Орлиное царство
– Я испробовал все возможные средства. Использовал крушину, чтобы очистить его от вредных телесных жидкостей, давал ежевичный сироп, лучшее средство от дизентерии. – Монах потряс головой. – Ничего не помогло.
Вильгельм выглядел так, словно его ударили в живот.
– Ты хочешь сказать…
Деодат кивнул и, закрыв за собой дверь, провел их в спальню короля. Бледный Амори лежал неподвижно, глядя в потолок. Пряди волос рассыпались по подушке. Вильгельм подошел к королю и закрыл его глаза, а потом снял кольцо с королевской печатью. Джон обратил внимание на ногти Амори и посмотрел на Деодата.
– Почему у него желтые ногти? Ты уверен, что он умер из-за дизентерии?
Монах презрительно на него посмотрел.
– Только не нужно учить меня моему делу! Это дизентерия. И все сопутствующие симптомы: рвота, кровавый понос и лихорадка.
Джон совсем не был в этом уверен. Он подумал о своем последнем разговоре с Агнес, которая намекнула, что Амори скоро умрет.
– Благодарю тебя, Деодат, – сказал Вильгельм. – Я уверен, ты сделал все, что было в твоих силах. Пожалуйста, приготовь тело короля. Семья и слуги захотят его увидеть.
Деодат кивнул.
– Дайте мне немного времени.
Джон вслед за Вильгельмом вышел из спальни, и все взгляды обратились к ним. Вильгельм открыл рот, чтобы заговорить, но Джон отвел его в сторону.
– Я не уверен, что короля не убили, – прошептал Джон. – Леди Агнес…
– Теперь уже не имеет значения, по какой причине он умер, – устало сказал Вильгельм. – Его больше нет. Мы – королевство без короля. Да поможет нам Бог.
Джон указал на принца.
– А как же Балдуин?
– Ему всего тринадцать, – ответил Вильгельм. – Он сможет занять трон через три года. А до тех пор править будет регент.
– И кто им станет? – спросил Джон.
– Сенешаль Миль де Планси возглавит правительство, пока королевский совет не назначит постоянного регента. – Вильгельм сделал глубокий вдох и повернулся к стоявшим на коленях дворянам и священникам. – Король умер! – громко провозгласил он.
На лицах собравшихся появилось потрясение. Некоторое время все молчали, а потом почти хором пробормотали:
– Да здравствует король!
* * *
– Что ты думаешь о новом короле? – прошептал Джону толстощекий священник, сидевший рядом с ним на церковной скамье.
Он кивнул в сторону Балдуина, который восседал на золоченом троне в центре святилища церкви Гроба Господня. Для коронации лицо Балдуина намазали белым свиным жиром, чтобы скрыть уродливые красные пятна, и он был в алом шелковом одеянии, расшитом золотыми нитями. Сенешаль Миль де Планси стоял на коленях перед королем, в руках он держал скипетр. Рядом с ним замер строгий маршал Жерар де Пужи, державший королевский меч, могучий клинок с длинной рукоятью, украшенной самоцветами. Далее расположились высокопоставленные дворяне и самые богатые купцы, потевшие на летней жаре.
– Ты много времени с ним проводил, – продолжал священник. Его звали Бенедикт, и Джон вспомнил, что он был четвертым или пятым сыном французской дворянской семьи. – Он сможет править?
– А почему нет? – прошептал Джон в ответ.
– У юноши проказа, да поможет ему Бог, – тихо сказал Бенедикт.
Джон сухо улыбнулся. Более всего Балдуин ненавидел, когда люди недооценивали его из-за болезни.
– Он станет прекрасным королем, – ответил Джон.
– Это хорошо, – шепотом ответил Бенедикт. – Я слышал, мать уже начала вмешиваться в его дела. – Он посмотрел в сторону Агнес, стоявшей в первых рядах за колоннадой. – Ходят слухи, что эта женщина не понимает свое место и попытается править через сына. А еще говорят, будто ее дочь пошла в мать, она упрямый, своенравный ребенок. Однако она красива, не так ли?
В свои четырнадцать лет старшая сестра Балдуина Сибилла была изящной, а золотистые волосы и большие голубые глаза сразу привлекали внимание. Джон заметил, как некоторые лорды бросали в ее сторону страстные взгляды, и привлекала их не только ее красота. Балдуин не сможет произвести на свет наследника из-за проказы, таким образом, продолжение королевской линии зависело от Сибиллы. Теперь, когда она покинула монастырь Святого Лазаря в Вифании, Сибилла стала самой желанной женщиной в Святой земле.
Бенедикт наклонился к Джону и подмигнул.
– Но я предпочел бы мать, – прошептал он. – Она такая изысканная.
Джона избавил от необходимости отвечать Стефан, декан каноников, который бросил свирепый взгляд на Бенедикта и прошипел, чтобы тот смолк.
Предварительная часть церемонии подходила к концу, Балдуин встал с трона и опустился на колени перед Патриархом, который тихо молился, продолжая помазывать будущего короля елеем. Когда он закончил, Балдуин встал, и Патриарх возвысил голос, чтобы его услышали все собравшиеся.
– Балдуин, сын Амори, шестой король Иерусалима, пусть дарует тебе Господь мудрость для справедливого правления! – Патриарх кивнул маршалу, тот забрал скипетр у де Планси и вложил его в правую руку короля. – Пусть Господь дарует тебе силу защитить королевство, которое он тебя вручил! – продолжал Патриарх, а маршал взял королевский меч, надел на Балдуина пояс и прицепил к нему меч. – Пусть Господь дарует тебе веру, чтобы править его именем! – закончил Патриарх.
Ираклий шагнул вперед, держа кольцо-печатку и серебряный шар с крестом, украшенным драгоценными камнями. Маршал надел кольцо на палец Балдуина и вложил шар в его левую руку.
Балдуин сел на трон, Патриарх взял с алтаря корону и передал ее маршалу, который встал за троном, держа корону над головой короля.
– In nomine patris, et filii, et spiritus sancti, – провозгласил Патриарх. – Я объявляю тебя, Балдуин IV, королем Иерусалима.
Маршал надел корону на голову Балдуина, и все опустились на колени.
– Да здравствует король! – провозгласил Жерар.
– Да здравствует король! – подхватили все собравшиеся, и их голоса эхом отразились от облицованных мрамором стен.
Эхо еще не успело стихнуть, как некоторые уже поспешили на пир, посвященный коронации. Джону предстояло задержаться на полчаса, пока будет молиться Патриарх и прочитает короткую проповедь о том, как Балдуину следует править, подчиняясь воле Господа и сражаясь с неверными сарацинами. Наконец церемония закончилась, Джон смог вернуться в свои покои и снять удушающие одеяния священника. Переодевшись, он отправился на пир. Он не видел Агнес со дня смерти Амори, и теперь у него появится шанс.
Пир проходил в роскошном доме, построенном богатым еврейским купцом до того, как город перешел к христианам. Теперь им владел сириец. Двухэтажное строение с множеством внутренних дворов занимало почти весь квартал. Джона отвели в большой зал. Три длинных стола составили в один ряд, королевский стол находился в самом конце, перпендикулярно к ним. Балдуин сидел в центре, Агнес и Сибилла – справа от него, вместе с Патриархом и магистрами тамплиеров и госпитальеров. Должностным лицам королевства отвели места слева, и с ними – Раймунду графу Триполи и Боэмунду Антиохскому.