Чертовка или укрощение строптивой

— Помоги мне сына отстегнуть, а то что-то я с ремнями намудрил, — улыбнулся товарищ и компаньон Егора.
Я посчитала его просьбу уместной. В конце концов, человек нас вчера встретил, время и ресурс потратил, почему бы не помочь в ответ? Тем более, в таком пустяке.
Я подошла ближе и заглянула внутрь.
— А где же? — не успела удивиться отсутствию малыша, как меня резко и совсем не деликатно втолкнули в салон, забрались следом и, захлопнув дверь, заблокировали замки.
— В чем дело? — возмутилась, обернувшись к этому придурку.
— Тихо, Василиса! — зашипел Никита. — Без паники, — попытался мне перекрыть рот своей рукой.
Тьфу, блин! Тянет свои грязные лапы ещё.
Еле увернулась, вцепившись ногтями в его лицо.
— А-а!!! Что творишь, дура?!!! — заверещал он.
Пока мы с ним возились, машина тронулась с места и поехала. За перегородкой был водитель, значит.
— Ты больной?!!! Что творишь? — поинтересовалась у него. — Это сейчас что было? Киднеппинг? Отпусти меня немедленно! — дернулась к двери автомобиля, но та, естественно, не открылась.
— Сдалась ты мне, тебя похищать, — фыркнул он якобы оскорбленный, вытирая царапины на щеке. — Всего лишь поговорить хотел. Дай-ка сюда телефон, — бесцеремонно выпотрошил мою сумку и выключил смартфон.
— Эй, ты что делаешь? А говоришь, не похитил, — воскликнула почти истерично, прикидывая, насколько опасен этот псих. — Ну, говори.
Партнер, чтоб его!
— Говорю: хреново, что вы сюда приехали. Я бы даже сказал, не вовремя совсем, — потер лоб.
— И чем же мы тебе, господин хороший, помешали?
— Не мне, но не суть. Короче, обойдемся без подробностей. Сейчас отвезу тебя к себе, посидишь мышкой и не отсвечиваешь, поняла?
— Нет, не поняла. С какой стати? У меня ребенок остался, можно сказать, на улице. Отпусти, а? И мы сразу из Москвы уедем, — уловив его посыл о нежелательности нашего местонахождения в столице, я с ходу пообещала реализовать его пожелание.
Они, эти наши желания, как никогда совпадали. Знал бы он, как я сама хочу отсюда убраться.
— А я видел, что она к отцу подбежала, так что, не переживай. С Егором она.
Козел! Не переживай, ага. Советчик нашелся. Мои глаза хаотично бегали, стараясь все осмотреть, чтобы найти пути к спасению. Товарищ явно не в себе, а мне нужно думать в первую очередь о дочери.
— Ты можешь уже сказать, что тебе от меня надо, а?! — сделала еще одну попытку прояснить ситуацию.
Пока ничего не понятно. От того, паника и хаос в голове только разрастаются. О плохом даже думать не хочется, иначе совсем скисну. Нельзя.
— Наташку видела?
— Кого?! Какую Наташку? Вы о чем, любезный? — от стресса я сама не поняла, как снова перескочила на «Вы».
— Любовница моя, и жена твоего Егора, вот я о чем, — хохотнул не менее нервно Никита.
Я хлопнула несколько раз глазами, догоняя, не показалось ли? Жена Егора?! Жена, гиббона этого мать!
— А, — отмерла, наконец. — Высокие отношения, я поняла, — хмыкнула. — И что же Наташка?
— Наташка жаждет крови, дорогуша, — резко схватив меня за горло, прошептал Никита. — Подсказать, чьей?
По безумно-расширенным зрачкам мужика, можно догадаться, что он не в себе.
— Чьей? — прохрипела я, с трудом выкрутив его пальцы, чтобы освободиться от хватки.
— А ты догадайся, если не дура, — убрал он руки и отвернулся к окну.
— А ты тут при чем?
— А я должен это сделать, — опять циничная усмешка.
Я аж замерла от этих слов. Это что? Это он меня сейчас? Или за город отвезут, и в лесочке прикопают?
— Отомри. Не собираюсь я никого мочить, Василиса. Побудешь в сторонке от греха подальше. От тебя только и требуется сидеть ровно на попе, не мельтешить на глазах у стервы и не раздражать её.
Пока я соображала, что и как лучше спросить, потому что окончательно запуталась и решительно ничего не поняла в происходящем, наше авто плавно притормозило у элитного ЖК, минуя шлагбаум и охрану, въехала на подземный паркинг.
— Пошли, — потянул за руку Афанасьев.
— Куда? — дернулась от него.
— Ко мне домой. С семьей познакомлю, — снова огорошил он.
— Шутишь? — не поверила я. — Ты вообще нормальный?
— Да какие шутки? Мне надо, чтобы ты не путалась под ногами. И девчонка твоя. Жаль, убежала малая. Так бы вместе были.
— Так мы уедем. Сразу. Клянусь.
— Поздно пить боржоми.
— Угу, когда печени трындец, — продолжила за него фразу. — Почему поздно?
— ХЗ, что Наталье голову взбредет. Ведь не я один у нее такой на подхвате, — сказано было это с какой-то досадой.
Сожаление, что не один у дамочки?
— А у меня другие сведения. Это Ангелина хочет избавиться от Егора.
— Какая Ангелина? — выпучил на меня глаза Афанасьев.
— Как, какая? Сестрица Гордеева.
— Ты что-то путаешь, она давно погибла в автокатастрофе.
— А кто был с ним тогда в кафе?
— Наташка.
— Наташка?! — как попугай переспросила я. — Погоди, ты что-то путаешь. Брюнетка такая, холеная. Еще с девочкой.
— Сама ты путаешь. Наташка это была. Как раз мне звонила, отдавала приказ, коза, — покривился Ник.
Вот те раз. Помотала головой, чтобы еще раз переварить услышанное.
Но все равно, ни черта не поняла. Наоборот, вопросов все больше и больше.
— Только ты это… про Наташку ничего не говори Ляле, — опомнившись, попросил меня «семьянин».
— Ляля — это…?
— Жена. Не надо её расстраивать не нужными подробностями, — пробурчал он.
— Кобель, — уже я тихо резюмировала себе под нос, выбираясь из салона авто.
— Я слышу.
— Мне по фиг! Расскажи лучше, что дальше будет? Меня к семье приведешь, а потом? — говорила на ходу и семенила, когда он меня тащил за руку, вслед за собой.
— А потом буду решать с Егором.
— В смысле, решать? — затормозила у лифта.
Вот, казалось бы, не по фиг? Женатый обманщик, чего его жалеть? А как пел-то сладко в уши, гад!
— Решать, значит, разговаривать, — пояснил Никита. — Чего встала, проходи, — махнул рукой, приглашая в кабину лифта.
Успокоил, честное слово. По поводу реальности знакомства с его женой Лялей я уже как-то не сомневалась. Если бы действительно хотел навредить, увез куда-нибудь подальше, в лес или заброшенную дачу, а никак не привел в дом, где повсюду висят камеры наблюдения.