мёртвых тела неподалёку, — …за это они нас наказывать не станут!
— Да они и не узнают, — подхватила женщина. — Вот только надо всё это зарыть быстренько…
И вдруг, испуганно завопив, она метнулась назад, в лачугу. А староста просто брякнулся наземь и, кажется, лишился чувств.
С чего бы это?
— Долго же нам за вами гоняться пришлось! — послышался за моей спиной чей-то восторженный голос. — Везде искали, а они вон куда забрели!
Неужто «дикобразы» столь незаметно подобраться смогли? Но ведь они, вроде как, местность эту покинули…
Я резко обернулся, одновременно с этим, срывая с плеча автомат.
Но это оказались не «дикобразы».
Неподалёку от нас, не стояли даже, парили в воздухе десять человек: двое мужчин и восемь женщин. И оба мужчины были мною, а все женщины — Снежаной.
Вот только одеты они были совершенно иначе: в какие-то просторные светящиеся балахоны оранжевого цвета.
В это время Снежана (настоящая) повернулась ко мне.
— Сильно удивлён? — спросила она.
Но ответить я не успел.
Вновь полыхнуло вокруг ослепительно-яркое сияние, так странно холодившее тело. А потом я вдруг обнаружил себя там, где меньше всего ожидал увидеть: в том странном помещении, полностью заставленном непонятной аппаратурой.
Помещение, в которое и привёл меня ранее Стефан.
Ещё более странным было то, что другой «я» в это же самое время стоял на платформе. Рядом с ним (мной) лежало два рюкзака, а сверху раздавался какой-то оглушительный грохот…
В общем, знакомая ситуация.
— А ты как же? — крикнул я (тот, который стоял на платформе), и в это время сверху вновь оглушительно загрохотало. — Они же убьют тебе, те, кто сюда сейчас ворвётся?! Давай вместе туда, к Снежане!
— Мне нужно уничтожить всё это до того, как они тут появятся! — закричал Стефан, не оборачиваясь. — Это очень важно! Что же касается Снежаны…
В это время люк сверху не выдержал и отворился. И тотчас же по прикреплённой к стене лестнице вниз принялись спускаться, один за другим, несколько человек в чёрных облегающих комбинезонах. Было ли у них хоть какое оружие, этого я так и не приметил…
— Передай Снежане, что она для меня…
Но я (который на платформе) уже исчез вместе с рюкзаками, а Стефан, не договорив, выстрелил два раза в людей в чёрном облегающем одеянии, но, кажется, оба раза промазал. Потом кто-то из спустившихся в помещение выстрелил ответно в Стефана и тот упал, болезненно и как-то недоуменно вскрикнув.
Следующий их выстрел был в мою сторону, но, к моему счастью, стрелок промахнулся (а может, это был предупредительный выстрел?), и тогда я, сам не очень понимая, что делаю, вскинул автомат. Просто вскинул, ничего покамест не предпринимая.
Нападавших было пятеро и не менее десяти пуль тотчас же вонзились мне в грудь и в живот. Это должно было быть больно и очень больно, но никакой боли я почему-то так и не почувствовал. А потом одной длинной очередью срезал всех пятерых (уж очень кучно они располагались), и лишь после этого упал сам, понимая, что тяжело (а может, и смертельно) ранен, и боль должна была вот-вот появиться, жуткая нечеловеческая боль. А ещё должна была быть кровь, вытекающая из моих многочисленных ран, целые лужи крови подо мной…
Но крови не было совершенно…
Как, впрочем, и боли…
Тогда я вновь поднялся и, внимательно себя осмотрев, не нашёл на собственном теле ни единой царапины. И кожаная куртка моя тоже не пострадала, что было совсем уж невероятно, ведь я же отчётливо ощущал, как вонзались все эти пули в моё тело!
Впрочем, насмотревшись за последнее время так много странного и даже невероятного, я этому удивляться не стал. Просто воспринял, только что произошедшее, как должное.
Потом, закинув автомат за спину, вытащил из кармана кольт (на всякий случай), и подошёл к лежащим неподвижно пятерым в чёрном одеянии, так похожим на киношное одеяние японских ниндзя.
Но это касалось лишь чёрного облегающего одеяния. В остальном же, к японским мастерам «плаща и кинжала» напавшие на нас со Стефаном не имели ни малейшего отношения. Правда, одного из них я ранее никогда не встречал, но остальных четверых тотчас же узнал: Эванса Холройда, молодцеватого капрала, некогда набивавшегося ко мне в адъютанты, самого мистера Смита и… девочку Мери с пегими волосами…
Все они были, кажется, мертвы… хотя, нет!
Мери вдруг открыла глаза и наши взгляды встретились.
— Предатель! — прошептала Мери, захлёбываясь кровью. — Как же ты мог… как же ты только мог!..
— Я не знал, что это ты! — закричал я, падая перед ней на колени и хватая за быстро холодеющую руку. — Я совсем запутался. Мери! Кого я предал, скажи?!
— Ты… предал… Землю!..