Клуб негодяев

— Кошмар! Граф нам ничего такого не рассказывал! — ужаснулся Франсуа.
Я тоже был немало поражён услышанным, однако отнёсся к этому весьма скептически. Ангелочки действительно могли завидовать старшей сестре. Не зря же Амандин упомянула, что та вновь стала любимицей их отца. Бесспорно, Катрин очень талантлива, и это у многих вызывает искреннее восхищение. А в близнецах, по словам Франсуа, нет ничего особенного, кроме бескрайней наивности и доброты. И то Катрин считает, что они лицемерят. Мне же, как человеку постороннему, оставалось только гадать, подхалимы они или фантазёры?
— Возможно, это просто трагическое совпадение, — осторожно предположил я.
Франсуа посмотрел на меня как на последнего зануду.
— А вдруг этот несчастный и был её возлюбленным? Может, он просто не перенёс такого удара.
— Они не знали друг друга, — Амандин как бы приободрилась от его поддержки. Даже её голос перестал дрожать. — А вот англичанин ей как раз приглянулся. Да и он вроде к ней благосклонен…
— Ты имеешь в виду Филдвика? — перебил я её.
— Да. Вы с ним уже знакомы?
Франсуа нахмурился.
— Мне он сразу не понравился. Напыщенный шарлатан. Как он вообще оказался в вашем доме?
— Мы встретили его в Крумлове. Папа с ним быстро подружился и пригласил в гости. Мы с Флорианом надеялись, что он не воспользуется приглашением, только напрасно. Вчера вдруг объявился, хотя мы уже успели его забыть. Но не о нём речь, — Амандин дёрнула плечом, поправляя шаль. — Катрин до сих пор злится на тебя. Ты бы слышал, как она возмущалась, когда узнала, что ты с другом придёшь к нам на вечер!
У меня уже не было сил её слушать. Конечно, Амандин переживала из-за брата, и ей было необходимо выговориться. Но я не верил в то, что Катрин своей музыкой убила совершенно незнакомого парня. Вдобавок мне до безумия хотелось спать.
— И всё-таки есть в её музыке что-то такое… — прикрыв глаза, медленно произнёс Франсуа.
Я лишь вздохнул. Нет ничего сверхъестественного в музыке Катрин. Если что-то и задело тогда Франсуа, то только гипноз Филдвика.
 
Выслушав меня, Андрей приподнял очки и потёр переносицу. Наверное, он в тот момент думал о том, что зря со мной связался. Жил он себе спокойно, пока я не свалился ему на голову с кучей проблем. Сначала вынудил его разбираться со своими трофеями, а теперь ещё и жалуюсь на преследующего меня вампира.
— Я бы на вашем месте посмотрел на ситуацию с разных сторон, — сказал Андрей, — вы же зациклились на одной версии. А тот, кто не умеет широко мыслить, уязвим. Пока вы ожидаете удара спереди, к вам подкрадутся сзади. Понимаете?
— Понимаю. Но я не знаю, что мне делать. Даже и подумать боюсь, что для меня готовит Филдвик.
— Ваш Филдвик хоть и импровизатор, на самом деле не такой уж и непредсказуемый. Вампиры, которые любят играть с едой, в большинстве своём не отличаются особой изобретательностью. Вас пригласили на спиритический сеанс? Держу пари, он расправится с вами, свалив вину на агрессивного духа из потустороннего мира. Или сначала, для большего трагизма, его жертвами станут ваши друзья, а под конец и вы сами. Печальный исход, как ни крути.
По телу пробежал колючий холодок. За последнее время я уже несколько раз прощался с жизнью, но привыкнуть к мысли о скорой смерти всё равно было невозможно.
— Граф, наверное, кретин, раз не отменил этот сеанс, — подала голос Хедвика. Во время нашего с Андреем разговора она сидела на кушетке и не вмешивалась. — Его ребёнок чуть не умер, а у него развлечения на уме.
Андрей встал с горы книг, наваленных у стены.
— Вполне вероятно, что Филдвик и ему затуманил разум. Однако я не знаю графа лично, поэтому не могу однозначно что-либо утверждать, — он подошёл к пыльному угловому шкафу и с жутким скрипом открыл его. — Посмотрим, что у меня есть против вампиров. Я вообще-то никому не показываю свою скромную коллекцию, но ради такого случая… Да вы не стесняйтесь. Идите сюда.
И не подозревал, что у него там может лежать что-то ещё, кроме книг.
Я послушно заглянул в шкаф. Похоже, Андрей мало того, что никому не показывает его содержимое, так ещё и сам редко о нём вспоминает. От вида плотного слоя пыли у меня засвербело в носу.
Разорвав старую паутину, Андрей достал небольшой мешок. В нём что-то звонко постукивало.
— Угадайте, что внутри?
— Неужели кости вампира?! — опешил я.
Лучше бы я ответил, что понятия не имею, или бы просто промолчал. На необразованных дикарей смотрят с большей снисходительностью.
— И как Филдвик ещё от вас не свихнулся? Вам в голову порой приходят поразительно дурацкие мысли. Хотя я вас понимаю. Гораздо приятней думать о мёртвом враге, чем о способах его уничтожения. Ладно, не буду вас томить.
Андрей продемонстрировал обтёсанную деревяшку с тёмным заострённым концом.
— Осиновый кол, — сказал он с гордостью. — Видите, на нём ещё есть кровь.
— Им убили вампира?!
— Нет. Кровь человеческая. Да что вы так бледнеете? Кол вонзили в мертвеца, потому что его по ошибке приняли за вампира. Я в этом уверен, потому что кровь настоящих вампиров имеет свойство со временем испаряться.
— То есть эта штука бесполезна?
— Ну, почему же? Убить вампира осиновым колом вполне возможно. Главное, чтобы кол был действительно из осины… Ах, да, — Андрей вытащил из мешка небольшой, но с виду увесистый молот. — Кол лучше вбивать вот этим. И естественно, когда жертва спит и ни о чём не подозревает.
От его слов мне стало совсем тоскливо. Я всего лишь на секунду представил, как нависаю над Филдвиком с колом и молотом, но и этого хватило, чтобы убедиться в несостоятельности этой затеи. Чтобы ещё больше не расстраиваться, я не стал углубляться в детали.
— Да я ни за что не смогу так сделать, — в отчаянии сказал я. — Я же такой трус.
Андрей переменился в лице. Его как будто что-то разозлило.
— Никогда, запомните, никогда не принижайте себя, — он так пристально смотрел мне в глаза, что я боялся моргнуть. — Вы способны на многое, и вы уже это доказали делом. Разрыли могилу, уехали в другую страну, погнавшись за призрачной надеждой. Не ради низменных корыстных целей. Вами двигало желание узнать правду, пускай и горькую. Вы рискнули многим для того, чтобы понять, кто вы. После всего этого вы не имеете права называть себя трусом.
Я отвёл взгляд. Речь Андрея мне не воодушевила, наоборот. Я решил закрыть эту тему:
— Ясно.
— Нет, пока вам ничего не ясно. Вы должны это осознать, а не бездумно отмахиваться от моих нравоучений.
Хедвика вовремя пришла мне на помощь.
— Андрей, твои нравоучения его не спасут от гибели. Посоветовал бы что-нибудь действительно дельное. И лучше что-нибудь более компактное, чем эти деревяшки. Толку от храбрости, если ему сил не хватит, чтобы с ними управиться?