Эпидемия

- Ну что, по коням. – Свердлов вышел из заправки, на ходу поправляя ремень. – Серега, залился?
- Полный бак и еще пару канистр. Тут девяносто второй, но думаю, все будет нормально.
- Хорошо. Все на месте? Тогда погнали.
Через пару минут грузовик выехал на шоссе и начал набирать скорость, гудя колесами по прогретому асфальту. Машина ехала не очень быстро, максимальная комфортная скорость Камаза около шестидесяти километров, быстрее - начинает греметь и дрожать, словно телега на брусчатке. Проезжая поселки и станицы сбрасывали скорость до сорока. Так что Краснодар пересекли уже ближе к закату. Точнее не сам Краснодар, обогнули город по западному объезду, не рискуя соваться в южный мегаполис. На объездных людей было заметно больше, чем на трассе, но все равно в разы меньше, чем обычно. Кто-то выносил придорожные магазины, кто-то просто ехал, а кто-то умирал. Да, были и те, кто лежал чуть поодаль дороги, внешне больше походя на оживший труп, и при звуке приближающейся машины старался привлечь внимание из последних сил. Но все проезжали мимо. Эмпатия во время всеобщей катастрофы не конёк.
Тимур уткнулся в свежеприобретенный смартфон. Навигация еще работала, и он посмотрел, как фигурка, отображающая их машину, движется по карте. В самом городе пробок нет, хотя в это время час пик только начинал рассасываться. До Геленджика в таком темпе ехать еще часов шесть, а Свердлов собирался еще остановится на ночлег. Но Тимур не мог ждать. Тревога и незнание съедали изнутри. Спокойно остановится и лечь спать, когда ты уже почти дома – нет, так он точно не сможет.
26 июня 21.02 по московскому времени
Почти полностью стемнело, когда остановились на следующей красно-белой заправке, недалеко от Саратовской. Военные привычно выпрыгнули из кузова и направились к зданию АЗС. Свердлов вылез из кабины, одел на плечо ремень автомата и закурил.
- Товарищ Капитан? – Тимур остался возле заднего борта грузовика и обратился к офицеру.
- Да?
- Тут заночуете?
- Скорее всего да. Ночью ехать не очень целесообразно. Ребята очень устали - вторые сутки на ногах. И тебе тоже стоит поспать.
- Я, наверное, поеду.
- Сам?
- Да. До дома не так далеко осталось, все равно не усну. Звонил родителям. Там связи нет.
- Понимаю, сам переживаю очень. Точно решил? Поспал бы, мы часа на четыре всего, не дольше. Довезли бы. С поддержкой спокойнее.
- Да нет. Я все же поеду.
- А на чем собрался?
- Машин много брошенных, надеюсь найду. Людей то почти нет нигде.
- Ну да, за всю дорогу от силы пары десятков видели. Хренотень какая-то. Три дня назад началось, и уже почти нигде людей нет. Не может быть такого, мы то не заболели. Вообще не пойму, что твориться. И власти ничего не предпринимают.
- Так я поеду?
- Да езжай, если решил. Что спрашиваешь то? Я тебе больше не командир. Если что, двигайся по трассе. Мы если увидим тебя где, подберем.
- Хорошо, но я, надеюсь, доберусь. У вас мобильный есть?
- Да, а что?
- Номер запишу. Может пригодиться.
- Запиши, но не думаю, что связь долго проработает.
Обменялись номерами, и Тимур, махнув рукой на прощание, пошел. С каждым шагом тревога все сильнее захватывала. Намного проще, когда рядом есть люди, с оружием, старше и опытнее. А теперь - один, сам, по своему выбору. Крепче сжал висящий на ремне автомат и прибавил шагу.
От заправки до скопления кафе и магазинов в Саратовской пятнадцать минут пешком. Вроде не далеко, но расстояние показалось просто огромным. Накатило желание вернутся обратно, и поехать завтра со всеми, но переборол нерешительность и страх, прибавив шагу. Ботинки быстро запылились от придорожной грязи. Начал срываться мелкий дождь. Только этого не хватало. Промокнуть и простыть, когда весь мир корчиться в агонии эпидемии. Прохладные капли неприятно падали за шиворот и скатывались по спине, щекоча. Поднял воротник кителя - не спасло.
Впереди показались первые здания кафешек. Черные окна подчеркивали запустение, вгоняя в тревогу еще сильнее, лишь в двух заведениях горел свет. Машин и людей не было видно. Обычно здесь в любое время дня и ночи было «вавилонское столпотворение». Ехавшие на море, после долгой дороги останавливались здесь, перед завершающим рывком. А сейчас никого.
Тимур прошел первые забегаловки и посмотрел на свое отражение. Сам бы себя не узнал, если бы со стороны увидел. Форма, рюкзак, автомат на плече, разгрузка, нашпигованная магазинами и лицо… Как будто стал старше лет на десять. Хоть и сложно было разглядеть в сумраке, но рассмотрел - уставшее, осунувшееся, потерянное.
Залаяла собака, копающаяся в мусорных контейнерах. Тимур от неожиданности отпрянул в сторону.
- Не боись, солдат, она сама тебя напугалась. – Послышался хриплый голос из открытой двери небольшого кафе.
Юлаев испугался еще сильнее и схватил автомат. Всего три дня, эпидемии, а люди уже начали вызывать страх.
- Ух, какой ретивый. Опусти игрушку, паренек, я тебе точно не угроза.
Из темноты кафе вышел пожилой мужчина, с короткой седой бородой и объемным животом под заношенной футболкой. –Свое добро сторожу. А ты куда один топаешь?
- Домой. – Тимур громко сглотнул.
- Как я сам не додумался? Кому сейчас эта армия нужна. А я с дома ушел. Там жена с дочкой померли, вчера жена, сегодня дочь. Вот кафе только семейное осталось. Сторожу от мародёров. Завтра похороню их. Хотя тебе то до этого дела нет, а я разболтался.
- Сочувствую вам.
- Ну да, ну да. Сейчас всем не до сочувствия. Далеко идти то?
- Геленджик.
- Далековато, ноги сотрешь. Водить то умеешь? – Тимур молча кивнул. – Пойдем.
Мужчина взял стоящую у двери охотничью двустволку и пошел по направлению к парковке. Юлаев старался идти чуть позади, чтобы держать мужчину в поле зрения.
- Да не бойся ты. Я же не грабить тебя собрался. Ты первый человек, кого я со вчера увидел. Проезжали конечно некоторые, но никто не останавливается. Вечером в селе пару видел, но они уже скорее не живые, так как очень плохи были. – Мужчина громко прокашлялся. – Людей мало выживет. Зараза страшная, сам жду, когда и меня заберет. Так что, пока надо помогать своим. На том свете зачтется.
Прошли парковку где стояло несколько простых иномарок и подошли к задней двери какого-то магазина.
- Подожди минутку. – Мужчина скрылся за дверью. Щелкнул фонарик, и внутри заметался луч света. – Так, ага вот они. – Он вышел через минуту и протянул Тимуру связку ключей с брелоком автосигнализации. – На держи. Это магазин знакомого. Умер еще в первый день, в угон никто не объявит. Не знаю сколько там бензина, но она на ходу. Садись и езжай, только осторожно.