В бой идут...
Наши воины растерянно озирались, держа оружие наготове. Ожидание было недолгим. Не прошло и минуты, как мамонт вновь вынырнул, но уже со стопроцентным здоровьем.
— Твою же дивизию… — протянул Митрич, осознав перспективы. — А вот это, Андрюшка, в шахматах называется пат [100]. Убить нас у него не получается, но и мы его завалить не сможем. С таким лечиловом мы его год ковырять можем и все без толку будет. Светка, на форумах про эту чуду ничего нет? Как его валить вообще?
— Да ничего нет, я уже давно проверила, — сердито крикнула наша командирша. — Первое прохождение, что ты хочешь? Судя по всему, раньше эти мобы не использовались, ничего нет ни про мравольвов, ни про долезрей, ни про индрика.
И тут меня осенило. Господи, ну конечно же — индрик! Я вспомнил, где слышал это слово: было такое книжное издательство в наше время [101].
— Митрич, повоюйте тут еще минут пятнадцать, — крикнул я. — Я в интернет выйду, кое-что проверить надо.
— Можно подумать, есть другие варианты. Наше дело — строй, бой! — буркнул Митрич. — Вали уже, и не зависай там на год.
Ну, год не год, а с полчаса я провозился. Но результат того стоил.
Когда я вновь выпал в игру, у индрика оставалось уже меньше 60 %, и Митрич отчаянно ругался в стиле «где этот сраный таксист, вот всегда так, когда они нужны, хрен этих таксистов дозовешься».
— Митрич, стой! — отчаянно заорал я. — Короче так, сценарист не наркоман, зря мы на него ругались. Эта локация написана по мотивам славянской мифологии, я пробил информацию, и индрик, и долезря, и даже одонтотуранон, это все персонажи славянского бестиария [102]. Теперь по индрику. Это подземное животное, передвигается под землей как рыбы в воде, когда выходит на поверхность, каменеет, поэтому ты его и пробить не можешь. Я вот даже выписал: «А рогом проходит зверь по подземелью, аки ясное солнце по поднебесью, он проходит все горы белокаменные, прочищает все ручьи и проточины, пропущает реки, кладязи студёные». Очень миролюбивое: «все зверья земные к нему прикланятся, никому победы он не делает» [103]…
— Короче, Склифосовский [104]! — прервал меня Митрич. — Все это, конечно, очень благородно, но как там насчет баб [105]? Как его валить? Ты выяснил?
— Да! Еле нашел. Любое инородное тело не пустит его обратно в землю!
— Понятно! Значит, огонь по штабам [106], тьфу, по глазам. Нигде больше я стрелу не загоню.
Через несколько секунд Митрич бесстрашно плясал перед мордой зверя, осыпая его стрелами. Наконец, охотник добился своего, одна из стрел ушла в глаз боссу почти по оперение.
Индрик возмущенно затрубил и начал погружаться в землю, не дожидаясь 50 процентов. Мы замерли, но все пошло как предсказано, торчащая в глазу стрела сработала как поплавок, оставаясь на поверхности земли и не пуская зверя в глубину. Монстр бесновался, пытался всплывать и нырять с разбегу, адски трубил, вешая на бойцов разнообразные дебафы, даже устроил небольшое землетрясение. Все было втуне, мамонт застрял, а наши «три танкиста» активно этим пользовались, сбивая бар его жизни все ниже и ниже. Когда количество хит-поинтов достигло 25 процентов, индрик покорно затих, сунул хобот под землю, и, пошарив там, вытащил на поверхность небольшой ларец.
У всех зажглась надпись:
ПОЗДРАВЛЯЕМ, ДАНЖ ПРОЙДЕН! ОТПУСТИТЕ ИНДРИКА.
После криков «Ура!» и объятий Митрич неторопливо подошел к замершему зверю. Охотник наклонился над огромной головой, посмотрел мамонту в грустные глаза, точнее, в грустный глаз, и ухватился за конец стрелы.
— Сейчас, больной, будет немного больно, — произнес он голосом Айболита и одним движением выдернул стрелу.
Индрик злобно зыркнул на него и тут же исчез под землей. Ларец сам собой открылся.
— Ну давайте посмотрим, ради чего все это было, — предложила Светлана и двинулась к ларцу. Но Митрич, конечно же, успел первым.
— Тут всего один свиток… — разочарованно протянул он и зачитал: «Оплаченный полный аккаунт. Срок действия 2 года. Для активации сломайте печать».
— Фига себе… — сообщил о произведенном на него впечатлении Андрюшка.
— Какие будут предложения? — осведомилась Светлана Сергеевна и обвела нас глазами.
— Да какие тут предложения, — махнул рукой Митрич. — Нам хил позарез нужен. Сейчас у нас, по большому счету, инвалидная команда, а с лекарем будет полноценное воинское подразделение. Семеновна, ты военнообязанная?
— Сто лет как по возрасту выбыла, — откликнулась немка, пряча улыбку.
— Пофиг! — категорично отрезал Товарищ капитан. — Считай, что Родина снова ставит тебя под ружье. На, бери, ломай печать и учись военному делу настоящим образом [107]. Или будут другие предложения? — он обвел нас грозным взглядом.
— Да какие уж тут предложения, — хихикнула Света. — Правда, Нин, бери. У нас сейчас очень интересная жизнь начнется, без врача не обойдемся.
— Бери, Семеновна, вспоминай профессию, — поддержал и я, а Андрюшка просто закивал головой.
— Ква! — подвел итог обсуждению Тортик.
— Ну спасибо, добрые вы люди, — язвительно буркнула Семеновна, забирая свиток, хотя глаза ее лучились весельем. — Мало мне хлопот с хозяйством, теперь еще и воевать заставляют. Только имей в виду, сапожина, перед тобой майор медицинской службы. Так что ты со своим капитанством где полезешь командовать, там и слезешь. Понял?
Митрич радостно заржал, а потом, посерьезнев, ответил.
— Вообще-то у меня в учетке написано «полковник запаса», так что ты со своей одной звездой дыши ровно и сопи носом.