Шарлотта

Женщина хмыкнула, улыбнувшись одним уголком рта, и наконец посмотрела на меня прямо, изучающе.
- Я бы не позволила себя взять в плен, - начала она. – Имея такой потенциал, сдаться кучке разбойников. Это позор всего нашего народа.
Я поджала губы и вздернула подбородок, проглотив жгучую обиду. Магия была моей личной болью, вершиной на которую я толкала свой камень, но он все еще был на месте. И едва удавалось хоть немного поднять его наверх, он с удвоенной силой давил на меня, сталкивая вниз по склону. Это только в книжках все просто с этим колдовством. Пусть я старалась не меньше Ребекки и Анны освоить свой дар, но получалось ужасно. То ли дар у меня не такой, то ли я делала что-то не так, но ничего из этого не получалось, и я все так же оставалась нестабильной. Оставалось только смириться со своей ущербностью и скрывать свою особенность с удвоенной силой. Впрочем, до недавнего у меня это прекрасно получалось.
Признаться, именно моя беспомощность, как мага, и толкнула меня на активные действия. Не всем быть великими колдуньями, управляющими рука об руку с мужем целым Северным пределом. Кому-то приходится пробивать себе дорогу в мир собственными силами, умом, хитростью и интригами.
- Не понимаю, о чем речь! Слабой женщине без оружия сложно тягаться со взрослыми сильными мужчинами, - холодно отчеканила я, вернув презрительный взгляд ведьме.
- Ты лукавишь, юная леди Ньер, - блеснув ровными белоснежными зубами не то в улыбке, не то в оскале, протянула женщина. – Ходят слухи, что в мир возвращается магия. Силы древних хранят три сестры-колдуньи. Одна – леди Амора, правит Северным пределом. Вторая метит на место леди Ион, а третья пока леди Ньер. Но все они способны изменить мир, если перестанут думать только о себе.
Я едва сдержала рвущийся смех.
- В эти сказки еще кто-то верит? – со снисхождением поинтересовалась я, попытавшись устроиться поудобней. Что не укрылось от колдуньи, и она снизошла до милости – щелкнула пальцами, развеяв заклятье. Дышать сразу стало легче, да и почувствовала я себя куда уверенней. – Легенды для того и придуманы, чтобы народу было о чем поговорить. Если Ребекка маг, как говорят, это еще совсем не значит, что и мы с Анной владеем хоть какими-то способностями. Иначе, как вы успели уже заметить, я бы не сдалась в плен, а разметала разбойников, как сухие листья. Потому все ваши рассуждения – пустое сотрясание воздуха.
Я даже поднялась на ноги, стараясь казаться выше. Но хоть колдунья и была на голову ниже меня, все равно давила своим… авторитетом, что ли.
- Лжешь ты тоже не умело. Если собиралась жить при дворе, этому искусству стоит подучиться.
- Откуда?.. – ошарашенно вырвалось у меня, но я сразу же прикусила язык.
- Магия, пташка. Все в мире – это магия. Просто нужно научиться управлять своим даром, - она махнула рукой, подзывая меня к окну. – И не только своим, Шарлотта.
Подчиняться не хотелось совершенно, но ноги, повинуясь чужой воле, понесли меня к окну.
Во дворе царил хаос. Ковш все так же маниакально преследовал мокрую, рыдающую и бестолково мечущуюся Мэдлин. Кто-то пытался сбить или поймать орудие ее пытки, кто-то просто наблюдал за происходящим. Главарь шайки не придумал ничего лучше, чем накинуть на мою бывшую служанку плащ, пока ситуация не решится.
- Некоторые порывы нельзя остановить, как бы ты не пряталась от своих способностей, забираясь в свою ракушку и делая вид, что проблемы не существует. Если от проблем бежать - получается вот это. Сильно, но бестолково.
Да, Анна мне говорила, что магию нужно брать под контроль и использовать. В противном случае – магия накапливается, а в итоге прорывается бесконтрольными выбросами. А если тренироваться – резерв растет и становишься сильнее с каждым днем.
Полагаю, сама Эн, очень скоро станет сильнее Ребекки, учитывая, сколько времени она уделяет магии.
Я еще раз посмотрела на Мэди. Мне ее было жаль, совершенно искренне. За свой проступок она получила уже сполна. Но исправить что-либо мне было не по силу.
- Нужно учиться быть магом. Это не дается с рождения, - голос колдуньи стал жестким и грубым. А после она щелкнула пальцами и ковш в одно мгновение упал на землю, расплескав уже заготовленную для новой атаки воду. – Иначе так и останешься бестолковой и ни на что не способной. А твой дар будет нести только разочарования. Но если пожелаешь, я научу тебя быть магом.
Я вздрогнула. Предложение заманчивей некуда, учитывая, что я практически распрощалась со своими способностями. Но… что взамен? Не просто же так пришла эта женщина, точно ищет своей выгоды.
Подобные решения не принимают в спешке. Вот и я промолчала, не ответив ни отказом, ни согласием. Несомненно, сила ведьмы впечатляла. Но с таким потенциалом, что ей нужно тогда от меня? Кто я, по сравнению с такой силы ведьмой.
Она не требовала незамедлительного решения. Давала время подумать, развернувшись и направившись к двери.
- Когда надумаешь, позови меня! Скажешь стражнику, что желаешь видеть Тингельду, и я приду.
И даже на это я не ответила.
Значит Тингельда… И кто же ты такая, ведьма, по имени Тингельда?
    
Глава 9
Вечер опускался на поместье, спрятанное в глухом лесу. Розовыми разводами ложились на пол из белого шлифованного камня последние лучи засыпающего солнца. В окно врывалась свежесть и немного влага грядущей ночи. После дневного зноя, прохлада приносила отдельную радость, учитывая, что элементарного таза с водой мне оставить то ли забыли, то ли не посчитали нужным.
Но это было бы терпимо, если бы я оказалась в иных условиях – возможно, даже порадовалась погожему летнему ввечеру, прогулялась по аллеям в саду, вдыхая ароматы вечерних цветов.
Но меня никто не собирался выпускать. Обо мне словно вообще все позабыли: и загадочный Стю, и не менее интригующая Тингельда. Притом оба они занимали одинаково много места в моих мыслях.
А что если эта колдунья действительно поможет мне раскрыть потенциал, о котором я и не догадывалась. Тогда не придется играть в помолвку с Ионом, не гнуться под волю короля, не оглядываться на вечно недовольного всем отца. Все вообще может быть иначе.
Слишком соблазнительное предложение. Но! «Хочешь тепла – руби дрова»! И что мне придется сделать, чтобы получить столь желанную силу и свободу? О цене Тингельда не говорила ничего.
Я поднялась с кровати и прошла по комнате, выглянув в единственный источник информации – окно. Даже не потрудившись зажечь свечи, просто оперлась плечом о косяк и смотрела вниз, пытаясь понять, что же все-таки это за место.
Во дворе собирались жители поместья, жгли костры, поднимали кружки с пенным напитком, скорее всего, с местным элем, дурачились дети и заводили песни женщины. И все было такое… живое, правильное, простое. Немудрено невольно залюбоваться. В Ньеркеле не было никогда такой непринужденной атмосферы. Даже среди слуг и деревенских мне не удалось вспомнить таких вот теплых посиделок. Что не так было с миром, если вот такое тепло оставалось только в разбойничьих шайках?