Французская империя и республика

С отплытием французских кораблей история не закончилась. Миссионеры, которые остались в канадских лесах, продолжили убеждать индейцев в том, что Брюле изменил своей стране. Далеко не все прислушивались к их словам, но иезуиты и адвентистские священники умели быть убедительными. Раз за разом они рассказывали историю Иуды, невзначай приводя в качестве современного примера предателя имя Брюле. В конце концов часть гуронов действительно начала с подозрением смотреть на своего белого соплеменника.
Владычество англичан продлилось всего три года, а затем Англия и Франция заключили мир, по которому Квебек снова отходил под власть французской короны. Губернатором был назначен Шамплен. Несмотря на то что слова об измене были им сказаны в запале, он, скорее всего, помирился бы с Этьеном. Однако у врагов Брюле были другие планы. Они стали подбивать индейцев избавиться от предателя, говоря, что только таким образом можно вернуть расположение французов.
Не ограничиваясь обвинениями в торговле с врагом, Этьена обвинили в том, что именно он показал англичанам путь в Квебек. Дескать, именно по его вине был захвачен основной форпост французов. А далее существует несколько версий произошедшего. По одной из них, вожди гуронов, давно питавшие неприязнь к французу за слишком сильное влияние на молодежь, поймали его во время очередного странствия по лесам и устроили над ним суд. И в результате приговорили к смерти и торжественно съели.
Миссионеры-иезуиты, описывавшие племена индейцев, обитавших на территории Канады, упоминают о существовании ритуального каннибализма у гуронов. Однако не исключено, что на это племя распространилась печальная слава ирокезов, у которых поедание пленников после пыток было совершенно обычным делом. Если же Брюле и был съеден, то исключительно из глубокого уважения. Те индейские племена, которые поедали тела врагов, как правило, стремились получить качества своего врага: у быстрых бегунов поедали икры, у тех, кто отличался поразительной меткостью, — руки. Но маловероятно, что Брюле встретил именно такую смерть.
Прежде всего, индейцам было крайне невыгодно убивать Этьена: он был хорошим посредником и умелым воином. Кроме того, он был фактически членом племени. Пыткам и ритуальному каннибализму подвергали пленников, чужаков, а не соплеменников. Если бы действительно встал вопрос о том, что добиться мира с французами можно было только за счет наказания Брюле, его можно было бы доставить в Квебек и, возможно, получить награду.
Настораживают и еще несколько фактов. Прежде всего, во многих источниках упоминается, что после отплытия Шамплена Брюле поступил на службу к братьям Кёрк. Позже он полностью разорвал с ними контакты и отправился в племя Медведей, и с тех пор никто из белых людей больше никогда не встречал белого гурона. Это может означать, что он погиб в стычке с ирокезами, которые вовсю теснили гуронские племена, либо стал жертвой болезни. Кроме того, племя Медведей могло попросту рассказать о смерти француза, в то время как он просто переселился в отдаленные поселения. Миссионерам было выгодно распространять слухи о смерти Брюле: это была отличная история о трагическом конце грешника, забывшего о религии. Кстати, по последним данным, фраза о предательстве Брюле в письме Шамплена записана другой рукой. Предположительно, ее внес в письмо один из миссионеров.
Как бы то ни было, официально Этьен Брюле никогда не был обвинен в измене. Он не представал перед французским судом, так что официально его считают невиновным, поскольку доказать обратное уже невозможно. А память о смелом интерпретере до сих пор живет в Канаде. Его именем назван парк и средняя школа, в которой преподавание ведется на французском языке.
    
Превращение Канады в королевскую колонию
Несмотря на то что Самюэль де Шамплен старался сделать все возможное для процветания Новой Франции, положение было достаточно сложным. Разведка новых земель велась успешно, и сам первооткрыватель совершал немало экспедиций, стремясь отыскать новые пути продвижения в глубь континента. По настоянию Шамплена французы стремились заключать мирные соглашения с открытыми племенами, и в число потенциальных союзников оказались монтаны и оттавы, а позже — еще несколько крупных племен.
Шамплен хорошо понимал, что никакие отчеты не могут заменить личной аудиенции, поэтому регулярно наведывался во Францию, предоставляя королевскому двору свежие сведения о богатых землях Канады. Еще в 1618 г. он подал прошение о расширении колонизации, предсказывая Новой Франции ослепительное будущее. Его доклад привлек внимание кардинала Ришелье — правда, лишь в 1627 году. Ришелье предложил купцам основать «Компанию ста акционеров». Одним из акционеров стал и он сам. Каждый акционер вносил 3000 ливров, что позволяло создать солидный начальный капитал. Ришелье предложил выгодные условия: вечную монополию на продажу товаров и 15-летнюю — на торговлю пушниной.
В обмен на широчайшие льготы потребовал содействовать колонизации новых земель: заселить новые земли 4000 колонистов, обеспечить их охрану и продолжить распространение христианства в Канаде. Кроме того, кардинал назначил Шамплена наместником Новой Франции, а также выделил ему небольшой гарнизон.
Возвращение в Канаду оказалось не слишком радостным. Буквально сразу же после пррибытия Шамплена в колонию началась англо-французская война 1628–1631 года. Губернатор Ньюфаундленда Кирк сумел перехватить идущий морем караван с продовольствием, а затем осадил Квебек. В 1629 г. Шамплен был вынужден сдать город, а сам попал в плен к англичанам. Губернатора освободили лишь в 1633 году. Проведенные в плену годы окончательно подорвали его здоровье, и через два года он оказался парализован, а затем умер и был похоронен в Квебеке. Он оставил о себе добрую память: мало кому из путешественников того времени довелось 25 раз пересечь Атлантику, при этом не потеряв ни единого корабля. Карты, составленные Шампленом, позволили европейцам представить масштаб нового материка и оценить его богатства. А планы этого первопроходца продолжали реализовываться и после его смерти: руководствуясь пожеланиями губернатора, в 1642 году Поль де Мезоннёв основал Монреаль, который изначально назывался Вилль-Мари.
К концу XVI — началу XVII столетия население французских колоний в Северной Америке медленно, но все же увеличивалось. Существовало несколько причин медленного естественного прироста: женщины очень неохотно отправлялись в полное опасностей путешествие, решение Генриха IV о распространении колоний на север оказалось ошибочным (климат Канады был гораздо более суров, чем европейский). Кроме того, в первые десятилетия после освоения колоний поселенцам было гораздо выгоднее жить охотой, ведь пушнина приносила огромные доходы. Земледелие требовало серьезных усилий и было не так прибыльно, так что к 1640 г. в Новой Франции обрабатывалось всего шесть гектаров земли. А кочевая жизнь никак не способствовала созданию больших семей.
Немалую роль сыграло и происхождение жителей Новой Франции. Среди колонистов были солдаты, лица, осужденные за бродяжничество, воспитанники детских домов, монахи и монахини — люди, которые вовсе не были воспитаны в духе семейных ценностей. С недостатком женщин администрация колоний боролась двумя способами. Прежде всего, в Канаду периодически доставлялись партии невест (особенно частой эта практика стала при губернаторе Фронтенаке, который управлял колонией во второй половине XVII столетия). Прибытия кораблей с колонистками активно ожидали и представители местной знати, и простые поселенцы, ведь в Канаду отправлялись девушки и женщины из разных социальных слоев. Будущим поселянкам устраивали что-то вроде приема, где они могли познакомиться с молодыми людьми и через некоторое время выйти замуж.