Ракетный корабль «Галилей». Космический кадет

– Это и есть твое предложение?
– Не совсем. Если ты договоришься, что они нас отпустят, не помешают нам чинить «Гэри» и мы сумеем улететь с грузом, я дам каждому из вас по двадцать процентов от прибыли. Тебе понравится мой корабль. «Гэри» – самый лучший транспортник в Системе. Но если с «Гэри» у тебя ничего не выйдет и я улечу на вашем, все равно получите по десять процентов.
– Все?
– Да.
– Если бы я не знал, кто все это мне предлагает, то принял бы за оскорбление. Думаю, не я один так считаю.
– Хорошо, пятнадцать процентов. Перестань лезть в бутылку, Йенсен, вам ведь все равно приказали меня спасти, а это просто дополнительный бонус.
– Как ты думаешь, Ос, – спросил Мэтт, – нам надо и дальше выслушивать всю эту чушь?
– Хватит, – решил Йенсен. – Он уже сказал все, что хотел. Итак, Берк, постараюсь быть беспристрастным. Во-первых, ты знаешь, что патруль нанять нельзя. Далее…
– Да не собирался я вас нанимать, всего-то хотел сделать тебе одолжение, проявить благодарность.
– Сейчас моя очередь говорить. Во-вторых, корабля у нас нет, по крайней мере сейчас нет.
– Нет корабля? – Берк выглядел потрясенным.
Оскар коротко рассказал ему о судьбе джипа. На лице Берка изумление смешалось с жутким разочарованием.
– Надо же было мне повстречать таких идиотов! Забудь о моем предложении, у тебя ничего нет!
– А мы его и не принимали. Думаю, это будет лучше и для тебя самого. Мне бы только хотелось напомнить, что, не поведи ты себя здесь как последний дурак и не попроси помощи, нам вообще не пришлось бы совершать посадку на двигателях в джунглях. И все-таки джип из болота я надеюсь вытащить, если мне удастся загладить твое преступление. А сделать это будет не просто, уж поверь.
– Вот как? Если вам удастся замять это дело и вытащить корабль, мое предложение остается в силе.
– Слушай, забыл бы ты лучше вообще, как думал дать нам на лапу. Обещать мы тебе ничего не можем, даже если бы захотели. Нам просто задание свое нужно выполнить.
– Хорошо, какое у вас задание? Забрать отсюда меня. Так что то на то и выходит, просто я человек щедрый.
– В нашем задании ни о чем подобном не сказано. Оно то же, что и всегда: поддержание мира. И приказ нам был расследовать нападение туземцев, если такое было, и сохранить мир. И ни слова о том, чтобы мы вытащили Жерара Берка из местной каталажки и подбросили его до дому.
– Но…
– Погоди, я еще не кончил. Ты не хуже меня знаешь, как действует патруль. Находясь в отдаленных местах Системы, офицер должен полагаться на традицию и здравый смысл…
– Ну, если ты ищешь прецедент, то мог бы и знать…
– Заткнись. Прецедент – это просто предположение, что некто, действовавший в прошлом и с меньшей информацией, несмотря на это, понимает ситуацию лучше, чем человек, попавший в эту ситуацию сегодня. Если бы ты зря не просиживал штаны, а толком использовал то время, которое провел в Академии, ты бы знал, что традиции – это совсем другое. Следовать традиции – значит делать все в таком же высоком стиле, как и те, кто был до тебя; это значит – делать, как и они.
– Ладно, ладно, кончай свою лекцию.
– Поэтому мне нужно, чтобы ты мне кое-что рассказал. Скажи, до встречи с тобой маленький народ встречался с землянами?
– Ну… разумеется, они слышали о людях… Кое-что, во всяком случае. Потом, здесь побывал Стивенс.
– Кто этот Стивенс?
– Геолог, работал на моего старика. Это он провел здесь предварительное обследование, из-за которого послали «Гэри». Ах, да, с ним еще был пилот его разведывательного корабля.
– И это единственные люди, с которыми встречались туземцы до прилета «Гэри»?
– Да, насколько я знаю.
– Про патруль они когда-нибудь слыхали?
– Сомневаюсь… хотя, нет, слыхали. Эта мамаша-начальница, похоже, знает местное слово, обозначающее патруль.
– Хм… странно все это. Насколько я знаю, патрулю еще ни разу не приходилось работать так близко от экватора – а если б и приходилось, капитан Янси нам обязательно бы рассказал.
Берк пожал плечами, Оскар продолжил:
– Это сильно меняет дело. Ты все испоганил, Берк. Из-за открытия твоих минералов сюда прилетят люди, много людей. А ты так все замечательно начал, что неприятности теперь посыплются одна за другой, и в конце концов все это перерастет в партизанскую войну между туземцами и людьми. Волнения могут охватить всю планету, до самых полюсов. Задача патруля – подавлять в зародыше саму возможность такой ситуации, в этом наша миссия и состоит. Теперь мне придется на коленях ползать, чтобы все загладить, из кожи лезть, чтобы они не думали, что все мы такие. Ты мне можешь хоть что-нибудь рассказать еще? Что угодно, любая мелочь сгодится – дело слишком серьезное, все нужно брать в расчет.
– Не думаю. Но ты действуй, налей старухе в уши столько меда, сколько сможешь. Можешь даже притвориться, что увозишь меня под арестом, если, конечно, от этого будет какой-то толк. Между прочим, отличная мысль! Лично я возражать не буду, лишь бы отсюда смотать.
– Арестовать – это можно, если она пожелает, – покачал головой Оскар. – Но, насколько я могу судить, ты здесь уже под арестом за преступления, предусмотренные местным законом.
– Да что ты говоришь?
– Могу еще кое-что добавить. То, в чем ты сейчас признался, где угодно считается преступлением. Если она захочет, тебя будут судить на «Терре». Но мне, честно-то говоря, безразлично, хоть так, хоть этак. Патруля это уже не касается.
– Но здесь же ты меня не собираешься оставлять?
– Вот лейтенант Турлоу очнется, сам с ним и будешь все обсуждать. Что до меня, то я не собираюсь ставить под угрозу нашу главную задачу. И чего, собственно, ради? Чтобы спасти тебя от наказания за убийство? Да-да, убийство, вот именно! Ты сам в этом признался.
– Но… – Берк оглянулся по сторонам. – Текс! Мэтт! Неужели вы позволите ему встать на сторону говорящих лягушек против человека?
Мэтт промолчал, не сводя с Берка холодных глаз.
– Заткнись, Вонючка, – ответил Текс.
– Это точно, – кивнул Оскар, – заткнись и ложись спать. У меня рука болит, и вообще, не хочу я больше с тобой разговаривать.
В комнате мгновенно настала тишина, хотя никто из них не смог заснуть сразу. Мэтт лежал и думал, получится ли у Оскара убедить лягушачью мать – так он называл ее про себя – в честности их намерений. И в который раз мучил себя вопросом, как это так вышло, что он не смог уберечь джип. Наконец, измучившись, он провалился в сон.
Разбудил его громкий стон. Мэтт вскочил и подбежал к лейтенанту. Оказалось, что не он первый: Текс уже был на ногах и стоял, склонившись над Турлоу.