Его ледяное сердце

— Ну что вам рассказать, молодые люди? — спросил доктор. — Срок тринадцать — четырнадцать недель, размер плода двенадцать сантиметров. Пол ребеночка не могу сказать, не хочет показывать. Папочка, видите прикрыл ножками? — обратился он к Тахиру и показал на экран.
— Разве он уже может шевелить ногами? — спросил Тахир, нервно заламывая пальцы на руках.
— Он уже вовсю переворачивается в животе у мамочки, у него бьется сердечко и вы сейчас это услышите. — доктор включил звук и моё сердце словно на мгновение остановилось. Я слышала сердцебиение собственного ребенка. По щекам потекли слезы, а губ тронула счастливая улыбка.
Получив снимок ребенка и описание узи, мы так же молча вернулись в кабинет гинеколога. Она сообщила, что с ребёнком все в порядке, прописала витамины и поставила меня на учет по беременности.
Когда мы вышли из поликлиники и сели в машину, я напряглась. Тахир не заводил машину, ничего не говорил. Он просто смотрел перед собой и молчал.
— Ты не рад, да? — тихонько прошептала я.
Он повернулся ко мне и сделал то, чего я никак не ожидала от своего сильного и мужественного мужчины. Он заплакал, уткнувшись мне в грудь.
— Спасибо тебе… — шептал он, не поднимая головы. — Я не знаю как благодарить тебя за то, что я сейчас самый счастливый человек на земле.
По моим щекам потекли слезы, а на губах появилась счастливая улыбка. Я поцеловала Тахира в макушку, как раньше целовал меня он.
Мы сидели в полной тишине, переваривая то, что произошло с нами сегодня.
— Я люблю тебя. — сказал Тахир и поднял на меня красные от слез глаза. — Ты даже не представляешь, насколько сильно я люблю тебя. — он начал целовать моё лицо как попало. Словно сумасшедший целовал веки, нос, губы, подбородок и щеки.
— Тахир, хватит. — смеялась я, тая в руках любимого мужчины…
    
Глава 28
Прошло две недели…
— Может одну сторону покрасить голубым, а вторую розовым? — спросил Тахир, прижимая меня спиной к своей груди.
— Не торопись. Мы ещё не нашли квартиру, а ты уже там детскую оборудуешь. — с усмешкой ответила я и развернулась к мужчине лицом.
— Мы же решили, что та двушка нам подходит?
— Решили. — согласилась я. — Но мы же её ещё не купили.
— На той неделе состоится сделка, и считай квартира наша.
— Вот как только она будет наша, так и начнем ремонт.
— Не начнем, а начну. — с укором сказал Тахир. — Тебе нельзя дышать краской, пылью и всякой подобной хернёй.
— Но ведь если квартира будет сделана не так, как я хочу, то жить я в ней тоже не буду. — с ехидной улыбкой ответила я.
— Будешь всё контролировать по видеосвязи. Я уже нашел одного прекрасного дизайнера, она нам предоставит кучу вариантов.
— Она? — спросила я, приподнимая одну бровь.
— Ну да. Кристина Павловна — отличный дизайнер.
— Я знаю такую. Она у нас была в гостях с папой.
— Ну вот, значит знаешь, что она отлично выполняет свою работу.
— Либо я сама с ней буду решать все вопросы, либо ищи другого дизайнера — мужчину. — я убрала руки Тахира со своей талии и пошла на кухню.
— Ты что ревнуешь? — шел за мной мужчина.
— Я всё сказала, Тахир. Решай сам.
Я облокотилась на тумбочку, сложив руки на груди. Тахир подошел ко мне вплотную и обнял за талию.
— Хорошо. Будешь сама с ней работать. Я дам ей твой номер и она тебе позвонит. — согласился он.
— Нет. Ты дашь её номер мне и я сама ей позвоню.
— Мира, Мира… — покачал головой мой мужчина и засмеялся. — Ты просто прелесть.
Я поцеловала его в губы и погладила по щеке. Этот мужчина с каждым днем открывался мне с другой стороны. Вместо сурового и холодного Тахира появился нежный и ласковый котёнок, который иногда перегибает палку, заботясь о моём здоровье и здоровьем нашего малыша.
— Ладно, нам пора ехать. Ато опоздаешь. — сказал он и поцеловав меня в щеку, вышел из кухни.
Я взяла свою сумочку, телефон и вышла в коридор, где уже стоял Тахир с моей шубой в руках. Он помог мне надеть её и снова сам застегнул мне сапоги. Забрал мою сумочку, которая не весила почти ничего и обняв за талию, повел в машину.
Сам пристегнул меня ремнем и только после этого сел за руль. Меня всегда немного смешила его забота, которая немного душила, но я старалась не подавать виду.
Мы выехали с парковки и поехали по уже знакомой дороге. В машине играла спокойная музыка, пахло парфюмом Тахира, а за окном хлопьями валил снег.
— Как последняя пара будет подходить к концу, напиши мне. Я приеду и отвезу тебя домой.
— Я сама в состоянии добраться домой. — возмутилась я.
— Мы же договорились вроде? — с укором взглянул он на меня. — Я буду забирать тебя каждый день с учебы и это не обсуждается.
— Ладно, ладно не заводись. Просто у тебя сейчас очень много дел и мне не хочется отвлекать тебя по пустякам.
— Твоя безопасность — это не пустяки, Мира. Тем более что ты носишь нашего ребенка.
— Не заводись. — я положила руку ему на плечо и поцеловала в щеку. — Я тебя поняла и обязательно напишу.
— Вот и умница. — расслабился он.
— А ты сейчас куда?
— Я сейчас поеду смотреть себе офис, чтобы рядом с новой квартирой был и если меня всё устроит, сразу арендую. Сейчас очень трудно найти хорошее удобное место.
— Удачи тогда тебе! — казала я, когда машина остановилась у моего университета.
— Я люблю тебя. — с улыбкой сказал он и поцеловал меня в губы.
— И я тебя.
Я вышла из машины и направилась ко входу в здание. Тахир не уезжал, ждал когда я открою дверь и войду. Но не успела я взяться за ручку, как дверь открылась и пронеслась толпа первокурсников.
Покачав головой, я подождала, когда они выйдут и только после этого вошла сама. Разделась и пошла в нужный кабинет.
Но стоило мне открыть дверь, как я замерла. В кабинете, где у меня должна была проходить первая пара, стоял мой отец и о чем-то разговаривал с преподавателем. Увидев меня, он что-то сказал ему и направился ко мне.
— Поговорим? — спросил он, осматривая меня с ног до головы.
— Хорошо. — мы вышли из кабинета и отошли в дальний угол коридора.
— Не наигралась ещё во взрослую девочку? — спросил он.
— Это всё что ты хотел сказать? — с горькой усмешкой спросила я.
— Неужели ты думаешь, что я смогу закрыть глаза на то, что моя дочь шляется со взрослым мужиком?
— Она с ним не шляется. — послышался голос Тахира. — Она с ним живет и скоро станет его женой. — мы с отцом оба повернули голову к нему.