Магия калибра 7.62

Избежать подобного "украшения" удалось только Аннушке. Родители буквально прикрыли ее своими телами. Остальные же частично превратились в мумий.
— Что дальше? — Деловито уточнила девушка, едва мы закончили с перевязкой.
— Дезинфекция. — Пожал плечами я, делая глоток из второй бутылки, где после всех медицинских процедур осталось не больше половины.
— Дай и мне. — Тут же попросила она.
— Не много. — Отреагировал я, тут же пояснив в ответ на ее удивленный взгляд: — Мне не жалко. Просто алкоголь разжижает кровь, ну и…
— Да, верно! — Поморщилась она, будто я объяснил ей нечто, что и она и так должна прекрасно знать, а теперь досадовала, будто спорола глупость.
Но глоток сделала и впрямь символический. Еще один достался братцу. Мама отказалась. Не любила она зелено вино. А Аннушке никто и не предлагал. Зато ей досталась конфетка, которую жестом фокусника из кармана достала наша спутница.
— Тебя хоть как зовут, красотка? — Поинтересовался я, завершая круг повторным глотком на правах командира нашего отряда.
— Наталья, — представилась она, а в голосе отчетливо лязгнули повелительные нотки с легким металлическими оттенками. — Громова.
Волосы на моей голове зашевелились от шока, а еще на одном месте (не уверен, что они там есть, но ощущения были именно такие!) от предчувствия неприятностей.
— Ну а тебя как… Командир? — последнее слова она произнесла с какой-то горькой усмешкой. Вроде бы и не оспаривает, но расстроена тем, что эту роль, вроде как ей по штату положенную, не взяла на себя она.
Нет, Наталье не жалко было дать и мне покомандовать. Но, вроде как, чему тогда ее учили, если в решающий момент она растерялась словно на Детском Балу, когда стояла на табуретке перед Дедом Морозом, но вдруг с ужасом осознала, что напрочь забыла казалось бы крепко заученный стишок.
— Санни, — уже справившись с шоком ответил я, но тут же, заметив приподнятые брови, поправился: — Александр. Это Алексей. Брат. Мама — Елена Петровна.
Остальные потрясенно молчали. Равно как и аристократка. Вполне возможно, ей вообще не приходилось пересекаться с простолюдинами, а тут оказывается, что они могут оказаться вместе с ней в одном кафе (!), чуть отличаются от грязных животных (!!) и, главное, говорят с ней на одном языке (!!!). Хотя, возможно, я и придираюсь, но… Это вполне вероятный сценарий. То-то она молчит. не совсем представляет как себя вести дальше.
— А я Аннуфка! — Тут же вклинился на миг оставленный без внимания ребенок, разряжая обстановку. — А где мои мама и папа?!
— Они пока задерживаются, — тут же кинулась к ней наследница одного из Великих Родов. — Но все будет хорошо, ты мне веришь?!
— Да! — удивительно четко и ясно прозвучал ответ.
— Так, Леш, ты у нас ходячий?
— Ну!
— Не "Ну!", а звездуй за медициной! Задача: привести сюда врача как можно скорее!
— Так они и пойдут! Там же, наверное, пол зала в голубой крови, а кого еще рванули неизвестно!
Я задумался. Ведь и верно… В сословном обществе до простолюдинов пока очередь дойдет. Особенно если речь не о зажиточных купцах, а об обитателях трущоб. Кулаки мои невольно сжались.
— Я знаю, чей это кортеж, — неожиданно вмешалась в разговор Громова. — На нем гербы Треповых.
— Градоначальник, стало быть, — задумчиво протянул я. — О, кстати, Секач, выполнять приказ! А ерепениться будут, фамилию вот этой девчушки назовешь!..
С этими словами я беззастенчиво ткнул пальцами в нашу новую проблему с ярлыком "Наташа Громова". Лешка просиял лицом, едва до него дошло, КАКОЙ козырь в переговорах с кем угодно он сейчас получил.
Та опустила взгляд, а я довольно жестко усмехнулся, глядя на то, как она теребит крестик слегка подрагивающими руками.
— Что, не совсем по-христиански, верно? Вот и верь после этого Святому Писанию, где все равны, а по жизни-то выходит, что некоторые ровнее!
 
Глава 14
Брат справился на удивление быстро. Через каких-то двадцать пять минут около нас уже суетились люди в белом, что при той чиновничье-полицейской панике, что костром в сухой тайге разгоралась с той стороны здания (как же, несколько родовитых полегло, да и самому губернатору едва тапочки цвета врачебных халатов не выписали!) можно считать вполне соответствующим канону "одна нога здесь, другая там" результатом. Конечно, скоро здесь появятся сухие и скучные профессионалы, которые начнут по крупинкам перерывать "песочницу" места преступления и, скорее всего, зачинщиков переполоха рано или поздно найдут. А пока в оцепление встали все, кого смогли экстренно собрать. И первый удар братии, что привыкла наказывать невиновных и награждать непричастных, придется именно на них. А попиариться, или как здесь принято говорить, покичиться, на таком резонансном деле захотят очень многие.
Первым приятным сюрпризом оказалось то, что серьезных травм никто из нас умудрился не получить. Вторым — воссоединение Аннушки с родителями в карете скорой помощи. Отцу ее здорово досталось, но выкарабкаться должен, а вот матушка отделалась легким испугом и короткую, но яркую истерику позволила себе только когда рисунок красного креста, нанесенный на белый металл двери микроавтобуса РАФ, исчез за поворотом. И как же быстро она взял себя в руки, едва увидела дочку! Стальная женщина. Уважаю ли ее решение остаться с мужем в кафе — вопрос, но… Стальная. Третья приятная встреча произошла едва у меня освободилась минутка, чтобы проверить как дела у нашей спасенной аристократки, возле которой собрался консилиум аж из трех врачей, с умным видом рассуждающих о том, как правильнее перебинтовать пустяковую царапину на ноге, дабы "сохранить более надобного госпожа боли не терпела", да "эстетичнее выглядело". Цирк с конями, в общем. Целыми тремя. А вот четвертый "крестоносец", оказался мгновенно оттерт всячески демонстрирующими верноподданнические чувства коллегами.
— Здравствуйте, Станислав Иванович! — Бодро поприветствовал я "Пилюлькина", что и меня на ноги поставил в свое время после ножевого.
Нормальный дядька. Не раз приходил проведать, как я там поживаю. А вот приветствие, судя по трем злым взглядам, получилось бодрым неуместно. А что мне теперь, скорбеть, что ли? Я выжил, семья — тоже. Все прекрасно! Да и адреналин, опять же… Чудить слегка заставляет.
— Александр… — Тут же улыбнулся повелитель трубки клистирной и прочих эндоскопов. — То есть, прошу прощения, Санни! Как ваше здоровье?
— Если вы про брюхо, то вполне и вполне! — усмехнулся я, успев по пути подмигнуть Громовой, чем заслужил еще несколько грозных взглядов комнатных собачек, что готовы облаять любого бойцовского пса… Если уверены, что хозяин рядом и защитит от последствий. — А так, легкие порезы…
— А чего ж не обработали? — вполне искренне поинтересовался Кобылкин, бросив на коллег презрительный взгляд.