Час-корень

Ветер всколыхнул занавеску, завыл в знакомой тональности. В пространстве, где совмещались сказки, происходили новые перемены. Роберт, терзаемый плохими предчувствиями, хотел подойти к окну, но Таня отвлекла его:
— Роберт Александрович, а что это у вас на столе?
— Это? Фонарь магический, картинки показывать…
Он осёкся. Схватил фонарь, похожий на гриб со стеклянной шляпкой, повертел в руках. Тот выглядел материально и заурядно, как и любой школьный инвентарь. На корпусе было несколько застарелых царапин.
— Смотрите!
Антон и Таня вскочили, уставились за окно. Роберт повернул голову. Над крышей соседней пятиэтажки появился контур антенны-мачты. Поначалу он был почти незаметен, похож на тень — но с каждым мгновением уплотнялся, будто на пустоту налипали металлические частицы.
— Так… — сказал Роберт. — Таня, не бойся, это просто приёмник магии… Антон, а ты слушай меня внимательно. Твой мир — наиболее проработанный и подробный, поэтому он проникает сюда быстрее, чем остальные. Всякие штуковины из него начинают тут закрепляться…
— Что значит — закрепляться? — боязливо спросила Таня.
— Сказка лезет в реальный мир… Антон, твоя задача — опекать Таню. Объясни ей всё, помоги сориентироваться… Таня, а ты его слушай, не отходи от него. Понятно?
Она закивала и придвинулась к парню, бледная от испуга. Про ссору они как-то забыли. Антон заметил:
— Странно, что паники нет на улице. И в школе все молчат. Неужели на крышу никто ни разу не посмотрел?
— Дело в другом, — сказал Роберт. — Изменения осознаём только мы, потому что знаем про сочинения и другие миры. Остальные жители города всё воспримут как должное. Им будет казаться, что магия была тут всегда… Ладно, сейчас будет звонок, идите. Какой у вас там урок?
— Математика, — сказал Антон. — Но как-то странно туда идти, когда вокруг такое творится…
— Сейчас лучше выждать и посмотреть, как далеко зайдут изменения. На уроке посидеть — в самый раз, а дальше как-нибудь разберёмся… Да, если после школы будут вопросы или новая информация — звоните мне на домашний. Номер запишу сейчас.
— Спасибо, Роберт Александрович, — сказал Антон, взяв бумажку с номером. — А ты, Тань, правда не бойся. Эти штуки на крышах — они полезные…
Сказка Антона продолжала врастать в настоящий мир. После занятий Роберт, спустившись в вестибюль, обнаружил там магосферу. В сказке он не особенно обращал на неё внимание, но теперь подошёл и присмотрелся получше. В диаметре она имела около метра и была похожа на голограмму. Внутри бледно мерцали цифры, ведущие обратный отсчёт. До запуска тихоокеанской станции, предназначенной для отлова кометы, оставалось менее суток.
Ученики и учителя проходили мимо, будто магосфера была для них совершенно привычной вещью. На улице тоже не наблюдалось ажиотажа. Но Роберт чувствовал, что затишье не будет долгим. Скоро сюда начнут прорастать и другие сказки, и вот тогда пойдёт толкотня…
Пока оставалось время, Роберт решил проверить, как устроились Оля с Катей. Надел кольцо и разглядел проход в «царскую» сказку — тот совпадал с калиткой между школьным двором и улицей.
Оказавшись в Ольгином мире, Роберт быстро дошёл до женской гимназии. Там как раз заканчивались занятия. Барышни стайками выбегали на улицу, беззаботно переговариваясь. Ветер был тих и ласков.
— Здравствуйте, Роберт Александрович.
— Приветствую, девушки. Как вы тут?
— Вроде получше, — сказала Катя, — я слегка оклемалась. Тут хорошо, спокойно.
— А как в настоящей школе? — спросила Ольга. — Наши двойники на занятия приходили?
— Нет, вы сейчас только здесь.
— Странно, я думала, мы должны быть сразу и там, и тут.
— Сам над этим ломаю голову, — сказал Роберт. — Принцип, кажется, такой: когда начинаешь осознанно ходить через двери, остаёшься в единственном экземпляре. Природная защита от парадоксов. Но это только моя гипотеза. Наверняка есть нюансы, всякие хитрости, которых я до сих пор не знаю.
Ольга задумалась, а Катя спросила:
— Как у Таньки дела?
— Есть шанс, что с Антоном они помирятся, если ты об этом. Но меня сейчас заботит другое. Миры начали активно слипаться, поэтому хочу вас предупредить — не пугайтесь, если и здесь пойдут… гм… эффекты.
— Какие именно?
— Увидите, например, пятиэтажки с магическими антеннами.
— Только этого не хватало, — хмуро сказал Катя. — Да уж, любую сказку можно опошлить. У нас к этому прям талант.
— Прекращай, — сказал Роберт. — Пессимизм делу не поможет.
— А что надо делать? — спросила Ольга.
— Вам — пока выжидать. А я хочу выяснить, как дела и Леры и у Никиты. Их в школе тоже не было.
Роберт попрощался с девицами, вернулся в реальный мир и зашагал домой. План был — позвонить прогульщикам и отдохнуть немного после прыжков.
Но, поднявшись на свой этаж, он услышал:
— Не так быстро, Роберт Александрович.
Он обернулся. Выше на лестнице стояла Ирина — причём, к сожалению, наименее дружелюбная версия. А именно — сыщица с магическими примочками. Очередной сюрприз, вызванный слипанием миров…
— Вы за мной следите? — спросил Роберт. — Пеленгуете?
— Разумеется. А вы чего ожидали? Жду объяснений, как вам удалось сбежать. И предупреждаю — больше никаких фокусов. В этот раз я подготовлена лучше. Стреляю без предупреждения, если надо.
— Знаете, Ирочка, — сказал он устало, — мне уже как-то надоедает, что меня на каждом шагу пытаются допросить и угрожают оружием. Так что прошу прощения, но идите вы лесом.
Она вздёрнула бровь:
— Хамите мне, историк? Серьёзно? Или, может быть, вы пьяны?
— Трезв, как стёклышко, просто не хочу с вами разговаривать.
— Напомнить, где я работаю?
— Служба контроля магии, кажется, но мне наплевать… Хотя нет, секунду. Может, учитывая нынешние проблемы, как раз вы-то и пригодитесь…
Глаза у неё округлились — с ней, видимо, давно не общались в подобном тоне. Роберт тем временем открыл квартирную дверь:
— Прошу.
— Если попытаетесь дёрнуться…
— Вы меня пристрелите. Помню, помню.
Пройдя на кухню, он сел за стол. Ирина, тоже взяв табуретку, устроилась чуть поодаль, держа его под прицелом. Сказала:
— Повторяю вопрос — как вы тогда сбежали? Мы стояли возле дороги, а потом вы просто исчезли.
— Да, есть у меня такая привычка.
— То есть вы признаёте, что используете запретную магию?
— Если вам от этого легче — да, признаю. И что вы станете с этим делать? Вызовите группу захвата?