Нелюбовь
44. Правильное решение?Осенью приехал учитель, который занимался обучением Ульяна. Сальвадор быстро подрастал и вот ему уже исполнился один год, в честь этого был устроен праздник с фейерверком.
— Наш младшенький подрастает, скоро грудное вскармливание можно заканчивать — сказал Густав.
— Сальвадор еще маленький — возразила Любовь, ей не хотелось отсаживать малыша от груди. Ей, казалось, если она закончит кормить, то ребенка у нее отнимут.
— И ты до школы желаешь его подкармливать своим молоком? — усмехнулся муж.
Любовь нахмурилась.
— Не сердись, Любовь моя, но тебе нужно отдохнуть, мы поедем на острова в Океане. Как ты на это смотришь?
Мысль ей понравилась, по крайней мере, разнообразие.
— Кто это «мы»? — уточнила она.
— Я, ты и дети, ну и няня, конечно, с охранником.
— Что же, думаю, Ульяну там понравится.
— Можем пригласить Сергея с семьей, для компании — предложил Густав.
***
Прекрасные пейзажи райских островов произвели впечатление на путешественников, прибывших из заснеженных стран. Белый песок, тропические растения и бескрайняя водная гладь, переливающаяся разными оттенками голубого и зеленого цветов. Любовь с восторгом окунулась в морские воды, ощутив себя свободной и вольной как рыба.
Они занимали комфортабельные бунгало среди пальм на самом берегу.
Там они встретили новый год в компании с Сергеем и Кассандрой. С ними приехала и Оливия. Они с Ульяном, как старые друзья проводили время вместе, гуляли, играли, купались.
Любовь и Кассандра, две стройные красотки, блондинка и брюнетка смотрелись очень эффектно в своих новых купальниках.
— А жены у нас классные — сказал Сергей, потягивая мохито из трубочки.
— Да, это так… — подтвердил Густав, любуясь грациозными движениями своей жены, когда она направлялась в море, переговариваясь с подругой.
— Ну, твоя, конечно, вне конкуренции, обновленная.
— Завидуешь?
— Честно? Не очень. Ты и сам не знаешь, как это средство работает. Ничего просто так не дается.
— Ты пессимист, Серега — ответил Густав — все будет супер.
— А кто это проверял? Сколько продлится эффект препарата, и что будет потом? Ты поверил на слово Поставщику и Ванде, они исчезли. Может быть, ссора с Любовью — это, был только предлог, чтобы уйти, оставить тебя ни с чем. А если начнутся какие-то процессы, которые не предусмотрены, кому предъявишь претензии? У тебя же нет никаких гарантий.
— Серега, какой ты скучный и нудный. Моложе меня на пятнадцать лет, а рассуждаешь, как старик. Во-первых, я верю, что все будет хорошо, а во-вторых, рано или поздно, эта парочка Ванда и Поставщик все-таки объявятся… Моя интуиция подсказывает, они где-то близко, я их найду.
— Ну-ну, оптимист. Поэтому за тобой везде телохранители ходят…
— Расслабься, Серега, наслаждайся отдыхом — посоветовал Густав.
***
Отдых продлился две недели, и загорелые отдыхающие вернулись в свой замок.
— Как хорошо там, море, солнце… красота. А здесь, как всегда мрачно и холодно — сказала Любовь, поеживаясь.
— Думаешь, нужно повысить градус отопления? — спросил Густав.
— Не нужно, эту махину разве протопишь — хмыкнула жена, обуваясь в домашние меховые ботики и облачаясь в теплую жилетку — пойду в мастерскую, пейзажи писать, воспоминания о море.
Она погрузилась в прекрасный мир творчества, перенося на холст свои впечатления от увиденного. Густав поощрял ее увлечение, видимо, по принципу «чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало», в данном случае, в роли дитя выступала жена. Густав обещал устроить ей персональную выставку в городе, когда картин будет больше, и Любовь, перепачкавшись красками, закусив губу, рисовала свои пейзажи…
Весной Любовь почувствовала неладное в своем организме, и смутная догадка озарила ее.
— Густав! Дай мне ключ от аптеки… пожалуйста.
Она ворвалась в его кабинет, стараясь говорить спокойно. Густав оторвал свой взгляд от монитора, спросил:
— Что-то случилось? Ты заболела?
— Мне нужен тест на беременность.
— Ты подозреваешь, что…
Густав разглядывал ее в упор. Любовь подошла к его массивному столу, и опершись обеими руками на столешницу, буравила взглядом лицо своего мужа.
— Подозреваю, что ты подменил мои противозачаточные таблетки.
— Ну, знаешь ли! С какой стати мне это делать?
— Вот и я не понимаю, зачем? У тебя уже есть два наследника. Что еще тебе нужно?
— А тебе не приходит в голову, что таблетки не дают сто процентной гарантии?
Любовь отстранилась от стола, подумав: «Может, он прав… Никакое средство полную гарантию не дает»
— Хорошо, тогда просто дай мне ключ.
— Я сам открою аптеку и принесу, что тебе нужно — сказал он, доставая из сейфа ключи, некоторые помещения в замке были закрыты от всех. С той поры как уехала Ванда, аптека тоже была под контролем хозяина.
— Не доверяешь? Почему? Думаешь, я украду какие-нибудь таблетки и отравлю тебя? Или, покончу с собой? — насмешливо спросила она.
— Прекрати, говорить ерунду. Иди в спальню и жди меня.
Она резко развернулась, стремительно покинула кабинет…
Чуть позже она вернулась из туалетной комнаты и в раздражении швырнула тест на подоконник. Густав сидел на кресле и что-то рассматривал в своем айфоне.
— Насколько я понимаю, результат положительный? — поинтересовался он, не глядя на жену.
— Я не собираюсь быть инкубатором. Прикажи водителю, чтобы завтра отвез меня в клинику, к моему врачу. Я должна избавиться от этого — произнесла она твердо — ты ведь не против?
— Я сам отвезу тебя в клинику, сделаем УЗИ, и, если у плода имеются какие-то патологии, мы, конечно, от него избавимся — произнес муж безразличным тоном.
— Что значит, если?! — возмутилась она.
— Ну ты же принимала таблетки, это могло негативно повлиять на плод. В таком случае, есть смысл избавиться, а если все нормально… подумаем — произнес он, поднимаясь с кресла, покинул комнату.
Любовь злобно прошипела в след: «Гад, о чем тут думать?», а Густав злорадно ухмыльнулся, направляясь по коридору в свой кабинет…
Любовь брела по пустыне, прижимая к себе младенца. Горячий песок попадал в ботинки, она с трудом передвигала ноги, закутанная в черную ткань, Любовь терпеливо шла к своей цели — оазис впереди. Там есть колодец, она сможет утолить жажду и накормить ребенка, сидя в тени раскидистой пальмы. Младенец в руках зашевелился, закряхтел. Это была девочка, синеглазая, светловолосая.