Траун. Союзники

– Спятила? – воскликнул Сими. – Мало того что ты вышла ночью, так ты еще и лодку взяла? Падальщики же поймают!
– Наверное, – вздохнула она. – Должно быть, в кустах гораздо безопасней.
– Именно поэтому мы здесь, а не где-то еще, – сказал здоровяк, снова воззрившись на нее. Затем, к ее вящему изумлению, он стянул с плеч куртку и укутал ее. – Вот так… а то продрогла вся. К слову, меня зовут ЛебДжау. А это Хуга и его брат Сими…
– ЛебДжау, ты что, совсем отморозился? – с горячностью оборвал его Хуга. – Мы ничего про нее не знаем.
– Она промокла, продрогла и осталась без улова, – пожал плечами ЛебДжау. – Что еще тут надо знать?
– Давай начнем с того, кто она такая и что здесь забыла, – отрезал Хуга. – Балбес, она вовсе не ловила рыбу.
– Постойте, – дрожащим голосом вставил Сими, – помните – утром все падальщики сорвались с места и улетели вверх по течению реки?
– Вот напасть! – вполголоса выругался Хуга. – ЛебДжау угадал – она и правда шпионка, только работает не на железяк. Кто ты такая и что здесь делала?
– Это не ваша забота, – ответила Падме, методично перебирая в голове варианты. Бластеры у нее в рюкзаке за спиной, а эти трое уже и так на взводе и ни за что не дадут ей вынуть оружие из поклажи. Кроме того, стрелять в безобидных аборигенов ей не позволяла совесть. – Обещаю: если вы меня отпустите, то больше никогда не увидите.
– А если тебя найдут железяки? – запальчиво спросил Сими. – А? Если они узнают о твоих похождениях у реки и выследят нас?
– Какая разница, – непонимающе протянул ЛебДжау. – Найдем другое место для рыбалки.
– Может, все-таки заткнешься? – рявкнул Хуга.
– ЛебДжау, дело не в рыбалке, – терпеливо произнес Сими. – Железяки могут обозлиться за то, что мы ее отпустили.
– Что же, это дело легкопоправимо, – постановил Хуга. – Вяжи ей руки. Оставим вещи здесь и сдадим ее, куда надо.
– Нет, подождите, – встрепенулась Падме. – Это вам ничего не даст.
– С чего бы? – возразил он. – Может, нам даже заплатят.
Вот оно что: наживка, которая ей и требовалась.
– Так вы хотите денег? – спросила она.
– А чем мы хуже других? – хмыкнул Хуга. – Герцог-то платит негусто.
– Да уж, негусто, – кивнула Падме, хотя понятия не имела, о каком герцоге идет речь. Интересно, он из местных или тоже сепаратист? – Позвольте показать вам кое-что. – Она вытащила из-под рубашки кулон, который висел у нее на шее. – Это самоцвет коруска. – Падме расстегнула цепочку и протянула подвеску Хуге. – В некоторых уголках Галактики ими расплачиваются вместо денег.
– Здесь такой номер не пройдет, – буркнул он. Впрочем, в голосе, как и во взгляде, промелькнул интерес.
– Тем не менее он стоит уйму денег, – продолжала давить она. – Гораздо больше, чем герцог заплатит вам за мою поимку. Если он вообще вам заплатит.
– Ничего страшного, – пожал плечами Хуга. – Мы заберем камень и сдадим тебя.
– Ты упускаешь из виду главное. У меня с собой только один самоцвет, но и это говорит о том, что я богата. Я происхожу из богатой семьи. Поэтому…
Все трое переглянулись, и Хуга первым сообразил, к чему она клонит:
– Намекаешь, что за тебя дадут выкуп?
– А что такого? – парировала она. – Вам нужны деньги, а я не хочу попасть в лапы герцога или железяк. Мы все только выиграем от этого.
– Да, но… – замялся он, – что-то ты слишком прытко навязываешься нам в плен. С чего бы?
– Я не навязываюсь, – возразила Падме. – Вы и так меня уже поймали.
– Да, но…
– Если хочешь, можешь считать выкупные деньги платой за постой, – предложила она. – Вы трое дадите мне приют, пока кто-нибудь из моих родственников не прилетит сюда с деньгами. После этого каждый пойдет своим путем. Ну что, договорились?
Рыбаки опять переглянулись.
– Что скажете? – спросил Хуга у товарищей.
– Не знаю. – Сими украдкой покосился на нее. – Мы не можем забрать ее к себе – железяки знают всех наперечет. Подозрительно все это.
– Можно поселить ее на лодке, – вставил ЛебДжау. – Туда никто не заглядывает, а еду будем приносить с черного хода.
– Минуточку, – взревел Хуга. – Еду? И долго это будет продолжаться?
– Всего неделю, максимум – две, – заверила его Падме. – Как раз столько времени нужно, чтобы послать весточку моему дяде Энакину. Он привезет деньги, и больше вы меня не увидите.
– Не знаю, – протянул он. – Неделя – это долго. А если её обнаружат?
– Не обнаружат, – отрезал ЛебДжау. – Я сам буду носить ей еду, потому что на меня они не обращают внимания. Вы с Сими будете работать, как ни в чем не бывало, а я за ней присмотрю.
– Может, ты ей еще опилок насыплешь вместо лежанки? – буркнул Хуга. – Это девчонка, а не домашняя зверушка. Если она сбежит и ее поймают – тебе конец.
– Не сбежит. – Здоровяк посмотрел на Падме. – Не сбежишь ведь, правда?
– С места не сдвинусь, пока не приедет мой дядя с выкупом, – ответила она. – Обещаю.
– Она говорит, что не сбежит, – сообщил ЛебДжау, повернувшись к своим товарищам.
– Все равно не уверен, – буркнул Хуга, перекатывая самоцвет между пальцами.
– Ты ничего не потеряешь, – напомнила Падме. – Если я сбегу, у тебя останется камень.
– Ладно, – сдался Хуга. Было видно, что он все еще сомневается, но пока что жадность перевешивала страх. – Как послать весточку этому твоему дяде?
– У меня есть контракт с одной из местных частных служб связи, – пояснила Падме. – «Системы Интерстел». Я могу… А в чем дело?
Она оборвала свою речь, заметив, как все трое поменялись в лице.
– Ни в чем, – поспешил успокоить ее ЛебДжау. – Просто недавно прошел слух, что коммуникационная триада «Интерстела» вышла из строя.
– Кто-то жаловался, что приходится доставлять сообщения на кораблях на Плуд или Батуу, – добавил Сими. – А это накладно.
– Вот как, – пробормотала она внезапно одеревеневшими губами. – И как они выкручиваются?
– Скорее всего, просто копят сообщения, чтобы оптом отправить на Плуд и оттуда уже передать дальше, – предположил Сими. – Они всегда так делают.
– Ясно, – пробормотала она. Система очень кстати вышла из строя именно в тот момент, когда в ней возникла необходимость.
Неужели кто-то засек сообщения Дуджи на Корусант и повредил триаду, чтобы предотвратить дальнейшие утечки? В таком случае Энакин не получил ни одно из ее сообщений.
Это грозило катастрофой: на ее корабле сохранились все копии отправленных сообщений, но даже если Энакин найдет его, то все записи зашифрованы сенатской системой автоматического шифрования.