Терновая Лилия

— Как поступает ответственный маг, если он желает расслабиться и выпить? Блез? — де Бельгард внезапно остановился нос к носу с брюнетом.
— Запирается в магоустойчивом помещении, желательно в подвале борделя или в доме любовницы! — бодро отрапортовал он, а после виновато покосился на меня. Мол, прости за правду жизни. Я слабо улыбнулась и пожала плечами — мол, ничего страшного. Подоплека происходящего постепенно прояснялась. У магов, значит, есть взаимосвязь между выпивкой и девочками. Ничего особо оригинального, но одаренность, очевидно, усиливает силу влечения в разы. И раз Себ не особо ответственный, он вместо веселого дома полез к первой попавшейся девушке.
Хорошо, что я оказалась рядом.
— Дружно посмотрели на нее, — Верховный маг, не глядя, ткнул за свое плечо большим пальцем. Я вжалась в стену еще плотнее: устремлённые на меня взгляды обещали много чего интересного и неприятного. — Запомните эту девушку. И благодарите всех богов, что наткнулись на нее в том переулке.
А?
Мы уставились на де Бельгарда в одинаковом недоумении.
— Тебе повезло, идиот, что это была всего лишь цветочница, — терпеливо пояснил маг хлопающему глазами Себу. — Была бы горожанка или, не приведи боги, знатная дама — ты был бы либо женат уже, либо отвечал бы по закону перед ее мужем. Так что запомни этот урок и будь благодарен, что отделался сломанным носом, а не поломанной жизнью.
В глазах херувима читалось многое, но благодарности там точно не было. Я поежилась. Не самый лучший для меня способ воспитания подростков. Как бы они на мне не зациклились. Если начнут подстерегать и мстить — еще полбеды, отмашусь. А если ухаживать? Не надо мне такого счастья.
Решив, что разъяснительной работы на сегодня достаточно, маг удовлетворенно кивнул и повернулся ко мне. Оставленные в покое ученики выдохнули, Блез сразу поймал Себа за плечо, что-то ему горячо втолковывая. Блондин огрызался, но слушал. Надеюсь, хоть чьё-нибудь влияние на него будет достаточным, чтобы к нам с Софи он больше не полез.
Де Бельгард в два шага преодолел разделявшее нас расстояние и непринужденно устроился рядом со мной, как будто мы оба прислонились к стене отдохнуть после долгой прогулки.
— Скажите мне честно, — Верховный маг даже взял меня под локоток, склоняясь к моему уху. Я насторожилась. Ни один разговор, начатый с подобной фразы, ничем хорошим никогда не заканчивался. — Как вам эти оболтусы? Вижу, вы девушка правдивая, открытая. Мне интересно услышать мнение со стороны.
— В смысле, как? — осторожно уточнила я, поглядывая на оболтусов. Себ ругался с Блезом, третий, имени которого так и не прозвучало, будто его вообще не было ни здесь, ни в том переулке, отошёл к стене и безразлично прислонился к ней плечом, пережидая бурю.
— Не переживайте, не в матримониальном смысле. И я не предлагаю вам красоту их мужскую оценивать, — хмыкнул де Бельгард. — Как люди, личности, что вы можете сказать по поводу этих троих? Стали бы вы им доверять, и если да, то кому?
— Никому, — не задумываясь, выпалила я. Барьеры благоразумия, сдерживавшие меня до сих пор, смело волной откровенности. Верховному хотелось рассказать все, начиная с секретов детства, заканчивая тем, что у него над бровью очень кокетливая родинка и ему идет. Но меня об этом не спрашивали, поэтому приходилось ограничиваться ответами на поставленные прямо вопросы.
— А поконкретнее? — вкрадчиво прошептал маг.
— Я бы на вашем месте присмотрелась к нему, — я кивнула на тихо стоящего в стороне шатена. — И спиной ни в коем случае не поворачивалась.
— Да? — с нескрываемым любопытством глянул на меня Верховный маг. — Не соблаговолите ли пояснить, почему именно он?
Я немного помялась, слегка отрезвев. Выскажу сейчас своё честное мнение, а меня колесуют. Или чем там грозились? Кажется, я уже наговорила на пару гильотин. Интересно, кстати, что это? Наверное, какая-то экзотическая казнь. Странно, что Софи ее ни разу не упомянула, а расписывала она ожидающие нас ужасы в красках.
    
Глава 6
Чувствовала я себя странно. Будто немного выпила, но при этом мышление работало остро и четко как никогда. Только вот контролировать речь становилось все труднее — язык так норовил сболтнуть лишнее.
— Говорите смелее, как есть, — подбодрил меня де Бельгард. Я вздохнула и понизила голос. Хоть на это остатков моего благоразумия хватило. Стоит троице услышать, что именно я о них думаю, — мне конец.
— Беленький — агрессивный идиот. Такие быстро заканчивают в темной подворотне с ножом в печени от обиженного брата или мужа какой-то из обесчещенных им пассий, — четко выдала я характеристику. — Брюнет довольно умён и честен, но подчинён идиоту, поэтому судьба его незавидна. А этот — себе на уме. Подобные ему даже нож в спину сами не всадят, но отойдут в сторону и полюбуются, как это сделает кто-то еще.
— Вы же в курсе, что говорите о моем кузене и его друзьях, которые еще и неслабые маги? — с лукавой улыбкой уточнил де Бельгард, а у меня в груди похолодело.
Совсем я расслабилась. Не думаю, кому говорю и что. И вообще, что-то со мной творится непонятное. Никогда в жизни не была так откровенна с посторонними. Может, маг на меня как-то влияет?
— Простите меня, ваше магичество, — я поспешно присела в реверансе, невзначай выдергивая свой локоть из цепкого захвата. В голове тут же слегка прояснилось, а ужас удвоился: что же я натворила? — Сама я девушка простая, не местная, леплю что ни попадя.
— Да нет, вы как раз говорите очень занимательные вещи, — склонив голову набок, маг продолжал меня изучать с вниманием ученого-исследователя, а я чувствовала, как по спине ледяным ручейком стекает пот. — Я даже рад, что немного подтолкнул вас к откровенности. Нечасто женщина обладает таким поразительным аналитическим складом ума.
Подтолкнул… так вот оно что! А я-то дура, расслабилась, разоткровенничалась. А на меня тут воздействие идет на полную мощность! Что там Камень Истины! Верховный маг — это опасность пострашнее. Поджарит не руку, но сразу мозг.
Я отшагнула назад, инстинктивно увеличивая между нами расстояние. Де Бельгард снова сократил его, придвинувшись вплотную. Позади меня по-прежнему находилась стена, отступать мне больше было некуда — я и так уперлась в нее лопатками и затылком до боли.
— Вы крепкий орешек, мадемуазель Лили. Мне пришлось применить четвертую ступень, хотя обычно достаточно девятой. Так что вряд ли кто-то, кроме меня, сможет повторить этот опыт — можете быть спокойны.
Спокойна? Да я в истерике! Этот… этот маг копался в моей голове, как в своем сундуке, вытаскивая на поверхность эмоции и мысли, заставляя откровенничать с совершенно посторонним, к тому же смертельно опасным человеком! Да за то, что я наговорила только что, меня не только колесуют и четвертуют — специальную мучительную казнь придумают и в мою честь назовут!
— Не переживайте так. Мысли я не читаю, не умею, — хмыкнул маг, оценив мое окаменевшее от бешенства лицо. — А доверять маленьким лгуньям просто так, без доказательств, не имею обыкновения. Зато теперь… могу вам сказать откровенно: вы меня заинтриговали. Кто вы такая, мадемуазель Лили? И что забыли среди цветочниц? С вашим уровнем сопротивляемости магии вам место в жандармерии. Или в гильдии наемников.