Час-корень

— Оправдание принимается. И всё-таки, Роберт, у меня впечатление, что я — не совсем та, кого вы ищете. Вряд ли мы с вами сойдёмся по-настоящему.
— Но…
— Пожалуйста, не обижайтесь. Вы совершенно не виноваты. Просто я обязана выбрать — такие правила.
Зелёный огонёк на его запястье погас.
Видимо, беседа отслеживалась и техподдержка сразу отреагировала.
Это был крах. Провал. Полнейший облом.
Буквально в шаге от цели…
Роберт, сухо кивнув, поднялся. Она сказала:
— Я провожу вас до выхода. Это тоже традиция, так что не вздумайте отказаться.
Металлист протянул ему на прощание руку, чуть не подпрыгивая от радости. Но злорадства в его взгляде вроде бы не было — Роберт, оценив это, буркнул:
— Ладно, удачи.
Отвергнутый претендент и Дарительница спустились в фойе. Двое охранников следовали за ними, держась на почтительном расстоянии.
— Знаете, — задумчиво сказала она, — вот вы упомянули сейчас ощущение нереальности. И как ни странно, глядя на вас, я тоже что-то такое чувствую. Как будто мы были уже знакомы до этой встречи…
Он промолчал. Она снова заговорила:
— Понимаю, что быть такого не может, но волей-неволей начинаю копаться в памяти. Я ведь здесь родилась, в Усть-Кумске. Из инкубатора, естественно, сразу отвезли в интернат… Там атмосфера своеобразная, рассадник будущих королев… Хотя подруги у меня были — Варька, к примеру. Вот она бы, кстати, вам подошла — и по характеру, и по склонностям. Историю обожала… Жаль, что мы с ней потеряли связь…
Дверь на улицу была уже почти рядом. Осталось всего несколько шагов до возвращения в опостылевшую обыденность.
— Я очень надеюсь, Роберт, что вам ещё повезёт. Говорю это совершенно искренне — и хочу, чтобы вы сохранили обо мне добрую память. Погодите секунду…
Ирина остановилась, порылась в сумочке. Выудила какую-то круглую безделушку и, лукаво прищурившись, сунула её Роберту в нагрудный карман. Пояснила:
— Шутка, конечно, но вдруг это поможет вам сориентироваться в нужный момент? Прощайте — и спасибо за вечер.
Она коснулась губами его щеки и, не оглядываясь, пошла обратно в кафе. Он ещё с минуту стоял, бессмысленно глядя перед собой. Потом, опомнившись, шагнул на крыльцо. Стеклянные двери за ним закрылись.
Уже отойдя от здания, он вспомнил о подарке Ирины. Вытащил его из кармана и, стоя под фонарём, рассмотрел подробно. Это был пластиковый компас-игрушка. Роберт нахмурился, вспоминая; голова закружилась.
Уличный свет погас.
    
Глава 15
Когда вернулось сознание, Роберт понял, что едва стоит на ногах, вцепившись в фонарный столб, как алкоголик с советской карикатуры. Идущая мимо парочка таращилась на него и откровенно хихикала.
Отлепившись кое-как от столба, он побрёл по улице.
Подумал — ну, в принципе, вояж завершился вполне удачно. Убегать ни от кого не пришлось, и даже ствол не совали в морду. Шоу посмотрел на халяву (то есть, если быть точным, за счёт своего невезучего двойника, который там обитает). А Ирина в той реальности — очень даже, княжна местного разлива…
Хотя сам мир, конечно, наводит жуть. Вряд ли Катя, писавшая сочинение, имела в виду именно такой вариант. Просто фантазировала чересчур бойко, а в результате её идея оказалась доведена до абсурда.
Отдельный вопрос — получил ли Роберт подсказки в своём расследовании?
Если в общих чертах, то да, получил. В выдуманном мире прямо и однозначно упоминалась Варя — значит, он правильно делает, что пытается её разыскать. Но вот конкретики по-прежнему маловато. Как попасть к ней на хутор? Кто покажет дорогу?
Он споткнулся и сбился с шага.
Медленно поднял руку, разжал кулак.
На ладони лежал пластмассовый компас, полученный от Ирины.
И вот тут-то Роберту стало страшно.
Прежде он приносил из других миров только воспоминания и субъективные ощущения — боль, усталость или, к примеру, сытость. Но компас — внешний материальный объект. Его можно пощупать, взвесить; он занимает конкретный объём в пространстве…
Как такое возможно?
Что здесь, блин, вообще происходит?
Нет, он, Роберт, и сам, конечно, любит пофантазировать. Добрые сказки смягчают душу, страшные — будоражат, бьют по эмоциям. Но всегда подразумевалось, что сказки остаются за некой гранью. Мы закрываем книжку — и отгораживаемся от них, возвращаясь в настоящую жизнь. А тут…
Может, он мыслит узко, но перенос предметов из фантазий в реальный мир — это, по его скромному мнению, перебор.
А ведь разбираться с этим придётся. Причём не кому-нибудь, а лично ему. Потому что вряд ли, к примеру, в городском отделе полиции или в мэрии конструктивно воспримут его рассказ об оживающих текстах…
Да, медлить больше нельзя.
Надо срочно разыскать ведьму Варю. И поговорить в школе с математичкой Людмилой, чьё имя тоже звучало в сказках.
С этой мыслью Роберт пришёл домой. Компас, конечно, не стал выбрасывать — раз уж тот оказался здесь, следовало извлечь из этого пользу. Конкретная задумка уже имелась, воплотить её предстояло завтра.
А на сегодня — всё.
У него оставалось, правда, ещё одно непрочитанное сочинение, но он пока не стал его трогать. Во-первых, просто устал и боялся перегрузить голову. А во-вторых, хотел наутро остаться в реальном мире и сосредоточиться на делах.
Заснул он быстро.
В понедельник занятий с десятым классом у него не было, и это, пожалуй, радовало — он толком ещё не знал, как построить беседу с этими сказочниками. На первом уроке рассказал пятиклассникам об охоте и собирательстве в древние времена, а на перемене постучался к Людмиле:
— Извините, можно вас немного отвлечь?
— Да запросто. Заходите.
— Вас в субботу не было. Ничего серьёзного, надеюсь?
— Нет, ерунда. Уже всё в порядке.
Роберт сел напротив неё. Будь он киношным сыщиком, начал бы хитро, издалека, а потом раскрутил бы её на чистосердечное признание в чём-нибудь. Но он был всего лишь скромным преподавателем, да и времени в запасе имел всего-то десять минут — до следующего урока.
— Людмила, у меня к вам очень странный вопрос.
— Заинтриговали.
— Про воду из источника на окраине. Вы обмолвились, что она кисловатая и невкусная. И что её тут вообще не любят. А я вот попробовал — вкус просто потрясающий, сладкий. И десятиклассникам она нравится. Удивляюсь — почему отзывы настолько контрастные?
Она усмехнулась:
— Сразу к делу, да, Роберт? Решили вникнуть в местный расклад?