Роман Нелюбовича

— Что ж, давай посмотрим.
Мы разбирали её стихи часа два. Я ругался громко и нещадно, почти матом; Танечка пыталась заплакать, но каждый раз я грозил ей пальцем — не смей! — и она не смела, только гуще краснела и стирала платочком с переносицы капли пота. Зато расстались мы друзьями. Я сказал, что приду в клуб после Нового года, и тогда она расцвела глазами и пообещала написать что-нибудь приличное. Я усмехнулся: написать-то она сможет, но вот насчёт приличного сильно сомневаюсь.
Это маленькое приключение позабавило меня. Что-то скажет теперь любезный поэт Серебряный, когда узнает, что его любимая ученица приходила ко мне за советом. Наверное, опять перестанет здороваться. Ну да не много потеряю.
Утром я оделся потеплее и вышел из дома. Сначала я хотел пройтись по улице, может быть зайти в хозтовары или на мелочёвку. Однако ноги сами собой довели меня до пужанского пляжа. Река замёрзла, снег по берегам лежал чистой целиной, и не было видно даже обычных звериных дорожек. И полная тишина, лишь со стороны большака изредка доносился гул проезжающего автомобиля. По сугробам я добрался до того места, где мы строили с Ульяночкой песочный замок, долго стоял в задумчивости и пытался примерить на себя тёплые летние ощущения. Не смог. Вместо этого из памяти выплыли есенинские строки:
 
 
 
Снежная равнина, белая луна,
 
Саваном покрыта наша сторона.
 
И березы в белом плачут по лесам.
 
Кто погиб здесь? Умер? Уж не я ли сам?
 
 
На этом занесённым снегом просторе, они показались мне наиболее уместными — пляж, река, деревья, всё уснуло, умерло. Может и мне лечь рядом? Прислониться спиной вон к той берёзке, закрыть глаза, забыться, а по весне нас всех здесь найдут — меня, берёзку, Пужанку…
Я достал телефон, набрал номер сына.
— Вадим, ты должен приехать ко мне на каникулы.
— Пап…
— Вадим! Я твой отец, и ты должен хотя бы изредка меня навещать. Представь себе, дети иногда навещают своих родителей.
— Хорошо. Пап… Спасибо. Я очень буду рад приехать снова. К тебе, пап.
— Договорились. И звони иногда. Ты же знаешь, сам я звонить не люблю, а ты звони. Обязательно.
— Да, пап, я буду звонить. С наступающим.
— И тебя, сынок.
Я спрятал телефон в карман. Всё, пора возвращаться. По дороге зайду в магазин, куплю продуктов на праздничный стол. Что там полагается? Оливье? И ветки надо подобрать, которые выбросил. Поставлю их в вазочку, украшу мишурой. Новый год всё-таки.