Войны России за Украину. От царя Алексея до Екатерины Великой
Понимая невозможность продолжать борьбу, несмотря на несомненное поражение поляков, о чем свидетельствуют тяжелые для них условия перемирия, Хмельницкий вернулся с войском в Чигирин.
Экономическая связь с Москвой
Столкновение под Жванцем было последним того периода освободительной войны, которую Хмельницкий вел с 1648 года, сотрудничая с татарами и имея от Москвы хотя и большую и всестороннюю, но только косвенную помощь, ибо на вмешательство Москва в течение этих шести лет не решалась. Помощь эту, равно как и оживленные экономические и культурные связи между Украиной и Русью Московской, украинская шовинистическо-сепаратистская историческая школа старательно замалчивает и сознательно, путем этого замалчивания, искажает историю Украины.
А между тем бесчисленные исторические документы, хранящиеся в ЦГАДА, неопровержимо доказывают наличие, размеры и характер этих связей, особенно усилившихся и оживившихся в первой половине XVI века, то есть в годы освободительной борьбы и предшествовавшие.
В далеком Сольвычегодске украинские купцы — главные покупатели пушнины. Сохранилось донесение (1640 г.), объясняющее неуспех одной из ярмарок пушнины тем, что в этом году «не приехали черкасы, которые обычно наибольше покупают»… В донесении из Касимова (около Рязани) спрашивается, как поступать с черкасами, которые понавезли много водки и табаку и торгуют ими на соблазн местного населения.
Из сохранившихся отчетов и счетов купцов Зеркальникова и Масалитинова видно, что они регулярно возили в Чигирин целые обозы сукна, то есть снабжали казацкую армию.
Существует в ЦГАДА и отчет об отправке (в 1651 году) Русским правительством из Москвы в Чигирин несколько обозов «пушечных и хлебных запасов».
В 1653 году, с возвращавшимся из Москвы послом Хмельницкого С. Мужиловским было послано в дар православной церкви Украины большое количество «священных сосудов, и риз и книг к церковной потребе».
Большие партии готовой одежды закупали в русских городах купцы из Луцка, как об этом свидетельствуют документы об освобождении от пошлины всех их товаров, идущих на Украину.
Киевско-Печерский монастырь закупал в Туле и в Кашире большие количества железа для нужд своих многочисленных имений, а также нанимал специалистов: «ковщиков, крючников, доменщиков». Оживленную торговлю с Россией вели также и греки, имевшие большую колонию в г. Нежине, которые ухитрялись вести торговлю даже в обстановке военного времени.
Из Киева шли в Москву ювелирные изделия, парча, шелк, попадавшие в Киев из Турции. Особенно оживленными были сношения Украины со Слободской Украиной, где жило немало переселившихся с Украины хороших ремесленников, которые продавали свои изделия приезжавшим с Украины купцам.
Примеров экономического сотрудничества и помощи, подтвержденных неоспоримыми документами, можно привести множество. Но и из упомянутого выше очевидно, что русский народ и Московское государство в самый трудный период жизни украинского народа, когда он вел борьбу с католическо-польским угнетением, служил надежным тылом, куда можно было укрыться в случае неудачи, и основной базой снабжения для ведения борьбы.
Культурные связи Украины с Москвой
Кроме массовых переселений и широкой помощи переселенцам, о чем уже упоминалось, и кроме оживленных экономических связей, не менее оживленными были культурные связи единоверных и единокровных Руси-Украины и Руси Московской.
Уже в начале XVII столетия Киевское Братство и группировавшиеся вокруг него культурные силы определенно и недвусмысленно тяготели к Москве. И чем сильнее был нажим католическо-польской агрессии в религиозном и национальном направлениях, тем сильнее становилось это тяготение.
Общеизвестны стремления митрополита Иова Борецкого в начале XVII века к теснейшему церковному и политическому сближению с Москвой и к воссоединению двух братских народов и его связи с Москвой. Со своей стороны Москва проявляла большой интерес к культурной жизни Киева, бурно развивавшейся в начале XVII века под покровительством Киевского Братства.
В описи книг Строгановых мы находим несколько сот книг, напечатанных в Киеве, а во многих крупных русских монастырях (Соловецком, Троицко-Сергиевском, Суздальском и других) в описях числилось даже по несколько экземпляров одной и той же книги киевского издания. Монастыри посылали в Киев специальных посланцев для закупки больших партий книг, а потом распределяли их по более мелким монастырям.
В ЦГАДА сохранился отчет «попа Ивана», который в 1652 году ездил в Киев за книгами и привез их большое количество. В сохранившихся описях библиотек именитых московских бояр неизменно встречаем много книг, вышедших на Украине.
Особенной любовью пользовались и охотно покупались книги с нотами «Крючкового письма», в которых особыми крючками, заменявшими тогда ноты, печатались церковные песнопения так называемого «Киевского напева».
Кроме книг и нот в России был большой интерес к украинским певцам — «спивакам басистым и тенористым», которых приглашали на службу для организации хоровых групп. Сохранились, например, сведения о выезде в 1652 г. из Киева в Москву на службу Федора Тернопольского с одиннадцатью «спиваков» или о пребывании в Сольвычегодске на службе у Строгановых украинского регента-композитора Дилецкого, который ввел там новые сложные формы и применил контрапункт. Киевские ученые, Епифаний Славинецкий и Арсений Салтановский, высоко ценились в Москве и были приглашены туда «для риторского учения» и переводов с латинского и греческого с необычайно высоким по тем временам вознаграждением, о чем сохранились документы.
В 1640 году киевский митрополит Петр Могила, видя все растущие и крепнущие культурные связи Киева и Москвы, предложил русскому правительству организовать в Москве своеобразную школу, в которой учителями были бы киевские ученые. Об этой организации монастыря-школы Могила пишет: «В царствующем граде благодатью и казною своей царскою монастырь соорудить, в котором бы старцы и братия общежительного Киевского братского монастыря живучи, детей боярских и простого чину грамоте греческой и славянской учили».
Предложение Могилы скоро было осуществлено, правда, не на средства правительства, а на личные средства боярина Ф. М. Ртищева. Вблизи Воробьевых гор был построен Андреевский «училищный» монастырь, в котором была открыта школа. Преподавали тридцать приглашенных из Киева учителей, «изящных во учении граматике славянской и греческой, даже до риторики и философии, хотящим тому учению внимати». Школа имела большой успех. Просуществовала она более 20 лет и через нее прошли сотни молодежи не только боярской, но и «простого чину», то есть даже не дворян, а купцов, ремесленников и сыновей духовенства.
Понимая все значение и пользу культурных связей с Украиной-Русью, Московское правительство указом от 14 мая 1649 г. официально и всенародно признало, что оно высоко ценит украинских ученых и ищет их помощи для организации в Москве высшего образования. По этому указу были выписаны в Москву киевские ученые и были созданы все условия для их плодотворной работы.