Его любимая ведьма
Юля уехала примерно через час, пообещав сообщить моим родителям, что их блудная дочь снова загуляла.
Счастливая Ника от радости и переизбытка энергии готова была разнести дворец, а потому до конца дня Кощей отправил детей на улицу, на задний двор.
– Они будут под куполом, – сообщил муж в ответ на мой взволнованный взгляд. – Защита не позволит им причинить вред себе, а купол – всем остальным.
Я сомневалась в правильности такой идеи, но спорить не стала. Тем не менее дома дети появились живые и невредимые и улеглись спать без задних ног.
– А как же Никина школа? – спросила я Кощея, когда мы ночью лежали в постели.
– Найдем возможность, – последовал ответ. – Юля говорила, что у вас есть домашнее обучение. Привозить Нику два-три раза в год на экзамены не так сложно.
Я только вздохнула, еще раз убедившись в том, что муж мой – тип мутный, мной далеко не полностью изученный.
– Откуда у тебя «мерс»? – задала я очередной вопрос, наслаждаясь присутствием любимого.
Он насмешливо посмотрел на меня, взъерошил мне волосы.
– Не один Финист на Земле часто бывает. В вашем мире я – успешный и влиятельный деловой человек, часто уезжающий в длительные заграничные командировки.
Логично, блин. И не придерешься. Этакий сказочный бизнесмен с говорящим котом…
Утром нас привычно разбудил грохот, затем послышались крики.
– Ты уверен в домашнем обучении? – мрачно буркнула я, зевая с риском вывернуть себе челюсть.
– У тебя есть другое предложение? – хмыкнул чересчур бодрый Кощей, поднимаясь с постели.
На первый этаж мы спустились вдвоем. Сошли с лестницы и остановились, с любопытством наблюдая за раскинувшимся перед нами батальным полотном. Ника с Ваней в буквальном смысле слова оседлали извивавшуюся ужом под ними полную простоволосую девку, судя по видневшейся одежде – из прислуги, рядом с довольным видом умывался Васька, тут же сидела шушиндра. А около входной двери валялась очередная лягушачья шкурка.
– Дети, слезьте с нее, – голос Кощея прозвучал непривычно холодно, и я сразу заподозрила неладное.
Муж весь подобрался, в глазах появился нехороший огонек. Судя по всему, служанке придется несладко.
Ваня с Никой тем временем послушно отошли в сторону. Кощей взмахнул рукой, и служанка, мыча что-то нечленоразборчивое, повисла в воздухе.
– Даша, тебе нельзя сейчас волноваться, – сообщил муж и вместе с летевшим рядом телом вышел на улицу. Шкурка отправилась за ними. Тоже по воздуху.
Я вздохнула. Тиран. Волноваться мне нельзя. А от любопытства изводиться можно?
– Ника, что тут у вас произошло? – требовательно повернулась я к дочери.
– Мамочка, она хотела шкурку вам подбросить! Под дверь, – сообщил боевой ребенок. – Она сама призналась, когда мы ее схватили!
Партизаны-разведчики, блин. Я почему-то вспомнила все части американского «Один дома» и с глубокой грустью осознала, что спокойная жизнь мне больше не светит.
На улице меж тем раздались странные звуки: то ли завывание ветра, то ли чей-то заунывный плач. Несколько секунд – и все стихло. Дверь отворилась, и в дом вошел невозмутимый Кощей. Один.
– Дети, идите к себе, вам скоро принесут завтрак, – велел он и повернулся ко мне, иронически приподняв брови. – Ты будешь завтракать в ночной рубашке.
У меня зачесались руки. На ладонях вспыхнули искры.
– Расскажу, но после завтрака, – ответил на не заданный вопрос муж и направился к лестнице.
Я искренне пожелала ему попутного ветра в спину, но все же двинулась следом. Действительно, ночнушка – не самая нарядная одежда в моем гардеробе.
Очередной сарафан вместо удобных штанов, и вот уже мы с Кощеем на пару уминаем блинчики с икрой и гречневую кашу, щедро сдобренную сливочным маслом.
– И кто она? – допив из кружки квас, я выжидательно уставилась на мужа.
– Очередная дура, возомнившая себя будущей супругой правителя Лукоморья, – равнодушно пожал плечами Кощей.
– То есть она хотела меня сжить со свету, а за тебя выйти замуж, правильно?
– Именно.
– И что ты с ней сделал?
– Даша… – Кощей почему-то замялся: явно не хотел отвечать на заданный вопрос.
– Что? – я стала старательно вспоминать американские ужастики. – Ты ее обезглавил, расчленил, развеял по ветру…
Воображением муж не страдал, а потому следующие несколько секунд я старательно стучала ему по спине: маленький кусочек блинчика оказался коварным и застрял прямо в горле.
– Фантазия у тебя, – пробормотал Кощей, откашлявшись. Живая слишком. – Нет, просто в качестве наказания отправил её домой с венцом безбрачия. Теперь никто и никогда не захочет взять ее в жены.
– И всё? – изумилась я. – Она проживет без мужа? И в чем изощренность наказания?
– Ты не понимаешь, – качнул головой Кощей. – Это позор для женщины – остаться старой девой до скончания века. Она обязана выйти замуж, родить детей…
– Опять этот ваш мужской шовинизм, – поморщилась я. – Обязана выйти замуж. Вы, мужики, нас за людей не считаете. Вы нашего мнения спросили? А может, мы не хотим за вас замуж?!
– Ты что так разошлась? – удивился Кощей. – Тебе это точно не грозит. Ты заму…
Купол он успел поставить – сказалась привычка мгновенно действовать в экстремальной ситуации, поэтому оставшиеся блины, к огромному моему сожалению, оказались на полу.
– Тебе еще к врачу ехать, и на работу – увольняться, – ехидно скалясь, сообщил муж, не спеша убирать защиту.
Я уселась на стул рядом и демонстративно сложила руки на груди.
– Да не вопрос. Так и поеду. Пусть народ видит, что ты любимую жену в черном теле держишь и ничего, кроме надоевших сарафанов, носить не позволяешь.
Выехали мы через час, втроем. Нику пришлось взять с собой. Я подозревала, что мне придется писать заявление о переводе ребенка на домашнее обучение. Дочь сияла от счастья. Как же, сказка снова ворвалась в ее жизнь.
Глава 9И в сказках наступает ночь,
Так с давних повелось времён.
И каждый посмотреть не прочь
Какой-нибудь хороший сон.
Горбун гуляет без горба,
Он спит и доверяет сну.
Солдатам снится, что труба
Зовёт солдат не на войну.
«И в сказках наступает ночь» – песня из кинофильма «Тайна Снежной Королевы»
Как в старинной русской сказке – дай бог памяти! —
Колдуны, что немного добрее,