По ту сторону холста

Мы медленно, не торопясь поднялись по мраморной лестнице и прошли внутрь после того как перед нами услужливо открыли двери. Все входящих сразу же приглашали в зал предварительного ознакомления с лотами сегодняшнего аукциона. Их было не много. Организаторы явно напирали на качество, а не на количество.
Я была с Мэтром на нескольких аукционах, но там даже предварительного просмотра не предусматривалось. Раздавались всем желающим за день списки товаров с номерами, и ты уже на месте пытался понять стоит этих денег вещь или ты погорячился. Но как правило Мэтр знал все и так. Мир антиквариата это особенный мир. И найти лазейки, что бы разузнать все, что тебя интересует всегда возможно.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ На аукционе что мы почтили своим присутствием сегодня, выставлялось всего десять лотов. Несколько картин, драгоценности с брильянтами и изумрудами. И жемчужина сегодняшних торгов, ради которого всё, по сути, и затевалось «Великий герцог Цветущей Флории». Огромный желтый бриллиант. «Цветущий» был просто огромен. И сверкал так, что хотелось зажмуриться. Да еще и был яркий и желтый. Просто маленькое солнце лежало за стеклом.
И вот тут то и начались проблемы. Не только знаменитый «Цветущий» был за стеклом. За стеклом были все экспонаты. В том числе и интересующая нас картина. Мы переглянулись. Такого поворота мы не ожидали. Мы надеялись что только бриллиант будет защищен сверх меры. На то, что они поместят и картину за стекло мы не рассчитывали.
-И что нам теперь делать? – спросила я.
-Клари, нам её не купить даже в складчину. Его сиятельство, наверное, мог бы. Но не думаю что…- начал Себастьян, но я прервала его.
-Нет. Рихард занят. И я не хочу его, о чем-либо сейчас просить. Может позже поговорить с будущим владельцем на предмет её осмотра? – внесла я предложение.
-Я предлагаю остаться на аукцион. Все равно у нас нет другого выхода. А там посмотрим - согласно кивнул Свен.
По плану мы не собирались оставаться на сам аукцион. После того как я бы дотронулась до картины, мне должно было стать плохо и мы удалялись. Но все опять идет не по плану.
Вышел распорядитель и торжественным тоном попросил нас проследовать в зал где состоится сегодняшний аукцион. Зайдя в основной зал, я с удивлением обнаружила отсутствие стульев и наличие диванчиков на изогнутых ножках. На одном диванчике вполне себе вольготно расположились мы трое. В зал вошли официанты и предложили мужчинам по бокалу шампанского, а мне сок свежевыжатый. Четыре вида на выбор.  Я заметила, что многие отказались от спиртного. Наверное, побоялись, что купят лишнее. Мы все трое выбрали сок и с интересом принялись ждать начало аукциона. Ничего необычного не было. В зал вносили по три предмета, один ставился на центральный стенд и аукционер начинал выкрикивать начальную стоимость.
Торги проходили довольно вяло. Когда мы бывали с Мэтром на аукционах, там кипели страсти. Один раз дошло дело до драки. И все старались перекричать друг друга. Суммы выкрикивались звонко и  четко. Чем громче гаркнешь, тем вернее получишь свой лот. Мэтр Липринор не кричал, но его звучный голос и так был слышен на весь зал.
Здесь же вялым движением руки поднимались таблички и иногда слабым скучающим голосом задавались уточняющие вопросы. Табличку нам тоже выдали одну на всех. Мне очень захотелось тут же сесть на нее. Вдруг Себастьян ее уронит нечаянно и нам придется, что-то купить. Так как аукционер решит, что это мы, таким образом, ставку подняли.
И вот в зал внесли последние три лота. Среди них и была интересующая нас картина. Еще был набор драгоценностей - ожерелье, серьги и браслет. И главный лот «Великий герцог Цветущей Флории».  Аукционист громко выкрикнул, пытаясь оживить интерес к полотну. Но все смотрели только на бриллиант. Без защитного стекла, он был еще великолепнее.
-Обратите внимание. Одна из последних работ Габбриела Росети. Полотно называется  «Мнеморина», также «Лампа истины» и «Рикорданза». Мастер написал её на заказ, но, к сожалению, заказчик так и не объявился, и в связи с обширными долгами художника картина оказалась у нас.
Ему все-таки удалось привлечь внимание публики и отвлечь всех слегка от бриллианта. Воодушевленный он продолжил.
-Картина была обнаружена уже после смерти мастера в его мастерской. На картине мы видим прекрасную греческую богиню памяти Мнеморину с сосудом, из которого полагается испить из вечного источника. Что означает прикоснуться к познанию истоков мудрости и знаний. Впрочем, назначение сосуда в ее руках мнения расходятся. В другой руке богиня держит лампу, освещая нам путь в темноте невежества.
Про невежество это он перестарался. Многие восприняли это на свой лад и скривились. И еще мне кажется, в моем мире богиню звали по-другому. Похоже, но как то не так. Не помню. Но аукционист продолжил.
-Как известно натурщицей послужила прекрасная Джайна Морис. Последняя возлюбленная поэта и художника. Именно она послужила прообразом для создания знаменитой комедии «Моя прекрасная неска или новый Пигмалион». И так начальная цена лота…
Договорить он не успел, в зал стремительно ворвались люди в черных масках на лицах. Тут же завопила тревога. А ворвавшиеся в зал бандиты кинули под ряды диванчиков  вращающийся мячик, от которого шел в разные стороны дым. Мячик задорно отскакивал от пола, ударялся в резные ножки диванов и летел вперед, распространяя жуткий запах.
Себ принюхался и вскочил. Впрочем,  все вскочили, и началась паника и жуткий ор. Нески и эманум вопили. Да и мужчины не отставали.
-Быстро к стене Свен. Хватай Клари. Сейчас все рванут на выход. Будет давка и паника – завопил Себ, перекрикивая шум стоящий вокруг.
Но Свен уже и так это понял, потому что меня схватили и, прижав к стене, защищали от хаоса, начавшегося в зале.
-Прижмите платок к носу и дышите через него. Я знаю этот газ. Он не вызовет сильного отравления. Глаза заслезятся и в горле по першит. Он скорее применен для создания паники – уверил нас Себ.
Люди стали ломится к дверям. Все бежали, толкались и пихались. Было забыто все. Существовал один лишь инстинкт самосохранения. Кто-то упал, и побежали уже по нему. Я отвернулась и спряталась за широкой спиной Свена и стоящего рядом Себа. Не хочу я на это смотреть.
Но вскоре все стихло. Топот ног прекратился, и установилась гнетущая тишина. После криков и шума её слышать было жутко. Я аккуратно выглянула из-за спины Свена. Но что-либо разглядеть, было сложно. Всё по-прежнему обволакивал вонючий газ, который разросся и укрыл помещение то ли туманом, то ли дымом.