Что не так с солнцем

Чайник взбрыкнул крышкой, и Рико решительно порвал ориентировки на мелкие кусочки.
 
***
— Как успехи? — Адис бросил свой плащ на спинку стула и сел.
— Получила предложение сняться для журнала, встретила дальнюю родственницу, узнала о нескольких диетах и в очередной раз убедилась, что люблю свою работу, — не отрываясь от монитора, ответила Селения.
Адис молчал некоторое время, разглядывая профиль бывшей жены. Чем дольше он смотрел, тем больше ненавидел себя.
— А по делу?
— Горан Павич был начинающим фотографом, но очень цепким парнем, умудрился набиться в ученики к именитому фотомастеру, сам несколько раз был моделью. Чтобы нажить себе врагов в этом бизнесе особых умений не надо, так что, Кира вполне может оказаться права.
— Кстати, где она?
— Не знаю, еще не вернулась. Не стоило ее одну отправлять, — Селения, наконец, повернулась к нему.
Похоже, она действительно переживала за новенькую.
— А я за нее спокоен. Она обязательно что-нибудь… разнюхает.
— Э?
— Что?
— Разнюхает? — Селения подалась к нему. — Ты как-то… обособил это слово, — вполголоса сказала она.
— Тебе показалось.
— Узнал что-то о ней? Фине. Ну же, Фине, — она ткнула его кулаком в плечо.
Адис уже собирался ответить, как в кабинете появилась Кира. Ему даже не было нужды применять эмпатию, чтобы понять: новенькая вымоталась. Она молча прошла к своему столу, сбросила рюкзачок, плащ и следом сама рухнула на стул.
Селения и Адис переглянулись.
— Что-то случилось? — Селения придвинулась поближе.
— Еще не поняла, если честно, — ответила Кира, глядя в стену перед собой.
Детективы молча ждали. Оба понимали, что новенькой нужно собраться с мыслями. Наконец, она повернулась к ним и заговорила:
— Я говорила с Гораком и Паскалем. У меня сложилось впечатление, что Горак скрывает какую-то важную деталь. Возможно, конечно, что брат ему сильно мешал, и поэтому он не особо расстроен. Но вот вдова…
— Вдова? — почти хором спросили Селения и Адис.
— Да, Анна Горак. Кстати, я не нашла упоминаний о ней в деле.
— Она была в командировке, когда мы нашли ее мужа, — ответила Селения. — Потом очередной труп, и мы переключились на него.
— Жаль, что вы с ней раньше не говорили. Анна сказала, что примерно за месяц до смерти, Джо изменился. "Только женщина может заметить это", — примерно так она сказала. И взгляд Александра, по ее словам, сейчас стал таким же. Кстати, он был явно не в восторге от моего визита. Что касается Паскаля, — Кира достала из рюкзачка черную флешку, — полюбуйтесь. Там одна видеозапись, сразу найдешь.
Селения запустила видео.
— Это с камер наблюдения? — Адис прильнул к монитору.
— Да, записано в ночь, когда был убит Анри Паскаль.
— Но ведь его брат утверждал, что Анри уехал домой один, — пробормотала Селения.
— Ага. А как он изображал страдания! Я чуть не расплакалась.
— Можно спросить? — Селения посмотрела на нее вполоборота. — Почему ты вдруг решила проверить? Что-то разнюхала?
Адис понял, что последние слова Селения адресовала ему, но был не в состоянии реагировать на них. Он пытался понять, как пропустил эту ложь.
"Почему я не понял, что Паскаль врет? Почему? Я ведь…"
— Можно и так выразиться, — Кира уклонялась от прямого ответа. — Я пока не могу ничего сказать, нужно еще встретиться с главами сияющих, бродячих и небесных.
— Хочешь, пойдем к сиренам вместе?
— Сегодня? — лицо Киры сделалось несчастным.
— Мне нужно поговорить там кое с кем по поводу Павича. Он, кстати, был ассистентом на последней фотосессии Таши Ли. Интересное совпадение, да? Давай сначала пообедаем, а то я наслушалась о диетах и страшно проголодалась, — Селения закинула телефон в лакированную черную сумочку на длинном ремне, встала, прихватив свое короткое песочного цвета пальто и направилась к выходу.
Кире ничего не оставалось, кроме как пойти следом.
Адис же так и остался сидеть, снова и снова прокручивая видеозапись. Ошибки быть не могло, в машину действительно садились оба брата Паскаля. Причем погибший Анри сел за руль. Адис записал номера авто в блокнот и отправился на пятый этаж за информацией.
 
***
— Прости, что потащила тебя с собой, ты, кажется, устала, — говорила Селения, накручивая спагетти на вилку. — Может, закажешь горячее?
Она привела Киру в то же кафе, что и Рико сегодня, потому что видела, как они заходили сюда утром. Так она надеялась расположить к себе девчонку. Это был тот редкий случай, когда природа Селении никак не могла этому поспособствовать, и нужно было использовать другие методы. Кира ей с самого начала показалась интересной. Конечно, когда пошли слухи о том, что в отдел переводят девчонку, которая даже года не проработала в полиции, да еще и в каком-то провинциальном городке, Селения ожидала увидеть "золотого" ребенка. Но Кира перевернула все с ног на голову в первый же день.
Вообще-то они с Фине специально оставили ее тогда. Хотели посмотреть, что будет делать новенькая, как себя поведет. Реальность превзошла ожидания. И хотя сегодня утром, когда Кира показала им возможную схему, по которой действуют преступники, Селения дала себе слово не удивляться ее способностям, то, что она сделала с Гораком и Паскалем нельзя было не признать великолепным. По всей видимости, Кира была ищейкой от природы.
Слова Фине, кстати, подтверждали эту мысль. Селения вспомнила вдруг первый вопрос Киры: действительно ли они верят, что убийца — оборотень. Картинка постепенно складывалась. Оставалось только понять, каким образом Кира сумела учуять ложь там, где повернутый на этом Фине даже не заподозрил обмана.
— Нет, спасибо, я пообедала, мне хватит и кофе.
— Ну, как хочешь. Знаешь, я ведь тоже из этого Дома. Правда, несколько лет уже как вышла.
— Почему? Здорово ведь, когда есть община, готовая в любой момент помочь, научить тебя чему-то, да и просто, наверное, спокойнее, когда знаешь, что не один?
Селения замерла на мгновение, потом отложила приборы в сторону:
— Что случилось с твоими близкими?
— У меня никого нет. Почти никого, — Кира улыбалась, обхватив бумажный стакан с кофе обеими руками. — Только не надо жалеть, ладно? Просто, кое-кто сказал недавно, что, если озвучить боль, становится легче. Кажется, это действительно так. Сказала сейчас вслух, и ничего. Ничего не случилось. Значит, все в порядке, да? — она снова улыбнулась.
Селения почувствовала, как по щеке бежит слеза.
— Классика жанра, — продолжала Кира. — Брата похитили, когда я была совсем маленькая, тогда же от горя скончалась мама. Мне так сказали, по крайней мере. А когда мне было тринадцать, у отца случился инфаркт. Других родственников я никогда не знала, почему-то родители ни с кем не поддерживали связь. Ну и вот, стала детективом, — тут она запнулась и опустила взгляд. — Честно говоря, не знаю, зачем я стала детективом. Отец был журналистом, мама — педагогом, работала с трудными подростками. О мести я даже и не думала никогда. Интересно, когда это я решила, что не буду мстить? — Кира откинулась на спинку салатового диванчика.