Магия калибра 7.62
Вопрос: встанет или нет?
Если нет, то… Не слишком она для моих целей и подходит, раз готова столь легко сдаться!
Неуклюжий кувырок. Кареева "соскальзывает" в смотровую яму, чтобы тут же ужом ввинтиться узкий проход между двумя кучами хлама.
Молодец, девочка. Пока ты из списка кандидатов не выбываешь. Сопротивляйся. Бой закончится когда скажу я.
А вот двигаться тихо ты не умеешь. Да и вспыхнувшие на руке огневик явно демаскирует тебя в полутьме бокса.
Хлоп-хлоп.
Первый шлепок по лбу сбивает концентрацию огневки, заставляя сформированное плетение растаять в воздухе, а второй придает дополнительный стимул магичке, оставив "ожог" на многострадальной ягодице девушки.
Дикий визг сотрясает своды ангара. С пронзительным свистом стегает огненная плеть по тому месту, откуда я ушел в перекат. Полторы секунды назад. Это очень много! В бою со мной, так воистину катастрофично!
Вновь начинаю кружить вокруг дико озирающейся девчушке, которая от обиды и гнева уже и сама не ведает, что творит. Совсем плохо.
Здесь что, психоподготовка отсутствует как класс? Ой, какое поле для работы… Непаханое.
— Хороша! — Констатирую я.
И то правда, вся такая возбужденная, разгоряченная. Явно готовая меня чем-нибудь приласкать. С чего я так решил? А не хотела бы, так и не приласкала бы. Огневиком. Душевным теплом поделилась, так сказать.
Жаль, что я сейчас говорю не о подготовке. А с другой стороны, для "заготовки" так, наверное, даже лучше. Меньше конфликтов между старым и новым знанием.
Естественно, к тому моменту, как огненный шар разнес ящик, на который я только-только присел передохнуть, меня на нем уже не было.
Но мне кажется, пора заканчивать. Алина явно уже дошла до своего психического предела. Еще чуть-чуть, и останавливать ее будет очень сложно. Вполне возможно, даже при помощи специальных препаратов. Хлипковаты местные на ментальную устойчивость. "Раскачать" их легче, чем… Легко, в общем. Конечно, не без исключений.
Кстати, об исключениях. Внимательно смотрю на… Голую стену.
— Может, хватит? — Спрашиваю, обращаясь к бетону.
— Достаточно, госпожа Кареева. — Спокойно просит Фриц, "проявляясь" на фоне серого бетона — отличный скрыт. — На сегодня хва… Мда.
Жидкий огонь стекает по ментальному доспеху "троечника".
Он смотрит на меня.
Я смотрю в потолок.
Алина не видит вообще ни хрена.
— Лейтенант Кареева! — Командирский рев заставляет вздрогнуть разошедшуюся огневку.
— Г-г-господин майор…
— Смиррррна! — Алиночка вытягивает руки по швам.
Чертов пубертат. Сейчас предстоит серьезный разговор, а я думаю о том, как тяжело вздымается туго обтянутая тоненькой рубашечкой грудь девушки.
— Выходи, диверсант.
— А Алиночка на меня точно больше не обижается? — На всякий случай уточняю я. — У меня такого чудесного доспеха нет!
— Не обижается, — обещает Фриц. — Можешь выходить.
Являю себя народу. Кареева дернулась, но субординация заставила ее остаться на месте.
— Ну и что ты творишь, Христафор Милорадович? — Возмущенно спросил я. — Просил же чуть раззадорить, а не вот это вот все!
— Как ты меня засек? — Игнорирует мой вопрос Бенкендорф.
Ах, вот как…
— Запах. Шум. Опыт.
На требующий более развернутого ответа взгляд отвечаю своим — невинным и безмятежным.
— Знаете, Александр Сергеевич…
— Что. Это. Было.
Вот так вот, Фриц, а спросил бы меня, так я бы тебе сразу сказал, что за нами наблюдают прикрывшись тяжелыми щитами, которые и площадная техника не враз пробьет. Я уже давно заметил. Вот только опасности объект не представлял, так что я и не реагировал. Снайпер, конечно, наготове, вот только не уверен, что обычная пуля способна пробить столь серьезную защиту.
— Что. Вы. Здесь. Делаете.
А вот господин "троечник" взбешен основательно. Можно понять.
— Я к Санни приехала!
Два слегка охреневших взгляда скрещиваются на мне. К ним присоединяется третий.
— Саш, здорово!
— Как вы сюда попали? — Уточняет Бенкендорф.
— Так Леша пустил.
Еще один нечитаемый взгляд на меня.
Пожимаю плечами:
— Периметр обеспечивали ваши люди. С них и спрос.
Хотя к Секачу у меня тоже вопросы есть. Какого хрена не предупредил и не спросил, не занят ли я сейчас, например? А то вдруг я решил принять ванну, выпить чащечку кофЭ, уподобившись то ли аристократом, то ли дегенератам.
Н что ж, первый кандидат на приведение ангара в порядок имеется.
— Прибью!!! — Рычит позабытая всеми огневка, но все так же не двигается, связанная по рукам и ногам приказом и субординацией.
— Кстати о птичках! — "Вспоминаю" о Кареевой я. — Вы удовлетворены, Христафор Милорадович?
Тот только головой покачал.
— Удивлен. С голыми руками против мага-боевика… Это сильно.
— Прошу заметить, я специально не готовил местность, не использовал оружие и иные… Заготовки.
— Например? — В глазах канцеляриста зажегся интерес.
Вместо ответа я лишь вздыхаю и… Молнией смещаюсь в сторону, выхватывая револьвер. Три пули уходят в перекрытие, образуя довольно компактную "кучу", стальной рыбкой мелькнул нож, пробивая заранее прикрепленную к деревянной доске игральную карту в пяти метрах от меня, а само оружие отправляется броском в противоположную сторону, оставив лишь осколки от забытой кем-то бутылки. Не забыть бы, кстати, выяснить, кто это тут бухал!
И все это за три секунды в постоянном движении.
— Впечатляет. — Заявил после секундной паузы Фриц, уже натянувший на место свою ледяную "масочку".
Алиночка молчит. Лишь сопит и дуется. Что, судя по задумчивой мордашке, вовсе не мешает ей анализировать и… Приходить к правильным выводам.
Однако первой все поняла Громова Наталья:
— Я тоже так хочу!!!
Нашла, блин, время забежать поблагодарить!
— Подтверждаю слова своей племянницы. — Веско прозвучали в тут же установившейся тишине слова так же как Фриц парой минут назад "проявляющегося" старика в деловом костюме.
Глава Рода Громовых никогда не прочь был поддержать образ близкого народу аристократа. Особенно, если это ничего не стоит, да и времени практически не занимает. Так почему было бы и не съездить с племянницей лично поблагодарить ее спасителя. Какого же было ее удивление, когда возле мастерской, где по данным родовой СБ сейчас находился ее спаситель, находились два вооруженных отряда. Местной шпаны с ППШ на перевес и канцеляристов. Нет, они не перебрасывались шуточками-прибауточками, но и набрасываться друг на друга не спешили. Еще больше поразил тот факт, что его девочка обратилась вовсе не к представителям спецслужб, а высмотрев кого-то знакомого, радостно вскрикнула: