Дракон с подарком

С двух сторон от нас выросла стража.  Разряженные лорды и леди отшатнулись дальше, высвобождая вокруг нас еще больше пустого пространства. Королева плавно повернулась и посмотрела на преподавателя-боевика, оказавшегося в метрах двух от нас. Он продолжал стоять мрачным изваянием, не реагируя на ее слова.
- Мэтр Фьюри, - она вздохнула, - вы же декан Драко, правильно? Поправьте меня, если я ошибаюсь. У студента Таумарана есть проблемы с оборотом? Ах, нет, с «оборотом» как раз нет, скорее с возвращением разумного облика, не правда ли? А вы, как давно и безответно влюбленный в прекрасную Матильду, поддерживали ее сына и закрывали глаза на опасность.
Королева несколько долгих секунд держала паузу, показательно дожидаясь ответа, но Фьюри молчал, тяжело на нее глядя.
- Не хотите лгать, мэтр? Не надо, мои люди уже допросили ректора Драко, и у меня есть доказательства укрытия этой постыдной тайны, - Беатриса шагнула вперед, обвела взглядом притихших аристократов и негромко, проникновенно выдохнула. - Не пора ли заменить больную линию крови? Мы будем скорбеть о диком завершении жизни Его Величества Сардана Шестого, но лучшим воздаянием его памяти будет поставить точку и больше не мучить отравленную недугом семью. Королевским указом я вынуждена запретить лорду Таумарану жениться и оставлять после себя потомство. А также назначаю своего официального наследника – истинного дракона с полным контролем оборота – лорда Смайса Верону.
Белокурый красавец молча стоял между Советником и Джилианом, выделяясь и благородной статью, и умением держать лицо. Идеально уложенные пряди, на мой вкус, создавали эффект пластмассового кукольного парика на голове, но даже я должна была признать – местный «Кен»* производил эффектное впечатление.
Представляю, как тяжело было Криспиану годами видеть рядом с собой это надменное чудо, занимающее его место в семье и стране. Драконы не любят отдавать свое, но благородный Крис думал больше о других, чем о себе. Считал, что так будет лучше для всех.
Даже сейчас он холодно и равнодушно выслушивал «разоблачения», не дрогнув, перенес обвинение в потере контроля и дурной крови. Но после запрета «размножаться», мою руку отпустили, и лорд Таумаран вдруг показался мне выше обычного, раздался в плечах, а под ногами расплылось пятно тьмы.
- Ваше Величество Беатриса Милосердная, - с легкой, едва слышимой иронией обратился он, - как ваш подданный, хотел бы заметить, что впервые слышу про ограничения на потомство. Возможно, во время моего отсутствия появились новые законы? Хотелось бы с ними ознакомиться, посмотреть прецеденты, - он повернулся к настороженно замершей толпе и громко осведомился. - Кого-нибудь уже лишали детородных возможностей?
Прозвучало многозначительно. Будто Крис собирается этим заняться прямо сейчас. И с теми, кого видит перед собой.
Придворные напряженно зашумели и попытались отступить еще дальше, сбиваясь плотнее.
- Нет? Тогда вернемся к теме смены династий, - легко продолжил Криспиан и за его спиной взметнулись полупрозрачные, едва заметные крылья. - Я удивлен, что по такому государственному вопросу принимаются скоротечные решения. Мой дядя… ваш муж, - он сделал небольшую паузу, глядя на Беатрис, и пару тяжелых секунд в зале было трудно дышать, – только что улетел. И пары часов не прошло, а вы уже пытаетесь забрать корону и назначить наследника. Единолично. Что особенно странно, потому что все мы знаем о существовании прямого кровного родственника царственной линии. Я сейчас говорю о моей матушке – принцессе Матильде.
- Спасибо, сын, дальше я сама, - мягко сказала Ее Высочество. И встала рядом с Крисом. Выпрямленная до звона. – Как представитель королевской крови я протестую. Моего брата, самого могучего дракона нашей земли, рановато списывать со счетов. Как вы предполагаете, что подумает Венценосный, вернувшись и обнаружив, что, пока он решает проблему Зова, у него пытаются забрать трон, а его подданные этому потакают? – по толпе придворных пошли шепотки. Похоже, попасть под горячую руку монарха и оказаться виновным никто не желал. Супруга заявит, что была в стрессе, себя не помнит, а всему причиной не успокоившие ее министры – и все, несчастных придется растапливать и в ведрах выносить.
- Ко всему прочему, - продолжила принцесса, повышая голос: настроение в зале менялось, и она старалась не потерять завоеванное внимание, – поражает стечение обстоятельств. Одна за другой разрушаются академии, в самых неожиданных местах то появляются, то исчезают искажения. Дикие драконы сходят с ума, главу государства списывают со счетов и внезапно назначают наследника. Студента, ничем себя не проявившего, кроме родства с супругой короля… Мой брат тянул с официальным объявлением. Значит причины были.
- «Ничем не проявившего»?
Что-то в словах Матильды приободрило королеву. Она подалась вперед, грудь в декольте тяжело ходила вверх-вниз. Торжествующе глядя на соперницу, несчастная «почти вдова» сообщила:
- Тот, которого ты назвала простым студентом, придумал как прекратить начинающийся хаос! Смайс, почему ты молчишь, докажи им чего стоишь.
Тот обвел взглядом зал, за его спиной рванули в воздух сверкающие льдистые крылья. Бледно-голубая аура окутала стройное ловкое тело.
- Сначала небольшие поправки, - мелодично, явно добавляя магию, сказал он. – Во-первых, я согласен с лордом Таумараном, нельзя голословно обвинять девушку, да еще такую искреннюю и открытую как Катарина. Я не помню, чтобы она хоть раз покривила душой. И, если не собиралась замуж за Джилиана, то так прямо и говорила…
Мой бывший жених, все это время цепко рассматривающий присутствующих, удивленно к нему повернулся. Похоже, он не ждал такой эскапады от собственного приятеля.
- … Во-вторых, - продолжил Смайс. – Идея по решению кризисной государственной ситуации появилась не у одного меня, мы создали ее в тандеме с моим уважаемым наставником. Самым влиятельным мэтром академии Драко.
Я нахмурилась. Не понимаю. Неужели в этом дворцовом перевороте замешан еще и Фьюри?
Под восторженные аханья зала над серебристыми крыльями Смайса, слегка мерцая, но постепенно обретая вполне четкие контуры, медленно возникла фигура призрака.
Сухонького старичка с книжкой под мышкой. Сейчас на его голове плотно сидела академическая четырехугольная шапка с кисточкой, а на плечах, раздуваемый отсутствующим в зале ветром красовался белоснежный плащ.
В этот момент заговорили все разом. Шепотки превратились в громкие обсуждения, вскрики и эмоциональные восклицания.
Да это же мэтр Руперт! Тот самый, что просил меня забрать его из постамента. Рассказывал, что дико скучает взаперти и готов в обмен на свободу прикопать Джилиана так, что его никто не найдет. Напористое такое и весьма аморальное привидение.
- Это – отец-основатель старейшей академии нашей страны, - громко чеканя слова, начал Смайс. – Призрачный, но не растерявший душевных сил и сохранивший могучий разум. Единственный, кто знает вековую тайну, скрываемую от нас предками. Выбравший меня доверенным лицом. Меня, истинного дракона. И только мы с ним можем…