Вела Сезон 1
В другом месте и в другое время Нико бы взорвались возмущением, что от них утаили секрет «Велы», хотя именно их и отправили проследить, чтобы Асала его доставила. Но сейчас не время. Они придержали язык.
— Технология может нас спасти, — продолжал Экрем, — но не может спасти всех нас. Даже если ею поделиться, кораблей на всех не хватит, как и ресурсов. Невозможно эвакуировать население всей системы, сколько бы в великом космосе ни существовало пригодных для жизни планет.
— Это не дает тебе права выбирать, кто спасется! — Они отдаленно понимали, что кричат — кричат на отца, на президента Хайяма.
— Но кто-то выбрать должен, — возразил Экрем. — Любой колонии рядом с новым, здоровым солнцем потребуются ресурсы. Здоровые поселенцы. Лучшие и светлейшие умы для решения любых проблем — а признаем честно, Нико, проблемы будут. Они есть всегда. Разве не логично дать этим колониям самый большой шанс на успех, вместо того чтобы населять их отбросами системы?
Нико уставились на отца.
— Звучит очень разумно, когда ты так ставишь вопрос.
Это был не комплимент.
Экрем вздохнул.
— Твое сострадание делает тебе честь, Нико. Но таковы цифры, — повторил он, словно от этого могло стать лучше. — Если мы можем спасти только ограниченное количество людей, тогда наш долг перед собой — перед человечеством — взять самых лучших. Как и в армии, отряд себе подбираешь не из жалости.
Без толку с ним разговаривать. Он не понимал, слишком зашоренный из-за своего представления о будущем для избранных — из-за мысли, будто только хайямцы чего-то стоят.
Но следующие слова Экрема застали Нико врасплох.
— Это ты стоишь за тем, что орбитальные платформы Гань-Дэ сошли с ума? — спросил президент. — Замечательная работа. Спорю, генерал Кинриг рвет и мечет.
— Не понимаю, как это… — начали Нико.
— Для тебя тоже есть место, — сказал Экрем. — Ты в этом сомневались — нет, ничего не говори. Родители все чувствуют. Быть может, я не лучший отец, но я все-таки не слепой. В новом мире ты можешь стать одним из лидеров. Для тебя есть место подле меня.
Нико поддались соблазну — и возненавидели себя за это. Но чтобы согласиться, нужно пожертвовать всем, ради чего они работали. Даже если Нико так и не раскроет отцу свое сотрудничество с повстанцами, сами они об этом не забудет. И никогда не забудет тех, кого бросили, — таких людей, как Асала.
Один из компьютеров пискнул. Как же невовремя — а разве бывает по-другому? Ганьдэские хакеры на той стороне пытались вернуть контроль над перехваченными платформами.
— Тебя могли бы запомнить великим человеком, — произнесли Нико. Последняя попытка что-то изменить — не только для беженцев, но и в их отношениях с Экремом. — Ты мог бы стать тем правителем, которому хватило мудрости спасти не только свой народ, но и всех отчаянных и обделенных.
На лицо Экрема вернулась улыбка — этот луч света, которым он встречал как сторонников, так и противников, — и тогда Нико поняли, что не смогли его убедить.
— Значит, придется по-плохому, — сказал Экрем. — Будь осторожны. Я пошлю кого-нибудь за тобой, когда все это закончится.
— Ты не можешь меня просто похитить! — закричали Нико, но экран уже потемнел.
***
Асала была близка к отчаянью. Ганьдэсцы растерялись из-за предательства орбитальных платформ, но она уже во второй раз потеряла с радаров спасательный челнок Дайо. Нельзя рассчитывать, что дроны станут и дальше бездействовать; нужно доставить сестру в безопасное место.
Пока она возилась со сканером, поступил новый вызов. Ее уже подмывало послать диспетчерскую в задницу, но совесть не позволяла — даже ради спасения сестры.
— Командир, — тихо и быстро заговорила диспетчерская. — Пожалуйста, вернитесь. Вы нам нужны.
— Узочи…
— Корабль Узочи без происшествий пристыковался к лагерю «Гала», — сказали в диспетчерской. — Но…
— Но что?
— Это Хафиз, — раздался другой голос, очень хорошо знакомый Асале: Сорайя, а точнее — Сорайя, которая еле сдерживала ярость из-за последних новостей. — Хафиз приказали отделиться трем блокам, которые находятся под их контролем.
— Что-что приказали Хафиз? — переспросила Асала. Она видела это на сканере — как корабли отрываются от лагеря и уносятся в ночь. — Чего они хотят добиться тем, что бросят остальных? Мы же все направляемся в одно и то же место.
— Здесь царит хаос, — сказала Сорайя, перекрикивая гвалт на заднем плане. — У Хафиза уже был запас кубов для собственных кораблей. Оказывается, Узочи провозила их в лагерь тайком, в гуманитарной помощи. Поэтому они, естественно, улетели первыми.
— И Узочи это так просто допустила? — воскликнула Асала. Любопытно: флот Хафиза выстроился в стороне от сражения, но пока не появилось ничего похожего на кротовые норы. Чего же они дожидались?
Сорайя горько рассмеялась.
— Помни, Узочи работала с Хафизом с самого начала. Она-то знает, что Хафиз — лидер. То, что она ученая, еще не значит, что она наивна. Сейчас люди Хафиза без разбора раздают последнюю партию кубов. Здесь натуральный дурдом. Тебе тоже лучше спасаться, Асала.
«Дайо».
— Погоди, — сказала Асала, когда загорелся другой янтарный огонек. — Только быстро, — бросила она тому, кто связался с ней по новому каналу.
Это были Нико.
— Асала, слава богам. — Под их глазами были синяки. — Президент Экрем наконец прибыл, и ему нужна технология Узочи. Если придется, он заберет ее силой. Ты должна его остановить.
«Дайо», — снова подумала Асала. Что ж, придется перейти в режим многозадачности.
— Лагерю пора поскорее убираться отсюда, — сказала она безразлично. — Нико, он же твой отец.
Нико явно было тяжело.
— Знаю, — процедили они сквозь зубы. — Знаю. — И в их глазах не стояли слезы. Отчего-то из-за этого было еще хуже.
— Тогда решено, — сказала Асала. За это Нико ее возненавидит — потом. Она уже смирялась с тем, что убийство вгонит между ними с Нико клин, уже чувствовала горькую засуху будущего чувства вины.
Нико передали сигнатуру Экрема, которую с готовностью приняла система наведения корабля Асалы. Трудно было не представлять эту систему голодным хищником. Нико говорили что-то еще, но тут сенсоры снова засекли спасательный челнок Дайо, плывущий во тьме вдали от хайямского флота.
«Я иду, Дайо», — прошептала себе Асала и, словно охотничий ястреб, заложила вираж в сторону Экрема.
***
Тем временем в стороне от крушения лагеря «Гала» и огненной бури сражения флот Хафиза активировал кубы — и тогда над ними прожгло дыру, зияющую шире, шире, шире всего на свете, словно пасть зимы.