Чудо-чадо и чудовище
– Планерки по понедельникам и четвергам в десять тридцать, зал совещаний тебе Людочка, это наш кадровик, покажет, там тоже проветривай.
– Так, еще. Просматриваешь сайт компании, отслеживаешь отзывы, реагируешь на них соответственно. Как освоишься, будешь отбирать материал для публикации, девчонки расскажут и покажут что и как.
– Здесь, – Анжела присаживается за стол, активирует экран монитора, забивает пароль, который я тоже записываю в блокнот. Клацает по вкладкам и папкам, – вот смотри: Общекорпоративные документы, регламентирующие документы, телефоны сотрудников – отдельно внутренние, отдельно сотовые, путеводитель по отделам – кто, что, где. Это все прочитай, изучи, пользуйся. Здесь журналы – входящие, исходящие…
Девушка с таким воодушевлением все рассказывает и показывает, что явно видно – работу свою любит и компанию тоже.
– Общение, планы, задачи – все через Битрикс... Да ты не переживай, – Анжела успокаивающе трогает меня за руку, видимо, шок в моих расширенных зрачках слишком явно читается, – это поначалу страшно. На самом деле здесь интересно. Захочешь, сможешь перевестись в другой отдел, возможностей для роста каждого сотрудника много, а руководство идет навстречу. Олег Дмитрич только с виду грозный, а так он нормальный, адекватный.
Киваю. С будущим шефом общалась на собеседовании. Он и правда показался мне человеком без закидонов и барских замашек. Расспросил, конечно, все обо мне, вплоть до того с кем живу, сколько лет дочери, где работает мама. Про наличие в моей жизни мужчины спрашивал тоже. Я еще удивилась, зачем ему это. Чтобы знать, говорит, как скоро вы в декрет уйдете, а то у меня текучка в помощницах. Заверила, что уходить в декрет не планирую. Дочки хватает. Хмыкнул, но комментировать не стал. Не поверил, наверное.
– Внеурочек нет, на дом работу никто не берет, да и запрещено, – продолжает тем временем щебетать Анжела, снова бегая по приемной, на сей раз показывая мне папки и их содержимое.
– Невыполнимых миссий тоже нет. Коллеги хорошие, дружные. За глупые вопросы никто не стебет. Спрашивай если что нужно, не откажут. В целом, народ неплохой. Симпатичный. Есть, конечно, отдельные экземпляры, но ты на внешность не смотри.
Вот что–что, а внешность в человеке совсем не главное. Взять хотя бы Дим Димыча. От него даже детский сад в восторге остался, а не только мы с Маринкой.
Анжела останавливается с картинкой в руках, что сняла со стены. Осматривает меня критично с ног до головы, словно только что увидела. Подходит ближе, оглядывается проверить не подслушивает ли кто и громко шепчет:
– Кто тут на фирме самый страшный, так это жена Олега Дмитриевича. Она здесь не работает, но когда приходит – та еще хозяйка. Стерва жуткая. Ревнивая, капец. Все, кто в юбке – угроза ее браку. А ты хорошенькая, так что аккуратнее.
– У меня жених есть.
Отношения с Веней остались в подвешенном состоянии. Официально мы не расстались, неофициально – он был послан далеко и надолго. Но раз на новом месте всем так важен статус, то я решила говорить, что жених у меня имеется.
– И на всякий случай буду брючный костюм надевать, – добавляю.
– Ну–ну, – Анжела юмор не оценила. – Кстати да, на работе личные отношения запрещены. За это сразу уволить могут.
– Меня уже предупредили, только я сюда работать пришла, а не романы заводить.
– Ага, каждая третья незамужняя так говорила при устройстве на работу. Как итог – две замуж вышли за коллег, пятеро, нет, на данный момент четверо, встречаются, одна беременна.
Я опустила взгляд на животик Анжелы.
– Нет–нет, это не я. У меня от мужа, – разгадала мои мысли девушка. – Только ты тс–с, шефу не говори про наши парочки. Это секрет.
– Не имею привычки обсуждать или сдавать кого–то.
– Доброе утро, девушки, – гремит вдруг за спиной голос шефа.
– Доброе утро, – одновременно отвечаем ему, обернувшись.
В просторной приемной вдруг стало тесно. Директор еще на собеседовании показался мне большим, а он тогда сидел за столом. А сейчас передо мной и Анжелой возвышается Шварценеггер, только лысый и симпатичнее. Упаковать в черный костюм, нацепить черные очки и пожалуйста – перед нами телохранитель года. Понятно, почему его жена устраивает здесь периодически скандалы – потерять голову от такого мужчины раз плюнуть, это же ходячая секс–машина. Того и гляди уведут.
Олег Дмитриевич оценивающе оглядывает сначала меня, потом переводит взгляд на Анжелу.
– Не рассосался, да? – с лукавыми чертиками в глазах кивает ей на животик.
– Неа, – расплывается широкой улыбкой девушка.
– Жаль, а я надеялся. Эх, привык я к тебе, Анжела.
– Не переживайте, Олег Дмитриевич, к Елене тоже быстро привыкнете.
– Не сомневаюсь. Главное, – он склонился к Анжеле, которая рядом с шефом выглядит Дюймовочкой. Говорит громко и в то же время заговорщически подмигивает мне, – чтобы она к нам привыкла, а то вдруг мы ей не понравимся? – ловит мою улыбку и, разогнувшись, чуть касается пальцем животика девушки. – Кто будет, сказали?
– Пацан, – Анжела гордо выпячивает подбородок. – А у вас?
– А мы не знаем, – разводит руками. – У нас стесняшка.
– Сюрприз будет.
– Это точно. А вы, Елена, как? Осваиваетесь? Как настроение?
– Немного волнуюсь, – продолжаю улыбаться. – Не ожидала, что буду одна постигать премудрости вашей компании.
– Ничего, волнение пройдет, еще заскучаете. Пожелания какие–то есть? Предложения?
– Пожелание есть, даже два. Первое, прошу обращаться ко мне по имени–отчеству, мне так удобнее и привычнее.
"Надеюсь, с субординацией у окружающих будет меньше вопросов и поводов для сплетен".
– А–а, вы же в институте работали, привычка, понимаю, учту. А второе?
– Мне нужно другое кресло.
– А с этим что?
– А с этим вот, – показываю на живот Анжелы.
– Это не я, – испуганно отшатывается от девушки директор. – Я женат и жену свою люблю. Очень–очень!
– В смысле? – расширяются глаза Анжелы.