Поверь мне
Шторм смотрит на меня будто на глупого ребенка.
- Ну прости, что не написал как есть! «Следачка, у нас бунт на завтра. Будь добра, перенеси допрос!»
Смеется издевательски.
- Ты в своем уме, женщина?! Скажи спасибо, что вообще связался с тобой! Меня могли сдать старику, если бы пробили для кого именно я отправляю сообщение!
Я не понимаю, о каком старике речь. Не понимаю совершенно ничего. Но мне дико страшно, потому что шум с коридора нарастает. Слышны стоны, выкрики и ругань. Здесь творится полное безумие!
Он видит мои слезы, кривится.
- Эй, хватит, слышишь?! Все равно делу уже не поможешь...
Прикрываю глаза, потому что истерика набирает обороты. Сегодняшняя ночь, плюс происходящее здесь. У нас нет ни телефона, ни помощи. Мы в окружении беснующихся животных. И я для них как мишень. Если меня найдут, то убьют. Остается надеяться на чудо.
Шторм вздыхает тяжело. Ругается себе под нос. Видимо, и сам пожалел, что связался со мной. Не понимаю, зачем ему это. Вытягивать меня...
- Ладно, хватит. Все, не ной. Это крыло чистое, мы в безопасности.- голос громкий, басистый. Он одергивает мою ладонь от лица. Кривится так презрительно, словно я плаксивый надоедливый ребенок.
- Что ты рассказать хотела? Сейчас самое время поделиться инфой. Потом может быть поздно.
Он снова приближается ко мне. Смотрит так свысока.
Мне вдруг становится стыдно за свои слезы и истерику. Стираю с лица следы потекшей туши, стараясь успокоится.
- Кто напал на тебя? – он устраивается рядом.
- После нашей встречи я вернулась к тебе в дом. Все пыталась найти хоть какую-то зацепку. И нашла... Часы.
Русаков хмурится.
- Часы?
- Они валялись под диваном. Наручные мужские часы с разбитым стеклом. Уверена, убийца разбил вещь во время борьбы...
- Что за часы?
- Золотые, на тыльной стороне гравировка «Любимому» и дата 16.05.19. Именно за ними приходили ко мне в квартиру. Меня ударили по голове, я была без сознания. А когда пришла в себя, ты знаешь что обнаружила.
- Их забрали, - произнес он хрипло, опустил голову на ладонь, сжал виски.
- Они не твои?
Шторм покачал головой. Несколько секунд оставался неподвижным, а потом устало потер лицо.
- Кто знал о том, что ты нашла часы?
- Бармен из твоего клуба. Эдик. Я вчера показывала ему их...
Штора нахмурился.
- Я не знаю его. С персоналом общался администратор.
Мужчина поднял на меня строгий взгляд.
- Какого черта ты вообще светила ими?
Я опустила глаза. Он был прав. Не нужно было этого делать.
Шторм поднялся с кушетки и несколько минут просто расхаживал из стороны в сторону.
- Это мог быть Белицкий. Но у него нет бабы. Некому дарить такое.
- Это не Белишцкий.
Русаков замер, поднял на меня вопросительный взгляд.
- Он выкрал меня. Мы поговорили. У него нет доказательств, но это не он. Твой помощник просил передать, что готов сделать для тебя все...
Шторм внимательно слушал меня. Я поднялась, приблизилась к нему, ни на секунду не отпуская его глаз.
- Шторм, я верю ему, он бы не стал так рисковать собой. Сейчас ты не представляешь ему опасности. Ты остался один... Если бы Белицкий был предателем, он сбежал бы в другой город и спокойно жил дальше.
Он молчит. Кивает.
- Тут ты права, следачка...
Со стороны коридора снова слышится топот. Русаков подходит к шкафу, который подпирает дверь. Вслушивается в происходящее вне комнаты.
- Зачем Дробин избил тебя?
Он молчит. Делает вид, будто не услышал.
- Ты ведь понимаешь, что только я на твоей стороне. И я честна с тобой, Шторм. Так почему ты не платишь мне тем же?
Уголок его губ дергается вверх. Но это всего лишь секунда. Его лицо остается безразличным.
- Зря ты полезла в это, - бросает эти слова небрежно. Будто и не хочет дальше продолжать разговор.
Внутри поднимается злость. И это тот, ради кого я подставляю свою карьеру?!
- Зря полезла! Уберись с пути! Вы все в один голос кричите об этом! Ну прости, что воспитана так! Не могу посадить в тюрьму невиновного! Прости, что слишком честная для тебя! И влезла в это дерьмо, желая разобраться в правде!
Я так зла на него сейчас, что разорвать хочется на кусочки. За этот его взгляд насмешливый, за то, что пользуется мной. Выудил информацию, а сам навстречу пойти не хочет.
- Только не говори, что поверила в мою невиновность.. – смеется, потирая подбородок.
Я молчу. Только грудь ходуном ходит от рваного дыхания. Не вижу смысла переубеждать его в обратном. Отвратительный, упрямый хам. Бандит, чего от него еще ожидать?
- Пошел к черту! – кричу на него так, что в горле саднит. - Убирайся! Беги с остальными! Беги, слышишь?! Но если попадешься мне, засажу по полной! Дробину тебя обратно отдам! – рычу сквозь слезы.
Он кривится.
- Успокойся!
- Пошел к черту!
Шторм срывается ко мне. А мне страшно. И от этого еще сильней рвет на части истерика. Он прижимает меня к стене, руками трогает, а я пытаюсь выбраться из его хватки.
- Угомонилась, - рычит, после того, как я ударяю его по груди. Встряхивает так, что зубы клацают друг о друга.
Я замираю, смотря в глаза его злые, темные. Мужские руки оплетают меня. Железные оковы. Я прижата к стене его огромным телом. Он так близко и мне страшно. Вдыхаю его запах, и с каждым вдохом остается всем меньше сил на сопротивление. Глаза в глаза. Я понимаю, что это неправильно. Что он мне чужой, он преступник. Мы по разные стороны закона, и в его мыслях нет и капли светлого и доброго по отношению ко мне. Но сейчас я не могу оторваться взгляда от его глубоких, темных омутов. Я ныряю в них, уплывая... Словно вижу намного больше, чем он пытается мне показать. Странное чувство безопасности и спокойствия накатывает волнами, туша мой страх и панику.
- Ладно, прости. Это нервы сдают... – выдыхаю хриплым, уставшим голосом.
Когда я наконец-то замираю, перестаю сопротивляться, он выпускает меня из рук.
Несколько минут тишины. Каждый из нас собирается с мыслями. Мы с ним как по полю минному. Не так сказанное слово или необдуманное действие может привести к катастрофе.
- Вчера еще у меня было все – бизнес, клубы и рестораны, - раздается его голос в тишине комнаты.
- Город был моим. А сегодня нет ничего, и я понятия не имею, кто этому виной.... Бесит жутко. Бесит, что какая-то мразь, возомнившая из себя бога решила, что может в щелчок пальцев раздавить меня как сраного таракана...