Солдат

Этим я тоже занимался. В смысле вибрацию развивал. Без каких-либо существенных успехов. Медленно, зато с одной и той же скоростью. Хотелось бы побыстрее, но что есть, то есть. В этом вопросе, кстати, у меня не получалось опережать других солдат. Требовалось наработать «мозоли», чтобы продвинуть вперед. А это чисто практика, дары особо здесь не помогут.
— Как насчёт прогуляться до второго лагеря? — спросил я как-то утром у Резано и Халы.
— Зачем? — поинтересовался парень.
— Хочу одного мастера найти. Его зовут Тирван. Учит изъявлению воли.
— Что за таинство? — на этот раз поинтересовалась Хала.
— Там и увидите. Вы со мной? Хотя чего это я спрашиваю. Будем считать это тренировкой. Бежим до второго лагеря, кто быстрее. Хала, будь аккуратнее, в лесу хватает всякой гадости, которая способна тебя убить.
— А почему ты это мне говоришь, а не Резано?! — вспыхнула девушка.
— Потому что он по-прежнему сильнее тебя.
— Это мы ещё проверим! — с вызовом парировала она и…
Хала сорвалась с места и побежала в сторону второго лагеря.
— Ты прямо сейчас хотел выдвигаться? — спросил Резано.
— Нет, после разминки. Да и с бревнами хотел бежать.
— Тогда понятно, почему она так ломанулась. Догоним и передадим бревно?
— Потянешь сразу два?
— Если я догоню её с двумя бревнами, это будет вечный позор для Халы… — задумчиво произнёс Резано.
— Это вдохновляет тебя или наоборот? — глянул я на него с интересом.
— Пока не решил, — ответил парень и пошёл за брёвнами.
Халу мы догнали через пять минут. Выносливости у неё хватало, а навыков и скорости — нет.
* * *
— Почему ты остановился? — Резано тихо подошёл, пригибаясь, чтобы не стукнуться о корни.
— Отпусти, придурок! — с ненавистью прошипела Хала.
— Там дороманцы, — ответил я Резано.
Парой секунд ранее пришлось сбить Халу, которая бежала прямо в сторону противника. До них ещё с сотню шагов оставалось.
— Где? — валяющаяся на земле Хала завертела головой.
— Тебя совсем не обучали? — строго посмотрел я на неё. — Когда противник рядом, надо заткнуться и говорить тихо, а не шуметь.
— Но сам ты нормальным голосом говоришь, — заметил Резано.
— Потому что они ещё далеко.
— Тогда зачем было меня сбивать?! — возмутилась Хала.
— Затем, что знак остановиться ты проигнорировала.
— Это из-за бревна! И вообще, что здесь делают дороманцы?!
— У-у-у… — протянул я. — Всё плохо. Резано, ты тоже не в курсе?
— Это один из слоев войны. Диверсанты дороманцев проникают в лес и устраивают охоту на обозы и наших солдат. Их цель — посеять хаос, нарушить поставки, убить как можно больше наших. В это же время урсувайцы делают то же самое, но в горах.
Резано ещё забыл добавить, что это не больше чем попытка убить время. Потому что настоящей войны здесь нет. Две стороны собрали силы на границе и ждут, как разрешится вопрос с пустыми таинствами. Смогут ли урсувайцы собрать достаточно практиков, чтобы обезопасить переход через горы.
— Я рада, что вы такие умные, — расписалась Хала, что не в курсе происходящего вокруг. — Но что будем делать?
— Проверять вашу серьезность, — ответил я.
— Что это значит? — напряглась девушка.
— Всё очень просто. Рядом — три вражеских солдата. Они здесь, чтобы убивать наших. Надо от них избавиться, пока чего-нибудь не натворили.
— Ты предлагаешь их убить? — спросил Резано.
В обычным состоянии он выглядел расслабленным. Я бы сказал, беспечным, несерьезным, улыбчивым, слегка не от мира сего. А когда тема заходила серьезная, то и он становился серьезным.
— Да. Я уже убивал. А вы?
— Я нет, — ответил Резано.
Хала насупилась, но и так было понятно, что она девушка невинная, во многих смыслах.
— Заставлять не буду. Если не готовы, сам с ними разберусь.
— Ты способен справиться с тремя солдатами? — спросила Хала.
Она поднялась с земли и отряхнулась. Уселась на бревно, которое рядом вонзилось. Убежали мы не так уж и далеко, где-то на полчаса хода. Хорошо, что я двигался впереди и успел заметить угрозу. Причин, по которым здесь сидел отряд, было много. Они могли отдыхать, выжидать чего-то или кого-то.
— Думаю, что да, — ответил я.
Видя их на расстоянии, первого можно подстрелить. А потом второго и третьего. Обычно диверсанты, что сюда забегают, далеко не элитные воины. На уровне ветеранов. По крайней мере, я никогда не слышал, чтобы тут элита бегала.
Это что-то вроде негласного правила. Элита охотится на элиту, ветераны на ветеранов. Ветераны и на элиту напасть могут, но тогда пусть пеняют на себя.
— Я разберусь, — серьезно кивнул Резано.
По его взгляду я увидел, что мы поняли друг друга. Как-никак, мы на войне. Здесь в любой момент можно оказаться в бою. От готовности убить будет зависеть как твоя жизнь, так и существование тех, кто рядом. Резано хорошо проявил себя в бою против пустых духов, но как он покажет себя против людей? Неизвестно, и лучше это проверить здесь, в относительно безопасной обстановке, чем в горах.
А понял он одну простую вещь. Если не способен убить, то совместных вылазок не будет. В те же горы я не рискну с ним идти. То же самое касается и Халы. Пора ей повзрослеть и доказать свою решительность.
Парень ушёл вперед, а девушка насупилась и уставилась на меня, сжимая и разжимая кулаки. Я молчал, выжидая. У неё есть около трёх секунд, чтобы принять решение. После чего я уйду на помощь Резано.
* * *
Хала блевала.
Отвернулась от разорванного тела и блевала. С надрывом, желчью, согнувшись. Рядом стоял бледный Резано. Завтрак он удержал в себе, но выглядел так, будто ещё чуть-чуть — и вернет его природе.
Эх… А ведь оба аристократы. Их к такому должны были приучить заранее.
— Как закончите, меняйте бревна на тела и идём дальше. И так подзадержались.
— Ты псих… буэ-э… — выдала Хала.
— Это не сумасшествие, а стандартная техника безопасности. Оставленные тела в темную ночь могут подняться и превратиться в чудовищ. Нельзя так подставлять сослуживцев. Поэтому хватайте трупы и вперед, за мной. Сдадим их в лагере. Награду вряд ли дадут, но хотя бы сожгут падаль.
— Как я это понесу? — возмутилась Хала. Кажется, ей больше нечем было блевать.
Эти двоя провели зачистку… Ну, в ожидаемой манере. Резано действовал руками и показал, что способен пробить покров и убить. Чисто и аккуратно, разве что глупо и уязвимо против человека с оружием. Хала же… Она на эмоциях врезала настолько сильно, что пробила покров и разорвала тело, верхнюю часть, на куски. Голова и руки разлетелись в стороны, а грудная клетка превратилась в ошметки.