Сержио

— Как вам у нас понравилось?
— Спасибо, — я удовлетворенно ослабил пояс. — Передайте поварам, что они мастера своего дела.
— Обязательно. Думаю, им будет приятно.
— Сколько я должен заплатить?
— Шестьдесят ассов за постой, пятьдесят ассов за содержание и уход за жеребцом и сорок пять ассов за обед. Итого: один сикл пятьдесят пять ассов.
Расплатившись я уточнил дорогу до гильдии наемников и прихватив посоленную горбушку хлеба вышел из здания. Зайдя в конюшню во внутреннем дворике, убедился, что Князь устроен хорошо. Вычищенный жеребец стоял в чистом стойле и хрумкал овес. Тут же на стене висело его седло и сбруя. Давешний мальчишка подметал проход между стойлами. Я угостил Князя соленой горбушкой, потрепал его по холке и повернулся к мальчишке:
— Тебя как зовут?
— Ненад, уважаемый.
— Спасибо тебе, Ненад, — бросил ему медную монетку.
Пацаненок довольно улыбнулся, а я развернулся и пошел со двора. Меня ждала гильдия наемников…
Дорога оказалась неблизкой. И если харчевня «У пузатого Квитко» располагалась в благополучной части города, то Представительство «Варнийской гильдии наемников» находилось в посаде среди домов малообеспеченных горожан. Я даже немного устал, пока добирался к своей цели. Наконец, вышел к небольшому двухэтажному деревянному зданию, на котором висела табличка с изображением скалящейся песьей головы. Перед входом в здание была установлена коновязь. Первый этаж здания занимало какое-то складское помещение, а вот на втором этаже, куда вела отдельная лестница, были слышны голоса.
Я приостановился, набираясь решимости: «Вот она, моя очередная точка бифуркации». Сейчас мне надо было сделать то, что во многом определит мою дальнейшую жизнь. Вдох… выдох… вдох… пошел! Нацепив на лицо маску безразличия, я уверенно поднялся по лестнице, вошел в помещение и оказался в небольшом холле. Вдоль его стен стояли длинные лавки и два стола с приставленными к ним табуретами. На них располагалось несколько мужчин. Доспехов на них не было, но имеющееся у каждого личное оружие и медные жетоны, тускло поблескивающие на груди, не оставляли сомнений — это наемники.
— Доброго всем дня, — вежливо поздоровался со всеми.
Но в ответ присутствующие в холле наемники только презрительно окинули меня взглядом, не удостоив приветствием. В другом конце холла находилась дверь в следующее помещение. Было жарко, поэтому дверь не была закрыта, и я увидел рыжеволосого мужчину лет пятидесяти с седыми висками, который сидел за столом и беседовал с каким-то парнем. По-видимому, это был местный начальник.
Молодой человек с нежным возрастом в районе восемнадцати лет часто кивал головой и поглядывал на бумагу, что лежала перед ним. Потом мужчина кивком указал на нее парню, тот взял со стола перо и что-то накарябал на ней. Удовлетворенно улыбнувшись, начальник представительства взмахом руки отпустил парня и тут же прокричал:
— Десил, выдай парню начальный комплект наемника и отправь к «Железным леммингам» в порт. Им уже завтра утром выходить.
Из-за стола встал кучерявый брюнет, крепкий и не старый. Скорее всего, не старше тридцати лет. Он молча поманил рукой молодого человека и направился к выходу. Сразу стало понятно, почему, будучи еще достаточно молодым, он работает в представительстве. Десил с трудом переставлял правую ногу, сильно хромая. Мимо меня, зажимая в руке жетон наемника, прошел с восторженным выражением лица новый рекрут гильдии. А кем еще он мог быть?
Проводив их взглядом, я развернулся и подошел к открытой двери в кабинет начальника:
— Разрешите?
Стоявший ко входу правым боком мужчина повернулся и с интересом посмотрел на меня. Я чуть не отшатнулся от неожиданности, но быстро смог взять себя в руки. Левую щеку начальника представительства гильдии обезображивал огромный шрам. Веки левого глаза были сильно повреждены и на половину закрывали глаз. К счастью, сам глаз был цел и сейчас внимательно рассматривал своего собеседника. Кожа на левой щеке была причудливо изломана и производила отталкивающее впечатление.
— Заходи, — наконец ответил начальник. — Чего хотел?
— Я хотел бы стать наемником.
— Хм… Присаживайся. Меня зовут Хаор. Сколько тебе лет?
— Шестнадцать.
— Всего шестнадцать? Я думал, больше, — удивленно рассматривая крепкую, высокую фигуру юноши, проговорил Хаор.
— Я совершеннолетний и по закону имею право поступить в наемники или в воинскую дружину, — я не на шутку заволновался.
— Да не сепети ты. Зачастил… Знаю, что имеешь право. А зачем ты в наемники хочешь пойти?
— Я вижу себя воином. Меня не привлекает всю жизнь прожить крестьянином или ремесленником.
— Ишь, ты! Видит он. Думаешь, станешь наемником, сразу Удачу за хвост ухватишь? Работать не надо, ходи мечом подпоясанный, ни хрена не делай. Красота? Вот это увидь, — поближе подставил свою изуродованную щеку Хаор. — Хорошо видно?
— Хорошо, — тихо ответил ему, немного промолчав.
— И что по этому поводу думаешь, глазастый ты наш?
— Думаю, что тот, кто это сделал, сейчас кормит червей.
— Хм… Ишь, ты… Ладно, дело твое. Принять такое решение ты вправе. А воины нам нужны. Но как, в каком отряде, за какую плату ты будешь работать, сейчас будем решать.
Хаор поворочался, устраиваясь на стуле поудобнее:
— Ты каким-нибудь оружием пользоваться умеешь?
— Да. Саблей (понятие «шашка» на Этерре не существовало) и коротким мечом — нормально, копьем, щитом и сулицами — средненько.
— Вот как?! А откуда у тебя такие умения?
— Были учителя…
— Ну, ладно. А что-нибудь из вооружения у тебя есть?
— Да. Кавалерийское копье, круглый щит, сабля, короткий меч, сулицы, легкие металлические доспехи, конь со всем снаряжением.
По мере того, как я перечислял свое вооружение, в соседней комнате затихали разговоры наемников, а лицо Хаора все больше вытягивалось.
— Ты благородный? — наклонившись над столом, тихо спросил Хаор.
— Никогда в жизни не утверждал этого.
— Какой заковыристый ответ, — ухмыльнулся Хаор. — Откуда у тебя такое вооружение?
— От деда осталось.
— А кто твой дед? И, кстати, кто твои родители?
— Они погибли. Сейчас я сирота.
Начальник представительства откинулся на спинку стула и помолчал.
— Ладно, продолжим. Обычно, новому рекруту мы выдаем комплект вооружения в счет будущего заработка. А начальную подготовку в течение месяца он проходит в отряде, куда его распределяют. На время начальной подготовки он половину своего заработка отдает ветерану отряда, который занимается его обучением.
— Мне этого не надо.