Октябрь 1917. Кто был ничем, тот станет всем

Растущей проблемой становился церковный сепаратизм, который шел рука об руку с национальным. В различных частях страны стали поднимать вопрос о введении богослужения на национальном языке, об избрании архиереев «своей» национальности. Уже 12 марта Собор Иверской Апостольской Церкви провозгласил возрождение автокефалии древней Грузинской Православной церкви. Чрезвычайное собрание клира и мирян Бессарабии выступило за восстановление существовавшей там до 1812 года церковной автономии. На съезде духовенства Владикавказской епархии требовали создания на территории Северной и Южной Осетии отдельной осетинской епархии.
В мае началась работа над Библией на украинском языке, а в начале лета Синод объявил, что не видел препятствий «введению в местностях с малорусским населением малорусского языка в церковной проповеди и церковно-приходских школах» [996]. «Биржевые ведомости» 16 июня сообщали: «С провозглашением Центральной Украинской Радой независимости «самостийной Украйны» совпало стремление некоторой части местного духовенства отмежеваться в особую автокафальную церковь. В руководящих церковных кругах получены сведения об оригинальных по этому поводу постановлениях, вынесенных волынским епархиальным съездом, на котором участвовали представители духовенства, мирян, воинские и рабочие делегаты, а также члены «Украинской Просвиты». Постановлено, между прочим, что украинские губернии, а их насчитывается двенадцать, должны образовать особую автономную метрополию, причем отношение ее к высшим центральным органам русской церкви должно быть таково же, как… к константинопольскому патриарху. Помимо церковной автономии съезд постановил все преподавание в духовных школах вести на украинском языке» [997].
Представители всех других вероисповеданий — не православного — приветствовали Февраль, принесший им равенство в правах. В адрес Временного правительства поступали приветствия от старообрядческих, армяно-григорианских, мусульманских, иудейских, католических, униатских, баптистских и других общин, заверявших власти в своей полной лояльности.
Съезды и совещания староверов — к ним относился и Гучков, как и многие другие представители московского бизнеса, принимавшие активное участие в свержении самодержавия, — поддерживали войну до победного конца. Старообрядцы самого массового — поповщинского Белокриницкого согласия — постановили: «Признавая, что война обременительна и вносит разруху в жизнь страны, желательно возможно скорейшее окончание ее, но мир может быть заключен только достойный Великой России в полном единении с нашими доблестными союзниками; вместе с тем мы готовы на дальнейшие жертвы, для продолжения войны, чтобы закрепить добытую свободу и сохранить целость России, не желая отдать врагу пяди нашей земли и быть порабощенным; также не желаем порабощения других народов» [998].
Все верующие, не входившие в лоно Русской православной церкви с энтузиазмом приветствовали идею отделения Церкви от государства, видя в этом главное условие лишения РПЦ ее привилегированного положения. Съезд старообрядцев в апреле постановил: «Церковь не может быть в услужении государственной власти. Церковь должна отказаться от всяких поползновений к господству, должна отказаться от денежной поддержки государства… Полное отделение Церкви от государства и свобода религиозных групп, находящихся в России, послужит только к благу, величию и процветанию свободной России» [999].
Временное правительство сделало немало для неправославных конфессий: было разрешено свободное проведение мусульманских, протестантских и иных съездов, ламаиты получили право официально именоваться буддистами, был изменен порядок использования вакуфными землями, утверждены новые инструкции по управлению лютеранскими приходами в Гдове, Ревеле и Пскове и т. д. На прошедшем в Москве в мае Всероссийском мусульманском съезде на альтернативной основе был избран муфтий Галимджан Беруди, видный представитель джадидизма, сформировано Духовное управление мусульман России. В Бурятии идеологом буддистского обновленческого движения стал хамбо-лама Атван Доржиев, который выступил за возвращение к философским основам первозданного буддизма и расширение участия в религиозной жизни буддистов-мирян [1000].
Революция перевернула все сословия традиционного российского социума, сделав общество формально всесословным, подорвала нравственные и духовные столпы общества. При этом у всех социальных слоев, как мы видели, были основания для разочарования новой властью. Имущие классы быстро переставали быть таковыми, а неимущие не устраивали темпы перемен в их пользу. И все одинаково остро чувствовали экономический развал, разгул анархии и тяготы войны.
«Революцию совершили представители всех классов и сословий России — но ни один класс и ни одно сословие не вкусили ее плодов» [1001], — замечал Уинстон Черчилль.
     
Глава 4 
 Революция в международном контексте
 
Если бедствия рода человеческого в каком-нибудь смысле могут назваться благодетельными, то сим благодеянием мы, конечно, обязаны революции.
 
Николай Михайлович Карамзин
 
   
Первая мировая война и мир
Революция в России вовсе не отменила Первую мировую войну, в которой на начало 1917 года на европейском театре участвовали 11 стран континента и не вполне европейская Турция. В коалицию Антанты и ее союзников в число союзников входили россияне, британцы, французы, итальянцы, японцы, португальцы, сербы (удерживавшие небольшой участок территории на юге своей страны), бельгийцы (так же цеплявшиеся за клочок своей земли) и румыны. Британская армия включала воинские контингенты из Австралии, Новой Зеландии, Индии, Южной Африки, Вест-Индии и Канады. В состав блока Центральных держав входили Германия, Австро-Венгрия, Болгария и Турция.
Война подогревала национальные чувства и вызывала мощные освободительные движения на театре военных действий и вблизи него. На Ближнем Востоке набирала ход арабская революция. Чехи, словаки, поляки рассчитывали осуществить свои национальные устремления в случае крушения Австро-Венгрии. Многие евреи надеялись, что поражение Турции создаст условия для еврейской автономии в Палестине. Война шла в Африке — за германские колонии (Тоголенд, Камерун, Юго-Западную Африку и Восточную Африку). В битвах Первой мировой войны участвовало более двух миллионов африканцев (в качестве носильщиков и санитаров), пятая их часть погибла [1002].