Ватутин

Однако Советский Союз не мог принять установленную демаркационную линию в качестве своей новой западной границы. Но эту проблему нужно было решать и как можно скорее. Поэтому 28 сентября 1939 года в Москве был подписан советско-германский Договор о дружбе и границе. В основу этого документа было положено предложение советского правительства об установлении западной границы СССР по «так называемой “линии Керзона”, предлагавшейся еще в 1919 г. Англией, Францией, США и некоторыми другими странами в качестве основанной на этнографической базе границы между Советской Россией и Польшей».
 
В результате освободительного похода Красной армии к Советскому Союзу отошла территория общей площадью свыше 190 тысяч км2 с населением более 12 млн человек, в том числе 6 млн украинцев и 3 млн русских. Была восстановлена западная граница СССР, которая отодвинулась на 250—300 километров. Безусловно, это значительно укрепило безопасность Советского государства. Гитлеровская Германия была лишена возможности использовать Западную Украину и Западную Белоруссию в качестве плацдарма для нападения на СССР. Дэвид Ллойд Джордж, в прошлом британский премьер-министр, осенью 1939 года писал польскому послу в Лондоне Эдварду Рачиньскому о том, что СССР занял «территории, которые не являются польскими и которые были силой захвачены Польшей после Первой мировой войны... Было бы актом преступного безумия поставить русское продвижение на одну доску с продвижением Германии». В том же духе выступил по радио 1 октября 1939 года премьер-министр Уинстон Черчилль, в то время 1-й лорд Адмиралтейства. В частности, он заявил: «То, что русские армии должны были находиться на этой линии, было совершенно необходимо для безопасности России против немецкой угрозы. Во всяком случае, позиции заняты и создан восточный фронт, на который нацистская Германия не осмеливается напасть».
Но вернёмся к нашему герою. На протяжении всей кампании Ватутин не знал ни сна, ни отдыха. Что на Тимошенко, что на нём лежала огромная ответственность за её проведение. Командующий принимал решения, а перед их принятием денно и нощно шла непрерывная огромнейшая работа. Скрупулезная разработка плана, определение направлений главных ударов, составление всевозможных приказов, отмобилизование, развертывание и переброска войск, обеспечение бесперебойного управления войсками, отдых и питание личного состава — это и многое другое лежало на плечах штаба. Завершающим этапом его работы стал отчёт о действиях фронта на театре боевых действий. Когда этот документ был подготовлен, Ватутин вызвал к себе полковника С. М. Штеменко. Будущий заместитель начальника Генерального штаба, генерал армии, автор известных мемуаров «Генеральный штаб в годы войны» Сергей Матвеевич Штеменко в то время проходил стажировку в штабе КОВО.
— Вам поручается доставить в Москву отчёт о действиях войск нашего фронта по освобождению Западной Украины, — сказал Ватутин. — До Киева полетите на самолете, а дальше поедете поездом. За портфель с документами и картами отвечаете головой. В Генштабе все сдадите лично комбригу Василевскому.
На следующий день Штеменко уже был в Москве и вручил портфель с отчётом А. М. Василевскому. С получением этого портфеля с документами, можно сказать, ставилась последняя точка в походе в Западную Украину. А в личном деле комкора [23] Ватутина вскоре появились такая запись: «В период освобождения единокровных братьев-украинцев Западной Украины из-под ига польских панов, капиталистов как начальник штаба округа показал способность, выносливость и умение руководить крупной операцией».
По возвращении в Киев Ватутин наконец-то получил долгожданный выходной. Это было воскресенье. Он взял с собой дочку Лену, и они пошли гулять по Крещатику. Такая возможность спокойно пройтись по улице у Николая Федоровича выпадала крайне редко. Навстречу шли люди, теплом светились лица. Проходя мимо пассажа, дочка увидела в витрине большую куклу, почти с неё ростом. И тут же стала просить папу её купить. Тот сначала отказывался, говоря дочке, что она уже большая, ей нужны книжки, а не куклы. Но потом сдался с условием — она сама понесет куклу домой. Оказалось, что нести куклу было тяжело, и Ватутину пришлось одной рукой держать руку дочери, а в другой нести громадную куклу в ярко-красном платье, с белыми волосами. Офицеры и солдаты при встрече с начальником штаба округа отдавали ему честь, понимающе улыбались, а Ватутин впервые в жизни смущался при встрече с подчиненными.
Спустя годы Елена Николаевна, дочь Ватутина, рассказала ещё одну историю, которая также служит лишним доказательством большой занятости её отца в предвоенные годы. В Советском парке [24], где они летом в редкие часы гуляли всей семьёй, зимой устроили каток. Лена быстро научилась кататься на «снегурках», а папа все не мог выбрать время, чтобы посмотреть, как она катается. Все дни — и в будни, и в праздники — он находился в штабе или в войсках, а возвращался домой поздно ночью. И тогда Лена решила не ложиться спать до приезда папы, чтобы все-таки показать ему, как она катается. И дождалась. Только в первом часу ночи Николай Федорович вышел с ней в парк. Светила луна, белел снег, и Лена, радостная, возбужденная, оглядываясь на папу, скользила по затихшей аллее...
Четырнадцатого ноября 1939 года в Киеве состоялись военный парад частей гарнизона и демонстрация трудящихся в честь воссоединения Западной Украины и Украинской ССР. В этот день его центральные улицы, заполненные празднично одетыми людьми, напоминали бурное весеннее половодье. Крещатик был весь запружен войсками. На осеннем солнце ярко горел кумач флагов и транспарантов, повсюду играла музыка, звучали песни. Но жизнь уже диктовала новые задачи. Войска Украинского фронта, реорганизованного обратно в Киевский особый военный округ, перенацеливались на выполнение большого комплекса различных мероприятий. К числу первоочередных относились — передислокация частей и соединений, разработка плана прикрытия государственной границы, оборудование театра военных действий...
На повестку дня также встали вопросы приведения в порядок казарм, автопарков, конюшен, стрельбищ, учебных полей, создания предполья, строительства новых аэродромов и укрепрайонов. Нужно было обобщить полученный в ходе кампании опыт, извлечь уроки и устранить выявленные недостатки, провести занятия и учения по отработке задач управления войсками в сложных условиях современного боя.
Ватутин, как и раньше, работал по 12—14 часов. Регулярно бывал в войсках, где проводил совещания с командирами и начальниками штабов частей и соединений, намечал с ними будущие рубежи обороны, расположение УРов. Государственная граница хотя и была отодвинута на запад на сотни километров, но теперь это была советско-германская граница и на ней стояла сильная немецкая армия. Генералы вермахта уже жадно рассматривали в цейсовские бинокли живописные пейзажи карпатских гор. Еще совсем недавно, в дни освободительного похода в Западную Украину, Николаю Федоровичу несколько раз довелось встречаться с представителями вермахта, и почему-то после этих встреч, внешне дружеских, в душе надолго поселилось предчувствие того, что именно с этими офицерами и генералами ему скоро придётся воевать.