В бой идут 2
Господи, да когда же он сдохнет-то? Ковыряем его, ковыряем, и еще только-только к пятидесяти процентам подбираемся. Так, умение откатилось — получи, морда! Ага, кривишь рожу-то! Ох, блин, чуть прямо ему под пасть не упала, что-то колено совсем сдает. Интересно, как рыжая все это терпит, он же ее минут десять без нас реально грыз. Может, она тайная мазохистка? Последовательница, как его там? Захер-Мазохер [96]? Что там ушастый орет?
— Все, полтинник! Отбегаем от него, сейчас какую-нибудь способность врубит!
Тарас угадал, способность действительно врубилась. Гигантская крыса завизжала, метнулась по диагонали зала, и с середины выпрыгнула вверх, сделав сальто в воздухе. Когда эта туша рухнула на пол, казалось, произошло небольшое землетрясение. Вот только поднялась с пола уже не крыса. На ноги встал человек — настоящий великан, больше трех метров высотой, над головой которого рдела красная надпись:
ГАДЖАМУКХА 5 УРОВЕНЬ
Выглядел он более чем внушительно, несмотря на то, что никаких лат на нем не было. Великан был одет в темно-синюю власяницу и шелковый халат. Поверх халата была накидка из черного, как воронье крыло, шелка. Голову украшала повязка из мягкой материи, завязанная впереди в виде треугольника, а черные сапоги были сшиты из мягкой, хорошо выделанной кожи. В руке у него была гигантская пика.
— Долго же я спал! — прорычал великан с непроизносимым именем. — И что-то мне нехорошо, надо бы подлечиться.
Великан встал на четвереньки и двинулся вперед, урча как шахтерский комбайн. Гаджамукха подбирал с пола здоровенные камни и закидывал себе в рот. Полоска HP быстро начала наполняться.
— Эй, букашки, вы не разбегайтесь. — Великан на секунду оторвался от своего занятия. — Я сейчас здоровье поправлю и вами закушу. Давно не ел горячего. Подвинься, мелкий.
Оказавшегося на его пути Петьку великан просто смахнул рукой в сторону. Лекарь в полете врезался в стену и упал на пол, разом потеряв 73 % жизни. Побледневший Тарасик, стоявший на пути следующим, скастовал свое самое сильное умение — серию из трех файерболлов. Шкала здоровья великана едва дрогнула, потеряв чуть более процента.
— Капец! — резюмировала побледневшая Татьяна. — Это на плюхинский урон у него такой резист? Тогда мы у него вообще ничего не снимем.
— Конечно, не снимете, — хохотнул великан. — Я «каменную кожу» двадцать лет прокачивал. Говорю же, вы, главное, не разбегайтесь. Я быстро отлечусь, не волнуйтесь. А вы, я смотрю, молоденькие все… Это хорошо, мясо у вас, небось, нежное, наверняка само во рту тает. Я сейчас, пять минут.
Действительно, великан двигался вперед с неумолимой целеустремленностью. Камни в пасть он загребал уже горстями, не глядя.
— Так что? — Ольга вертела головой, переводя взгляд с одного одноклассника на другого. — Вы вот так вот просто сольемся? В самом конце, в шаге от победы?
— Ты Петьку лучше отлечить помоги, овца! — взъярилась Татьяна. — У тебя что — какие-то идеи есть?
Великан коротко хохотнул и повернул голову:
— Кто это у нас тут овца? Ты, губастая? Я, кстати, баранину очень уважаю. Я свинину не люблю — жирная слишком.
За ту секунду, что великан повернул голову, произошло несколько событий. Глаза Татьяны, и без того немалые, открылись так широко, что заняли буквально пол-лица. У Ольги открылся рот, а Аглая по-дурацки захихикала. И даже Петька, стараниями Татьяны только-только вылезший из красной зоны, слабо улыбнулся.
И все потому, что едва Гаджамукха отвернулся, Тарас принялся быстро уменьшаться — как в каком-нибудь фантастическом фильме. Буквально через секунду он был не выше спичечного коробка. А в следующую секунду великан, не глядя, сгреб его своей здоровенной лапой и забросил в рот вместе с горстью камней.
— Похоже, сейчас мы проверим, прокачена ли у него «каменная кожа» изнутри, — улыбнулась Светлана.
В ту же секунду лицо великана приняло предельно глупое выражение.
— Не понял, — громко заявил он. — Это как так?
И он двумя руками схватился за живот. Потом его лицо трижды дернулось.
— Твою же мать! — даже не прокричал, а скорее проревел Гаджамукха.
А потом все заговорили одновременно.
— Похоже, не прокачена, — авторитетным докторским тоном заявила Семеновна. — И несварение желудка я ему гарантирую.
— Серией зарядил! — заржал Митрич.
— Тарас, жги! — орал Петька.
— У-и-и-и-и-и-и!!! — счастливо визжали все три девушки практически в ультразвуковом диапазоне.
— Сколько там у него срок уменьшения? Минута? — поинтересовался я. — Кого-то скоро разорвет изнутри. Сейчас здесь будет очень грязно. До невозможности грязно [97].
Увы, но мое предсказание не сбылось — на сцене появилось новое действующее лицо. Это было странное создание — человек со слоновьей головой, насвистывающий хоботом «Только мы с конем по полю идем, только мы с конем по полю идем [98]».
— Замри — повелел Ганеша, и все замерло.
Бог внимательнейшим образом осмотрел всех действующих лиц, потом потыкал пальцем в живот великана. Дунул в пупок, щелкнул пальцами, раскрыл ладонь. На ладони стоял маленький Тарасик с вытянутой вперед рукой. Из ладони явно вот-вот должны были вырваться файерболлы.
Слоник поцокал языком, аккуратно поставил командира на землю и развернул его в сторону от всех остальных.
— Отомри! — велел он. Три миниатюрных файерболла ушли в белый свет, как в копеечку.
— Извините, — голос бога с легкостью перекрыл общий гомон. — Извините, что не дал вам насладиться победой, но хорошее отношение к лошадям — моя слабость. Как говорится, все мы немножко лошади, каждый из нас по-своему лошадь [99]. Надеюсь, этот небольшой подарок извинит мою бесцеремонность.
И он вручил Тарасику, принявшему свой обычный размер, странный предмет. Это был длинный шест, с одной стороны которого было узкое лезвие в виде полумесяца, а с другой — широкое толстое лезвие в виде… Колокола, пожалуй. Это наиболее близкое из того, что пришло мне в голову [100].