Чертовка или укрощение строптивой

Встречала меня Ангелина.
— Ну, а ты не верил, Гордеев? — одарила очередной усмешкой сестрица.
— Что, старик, реально отписал свой бизнес? — хмуро поинтересовался у нее, не разделяя сестренкиной радости.
— Чуток осталось, — хмыкнула. — Не переживай, наследник, нам хватит.
— Отвези меня на Коптевскую.
— Хм, как бы тебе сказать?
— Прямо.
— Твоя бывшая от квартиры отказалась.
— В смысле?
— Аренду не стала продлевать. Вещи твои собрала, а я забрала к себе.
— Какого?! — посмотрел на нее со злостью. — Не могла договориться с хозяйкой, я бы вернул деньги? Я ж просил!
— А зачем?
— Знаешь, что?!
— Что? — снова усмешка молодой нахалки.
Бесит!
— Иди-ка ты, Геля, в жопу! — воспользовавшись остановкой на светофоре, выскочил вон из Мерседеса.
Не помню, как оказался в Коптево. У дома, где арендовал квартиру. Район, знакомый с детства. Тут жил с матерью, с Наташкой, с Василисой.
И эта предала. Хмыкаю, с прискорбием осознавая очередное фиаско.
— Какие люди! — слышу знакомый голос за спиной. Увы, не тот, что хотел бы. — Что, ностальгируешь, Гордеев?
Словно поджидала, змея.
— И чего тут забыла? — спрашиваю у Наты, не удосужившись обернуться.
— Может выпьем за встречу?
И какого черта лысого я согласился?
 
На этом моменте просыпаюсь. Первые секунды уходят на осознание, где я нахожусь.
У Василисы. Точно. Вот она, сладко посапывает, чертовка.
Знатно я сегодня понервничал, чтобы пробраться в её постельку.
Женщины любят уверенных и даже наглых, еще Наталья говорила: «Учись Гордеев или хотя бы мотай на ус».
Стерва.
Будто без неё был не в курсе. Стоит лишь переломить себя, свою угрюмость и характер, который у меня ни разу не соответствующий параметрам рубахи-парня, и дело будет в шляпе. И я попробовал.
Чуть немного решительности, наглой усмешки, и ты уже интересный экземпляр для девушек, да. Материальная составляющая тоже немаловажна. Можно сказать, самый главный ингредиент в этом деле.
Когда я начал понемногу использовать и применять на практике этот секрет успеха у противоположного пола, тогда-то и оценил все его прелести.
Даже Василиса в свое время на этот подход повелась.
Однако. Теперь моя чрезмерная настойчивость с ней не работает. Скорее даже наоборот мешает. Шаг вперед и десять назад. Сбой программы, бля.
Ну какой мужик не теряется, увидев женские слезы? Наверно, только полный мудак останется равнодушным.
Кажется, если я срочно что-нибудь не придумаю, то…все пропало.
Была не была. Что я все вокруг да около, в самом деле? Решительно выдохнул и задал самый актуальный и значимый в данный момент вопрос.
Искреннее недоумение в сером взгляде, и даже удивленный возглас, а потом словно потух огонек в её глазах, резко сменившись искрой негодования.
— Гордеев, в одну реку дважды? — попытка Василисы скептически усмехнуться была провалена, так как губы, не подчиняясь хозяйке, заметно дрожали, выдавая её настоящую реакцию. — Серьезно?! — почти пищала, словно не верила, что я мог предложить подобное.
— Вась, — аккуратно поднёс руку к её лицу и провёл пальцами вниз по скуле, очерчивая контур губ, откровенно любуясь её чувственным ртом, а потом поднимая глаза и встречая испытывающий прямой взгляд. — Мы ж с тобой, как после артобстрела… Давай выбираться из руин вместе, а? Назло врагам, — сделал жалкую попытку пошутить. Шутник, епт!
Очевидно же, что нас подставили. И да, я прое*ал момент, что не делает мне чести. Но, сука! Лучше поздно, чем никогда.
Меня корежит. Задержал дыхание, ожидая ответа.
А она щурилась и молчала. Достаточно долго не отвечая.
— Я…не знаю, — наконец выдохнула, словно не была уверена в своем ответе.
— У тебя кто-то есть? — нахера я это спросил?
— А у тебя?
Сглотнул вязкую слюну, чуть не поперхнувшись воздухом.
— Пошли, Вася, тебе пора в постель, — справившись с собой, быстро свернул опасную тему.
Она кивнула, соглашаясь, открыла дверцу и выбралась наружу. Я поспешил за ней.
— А ты куда, Егор? — тормознула она.
— С тобой.
— Нахал, — резюмировала устало, прикрыв на секунду глаза.
— Чертик, я не уйду, даже если будешь гнать поганой метлой, — предупредил сразу.
— Отели в городе вроде функционируют, — сделала она слабую попытку достучаться до моей совести, уже заходя в лифт.
— Василис, давай только честно? — взял её за плечи и посмотрел в глаза.
— Давай, — уже не так уверенно согласилась она.
— Ты действительно этого хочешь?
— Что? — серые глаза раскрылись и стали еще больше.
— Чтобы я ушел. Совсем. Поздно, да, без шансов? Скажи? — давлю, я знаю, а иначе никак.
Она гордячка не меньше меня, уверен.
А черти так и пляшут в серых очах.
Молчит. Ни да, ни нет.
Что ж? Значит все-таки метод нахрапа? Окей, милая.
— Спишь на диване внизу, — тыкает пальцем мне в грудь, наконец, сдаваясь.
— Бессердечная, — соглашаюсь.
Кто же мне запретит провернуть ту же уловку, что советовала дочь предыдущей ночью.
Без задней мысли, спустя час, я так и сделал. Поднялся наверх и устроился рядом с Василисой.
Если откровенно, то задние мысли, конечно, присутствовали.
Не всё сразу, уговаривал сам себя. Да и спать хотелось не меньше, чем Василисе. Все-таки, не юноша прыткий, чай уже.
А под утро, сам не понял, как произошло?
Это не я. Это…Оно само как-то.
Любимая поза Чертика. Ложками. Она спиной ко мне на левом боку. Сегодня она не в белой длинной рубашке с монашкиного плеча, а в короткой шелковой сорочке, которая удачно скрутилась на талии.
На грани сна и яви, не открывая глаз, опускаю свою руку с её живота, веду ниже, по гладкому лобку.
Точным выверенным движением направляю свой средний палец меж складок на клитор, надавливаю.
Влажный поцелуй в шею. Обхватить грудь, но соски не выкручивать. Чертик это не любит.