Шестой прыжок с кульбитом (СИ)
— А как надо?
— Надо всплывать! Я приказал подняться на перископную глубину и готовиться к пуску системы ЛОХ. Честно говоря, побаивался ее включать, немало ходит слухов о смертоносном воздействии фреона на тех, кто не успел надеть маски.
— А что такое ЛОХ?
— Система Лодочная Объемная Химическая. Работает огнегасящий газ фреон, который можно пустить из баллонов станции ЛОХ в любой отсек. Фреон великолепно тушит огонь, но опасен для человека. К сожалению, жизнь поддерживает только кислород. Все кто был в третьем отсеке, включили дыхательные аппараты ИДА-59. Эта штука позволяет держаться в дыму и под водой.
— А сколько там воздуха?
— На пару часов. Короче, я дал команду всплывать. Просто от того, что делать нечего. И в надежде на полынью.
— То есть в надежде на чудо?
Иванов хмыкнул:
— На лодке без надежды нельзя. Как и без юмора, кстати. С юмором нужно дружить. У кого не получается, тот потом дружит с психиатром. А что касается надежды, так она питает не только юношей.
— Хм… И чудо случилось?
— Да, лед над головой оказался всего метровой толщины. Подводный крейсер проломил его как нож яичную скорлупу. Первым делом на мостик подняли пострадавших, стали делать им искусственное дыхание. И тут произошло еще одно чудо.
— Да? И какое? — живо заинтересовался Мещеряков. Каперанг Иванов рассказывал весьма занимательно.
— Покойники ожили. Тяжело отравленные парни стали дышать. Эх, недаром меня назвали Николаем! Заступник моряков, сам Николай-чудотворец помог. Другого объяснения нет. Матросы даже перекрестились: слава богу, вернемся без трупов. Плохая это примета, когда мертвые моряки на корабле. А для командира это — конец карьере.
— Всплыли, а потом?
— На мостик подниматься я не стал, хотя соблазн глотнуть свежего воздуха был очень велик. Надо было работать, душить пламя фреоном. Потом провентилировали отсеки. И стали разбираться, что же произошло.
— Разобрались?
— Тут без мата не обошлось, — усмехнулся Иванов. — Недолгое расследование установило, что молодой матрос тайком покурил в гальюне, а окурок сунул в угольный фильтр. Покурил, и ушел. Чистый углерод фильтра не замедлил воспламениться, при тяге воздуха возник эффект мартеновской печи.
— И что вы сделали с разгильдяем?
— Ничего. Матрос даже под суд не пошел: что с безотцовщины взять? Курил с третьего класса, паршивец. И ведь если бы не было где покурить! Так нет, имелась у нас специальная каюта для табакуров. Натуральная шпана, ей богу. Где захотел, там и пустил дым. Никогда не понимал этого пристрастия.
— Да уж, от одного окурка дверь расплавилась… Что дальше?
— Навели порядок на борту, нырнули. На базу дошли без происшествий, без жертв, без потери скрытности. То есть выполнили все поставленные задачи. Даже птички в зоне отдыха остались живы, а они весьма чувствительные к газовому составу воздуха.
— Значит, матроса решили не наказывать, — Ивашутин поднялся. А затем, хрустя сушкой, принялся наворачивать круги по кабинету. Благо, площадь позволяла. Посмотрел в окно, за которым кипела жизнь, и вернулся к столу. — И кого тогда назначили виновным за пожар?
— На корабле за все отвечает командир. Матросы — чисто дети неразумные, а командир им и мама, и политрук, и воинский начальник. И еще ответчик за все грехи. Мне сразу влепили «строгача», это за пожар. А за героизм на пожаре представили к ордену Красной Звезды. Однако бумагу зарезал политотдел, аварийщиков у них не награждают. Ну, это обычное дело.
— Понятно, Николай Тарасович, — взгляд Ивашутина построжел. — Я навел о вас справки, вы годитесь для нашей работы.
— Для какой работы?
— Надо разобраться с аварией на лодке К-19.
Отставив стакан, Иванов нахмурился:
— И куда в этот раз «Хиросима» влипла?
— Пожар на борту, есть жертвы. Документы почитаете в секретном отделе.
— Но у меня есть собственное начальство, товарищ Председатель…
— Руководство флота не возражает. С сегодняшнего дня поступаете в мое распоряжение, самые обычные герои мне нужны. Начальству в глаза смотреть не боитесь?
— Никак нет, — Иванов и в самом деле смотрел прямо. Без вызова, но и без подобострастия.
— Я тоже так думаю. С приказом ознакомитесь в секретном отделе. Кроме того, вам предоставят аналитическую записку обо всех авариях на подводных лодках. Тех, что были, и тех, что предстоят.
— Как это?! — поразился Иванов.
— Методика разработки анализа — совершенно секретная информация. Для вас она закрыта. Просто примите факты к сведению, чтобы ответить на два вопроса: кто виноват, и что делать. Причем, «что делать» нас интересует в большей степени. Также нас интересует ваше мнение и конкретные предложения по предотвращению аварий на подводном флоте.
— Да это я со всей душой, — пробормотал Иванов. — Сколько на эту тему разговоров переговорено… Не счесть.
— Доклад по существу дела лично мне, — Ивашутин прихлопнул папку на столе. — Мимо защищенного телефона и мимо секретной почты. Лично! Остальное — в обычном порядке. На вопросы никому не отвечать, разве что за исключением футбола и женщин. Всех посылать… к главкому ВМФ.
— А ему?
— А он вопросов задавать не станет, — Ивашутин встал. — Разрешаю привлекать любого, кого сочтете необходимым.
— Есть! — Иванов просветлел лицом. Варианты у него наверняка имелись.
— Более не задерживаю, идите работать. Доклад раз в месяц. Выполняйте.
Глава 19
Дорогие читатели, эта глава будет скучной. Веселья мало, когда речь идет о причинах развала СССР. Имеются сухие цифры, но чтобы понять дальнейший смысл, текст прочитать советую.
Глава девятнадцатая, в которой речь пойдет о причинах распада СССР
Европа всегда была центром мира. Сияющий град развивался и процветал во мраке окружающего варварства. И все было бы хорошо, если бы не ресурсы. Просвещенная Европа нуждалась в ресурсах остро, постоянно и непрерывно. Ресурсы отдаваться не хотели, приходилось брать их силой.
Сами европейцы называли крестовые походы, ясное дело, «освободительными». Начали с освобождения славян, что жили рядом, понравилось. Затем крестоносцы принялись освобождать Иерусалим, и делали это не раз. Потом англосаксы с туманного Альбиона осчастливили Индию и Австралию. Не уступала в амбициях и Священная Испания, которая дошла до Америки. Следом за ними и вся остальная Европа двинулась на американский континент, куда всем скопом принесла цивилизацию, стеклянные бусы и огненную воду. В результате индейцы освободились от дикости, причем под корень. Европа расширялась: она познакомила Африку со своей культурой и новым прочтением концепции рабства. А для китайцев чопорные британцы изготовили опиум, чтобы обратить китайские богатства в дым. В буквальном смысле этого слова.
Ходила Европа и на Русь. Не всегда удачно, но настойчиво. Варвары разбили шведов на Неве, а рыцарей Ливонского ордена в Чудском озере искупали. Наполеон, помнится, собрал для похода на Москву огромное европейское войско, в котором самих французов было меньшинство. По завершению пути их стало еще меньше. А затем русские туристы с нагайками побывали на Елисейских полях, где помыли сапоги в речке Сена. Урок не пошел впрок — совсем недавно Гитлер в очередной раз объединил Европу для крестоносного похода. И опять освободить Россию не удалось. Как-то не сложилось, вплоть до катания русских танков по Берлину.
И только в 1991 году европейская цивилизация сумела победить варваров. Без единого выстрела Европа во главе с Америкой получила все бонусы и ништяки. То есть материальные, людские и финансовые ресурсы великой империи. Россия с Восточным блоком пали к ногам победителя.
И если совсем упростить, то цивилизационных концепций изначально было две: англосаксонская и русская. Англосаксы пожирали все вокруг, а русская цивилизация расширялась для созидания. Ни один народ, принятый в империю, не потерялся. Русские всем народностям дали письменность и школы, сохранили самобытную культуру.