Герой

Женщины не особо понимали, о чём я говорил, разве что грамотная Сюй могла следить за моей мыслью.
— Вчера я так много забрал Ки, что на время в поселении и вокруг него Ки пропала. Потом энергия перетекла сюда из других мест, и вы снова смогли дышать.
— А почему остальным не стало плохо?
— Потому что у вас была своя собственная Ки, хранимая в теле. А теперь представьте, что было бы, если хотя бы только вы были такими же, как и я. Сколько из вас попытались бы убить меня? Вы бы с радостью исхлестали меня заклинаниями, швыряли бы сотни и тысячи единиц Ки в защиту, огонь и молнии. И Ки бы закончилась не только возле поселения, но и во всём лесу. А что случилось бы, если бы люди всего мира были такими? Как быстро Ки пропала везде? Как бы мир выжил после такого?
Основатель придумал мечту. Но она не должна осуществиться. А потому секта больше не нужна. Не нужно убивать детей. Не нужно соперничать друг с другом. Не нужно похищать девушек. Я пришел не для того, чтобы убить патриархов. Я пришел убить секту. Но вам не обязательно умирать. Вы можете жить по-другому. Можете уйти отсюда и поселиться в городах и селах. Можете пахать землю, пойти в армию и сражаться, можете стать неплохими магами. С вашими способностями вы сможете найти место на земле.
— А мы? — крикнула Сюй. — Что делать нам?
— Если хотите, я провожу вас до ближайшей деревни или города, дам денег, чтобы вы смогли добраться до родных.
— Нет! Как я могу вернуться домой теперь? — разрыдалась Аи, глядя на свой огромный живот. — Мне выгонят. И я умру от голода вместе с ребенком.
— Мы все можем уйти? — переспросил старший из шестой ветви, проигнорировав слова женщин. — Взять и уйти?
— Старшие. Все, кто хоть раз был на охоте, могут уйти. Я разрешу взять оружие, на каждых пять человек дам повозку, вилорогов и продукты.
— Если секты нет, значит, ты не патриарх. И я не должен тебя слушать.
— Верно, — кивнул я. — Но если ты дернешься, чтобы занять мое место, нападешь на кого-то или обидишь женщин, я убью тебя.
И тут на меня посыпались вопросы со всех сторон:
— А если я не захочу уйти? Ты тоже меня убьешь?
— Кто будет жить в домах патриархов?
— А если женщина сама захочет лечь со мной? — спросил мальчик двенадцати лет.
— А что теперь делать?
— А что, учиться больше не нужно?
— Что будет с младшими?
Я подождал, пока они угомонятся, но вопросы всё не заканчивались. Более того, женщины тоже осмелели и присоединились к всеобщему гвалту.
— Молчать! — рявкнул я. — В домах патриархов будут жить женщины с детьми. Вы должны вычистить оба длинных дома. Спать будете в них. Те, кто занимался лесной охотой, идут на охоту. Те, кто занимался скотом, занимаются скотом. Задание для всех — придумать себе имена. У каждого должно быть имя. Можете взять любое слово. Меня зовут Шен. Кто захочет уйти, должен сначала подойти ко мне. Я объясню, где какие поселения, чем можно заняться, дам кристаллы и немного денег. За порядком в поселении следит Правый Двенадцать.
На этом разговор и закончился.
Сюй бесстрашно растолкала поросль, выхватила двух мальчишек из разных ветвей и потащила их за собой. Один пнул ее по ноге, второй попытался направить против нее заклинание, но тут же отхватил оплеуху.
Она схватила их за уши и сказала:
— Теперь тебя зовут Ши, а тебя — Ксин. И если я еще раз увижу, как вы ставите ловушки на людей, я вам уши оторву. И не сметь бить меня магией! Я ваша мать. Мать, ты понял, Ши? А мать — это твой личный патриарх.
Ей повезло, что ее сыновья не так давно перешли в длинный дом. У большинства из поросли матерей уже не было в живых.
Но трудности только начинались.
    
Глава 19 
 Дикий зверь признал хозяина
Может быть, действительно стоило убить всех?
Эта мысль пришла спустя неделю после того, как я объявил об уничтожении секты. Или нужно было остаться патриархом, чтобы они знали — что делать, как относиться друг к другу, к чему стремиться и о чём думать. Сейчас же и в головах, и в поселении творился хаос. Уже не в первый раз я убедился, что не хочу и не могу быть лидером. В Академии, несмотря на постоянные подначки Мэй, я сумел остаться в тени. Даже Уко с ее страхами и агрессией слушались больше.
Здесь мне не оставили выбора. Хотя нет, выбор был. Я в любой момент мог уйти в леса и вернуться через несколько недель, когда в секте останется в живых только один. Но тут были женщины, тут были дети. Я бы не хотел еще раз свергать новых патриархов, которыми наверняка назовутся вылезшие на поверхность лидеры.
Весь первый день женщины выбирали дома и переселяли туда малышей. Я позвал было Сюй к себе, ведь тут три большие комнаты, мне не нужно столько пространства, но она отказалась.
— Пять мальчишек, — сказала она. — Ты выкинешь нас уже к вечеру. И я хочу быть поближе к остальным девушкам.
Потому ко мне подселили Аи и еще одну женщину без детей и без живота, чтобы та помогала с домашними делами. Они заняли кабинет, из которого я перетащил все бумаги в спальню. Самую большую комнату оставили свободной.
Прибежал Двенадцать и сообщил, что отныне его зовут Великий Мастер.
— Такое имя могут дать только потомки или предки, но никак не ты сам. Выбери имя, которое будет сразу всем говорить только о тебе.
Он почесал затылок и сказал:
— Тогда Липучка. Это мое первое созданное заклинание, и оно спасло мне жизнь год назад.
— Если ты пойдешь во внешний мир, тебе нужна еще фамилия, которая напоминает о предках.
— Четвертый — Сы. Ведь я родом из четвертой ветви.
— Хорошо, Четыре Липучка. Сы Тье.
— Ты сказал следить за порядком внутри. Там непорядок. Никто не хочет занимать женский дом.
Я вздохнул, взял копье и направился на место разборок. Подростки хватали мальчиков помладше, зашвыривали их в женский дом, держали дверь и смеялись над ними:
— Ну что? Сиськи уже отросли? Пищите точно как бабы.
— Работает? — негромко спросил я. — Они точно превратятся в баб? Тогда вы все будете спать в загоне со свиньями. Не хватает хорошего мяса.
Подростки тут же отпустили дверь и уставились на меня. Я понял, что если спущу это с рук, то многим младшим не поздоровится.
— В женском доме с сегодняшнего вечера будут спать все, кто старше четырнадцати. Прямо сейчас приступайте к уборке!
— Ты же не патриарх, — нагловато сказал один из провинившихся.
Резкий взмах копья, заклинание Липучки, и вот уже этот наглец стоял прямо передо мной, не в силах отцепиться от древка копья.
— Твое имя.