Ведьма в свободном полете

— Что надо? — лениво поинтересовалась я. — Все извинения заранее приняты, просто потому что я не хочу находиться рядом с тобой более тридцати секунд.
Велемира поджала губы и процедила:
— Ты ведь ждешь послание?
Я приподнялась с земли и села.
— У меня есть кое-что для тебя. Мне велели передать: все участники событий мертвы. Никто не помнит, что это было за заклинание.  Поскольку рядом был источник силы, оно, возможно, было многократно усилено. Это все.
— Кто передал послание? — хрипло спросила я.
— Твоя бывшая соседка по комнате Светлана.
— Вы общаетесь?
— Нет! — выпалила Велемира, оглядываясь. —  Я была у нее в тюрьме, возвращала долг… она… она меня спасла… однажды. Я отнесла ей деньги, одежду и еду.
— Это все?
— Да. Я ведь только посредник. Я даже не понимаю, в чем смысл послания.
— Вот и хорошо. В былые времена вестников с такими посланиями убивали, — я злобно чиркнула ребром ладони по горлу, для наглядности. — Но ты, я уверена, выкрутилась бы. Да, и скажи Клаусу, чтобы держался подальше от моего балкона. Малыш больше не малыш. Он умеет убивать, и он не промахнется.
Я встала и побрела к общежитию. Но потом повернула к Академии. Сама я эту головоломку не решу. Следствие о пожаре зашло в тупик из-за отсутствия свидетелей. Даже если Галада врет, я вряд ли смогу найти кончик нити и размотать весь клубок. Зря я не оставила верховную ведьму на Глубине.
Магистр Серениус был в отъезде, переговоры с королем Солнечных эльфов требовали его присутствия. Ректору Академии Баланса, по понятной причине, доверяли практически все пострадавшие от действий Галады участники событий.
Тем не менее магистр Кревий пригласил меня войти в кабинет. Было странно находиться там, не слыша трескотни Сквируса. Не найдя друга на месте, Малыш немного приуныл и улегся у полок.
— Хорошо, что вы пришли, визарда Бартеньева, — сказал проректор. — Магистр Серениус кое-что для вас передал. И эти новости могут вас… опечалить.
Я села в кресло, поедая Кревия глазами.
— Магистр кое-что выяснил. Информация точна на сто процентов. Ада, — Кревий замялся, — будучи магически одаренной, ваша мама прожила долгую жизнь. Она жила в Новом Свете, как его у вас называют…
— Америке, — подсказала я, трепеща. «Прожила»?
— Да, в Северной Америке. Скорее всего, у нее хватило магии, чтобы скрыть свое происхождение и покинуть вашу страну в суровые годы, когда магам приходилось непросто.  Она была замужем, у нее есть дочь, она сейчас в почтенном возрасте.
— Мама…?
— Увы, она недавно скончалась. Магистр просил не называть дату и место. Это может негативно сказаться… Ада, мне очень жаль. Но такова жизнь.
Я сидела, опустив голову. Я была к этому готова… и не была. Что случилось бы, если бы я успела и поехала к маме? Узнала бы она меня? Возможно, я бы разбередила давно зажившую рану.
— Не стоит так убиваться. Вот, держите. Это фото магистр Сирениус обнаружил в архиве. Возможно, ваша мама оставила его вам как подсказку.
Проректор протягивал мне старое черно-белый снимок. На нем была мама. Такая… красивая и еще молодая, в крошечной шляпке и в пышном платье. Маленькая сумочка, туфли с каблучком рюмочкой. Пятидесятые?
— Где это? — я жадно рассматривала фото.
— В небольшом городишке на Восточном побережье.
— Кто с ней?
— Муж и дочь. Ада, профессор Серениус сказал, что это подсказка. Ориентир для ваших действий.
— Ориентир чего? — взвыла я, понимая, что меня подталкивают к какому-то решению.
— У вас есть дебордер, — Кревий улыбнулся. — И как говорит герой одной из ваших смешных несведских книг: «Что может быть проще времени?». Магистр Серениус собирается открыть в Академии новый факультет. Знаете, как он будет называться?
— Как?!
— Факультет темпоральной магии. Путешествия во времени, управляемый стазис… Это ведь область огромная, малоизведанная. Ваш случай натолкнул его на идею. Факультет с соответствующей кафедрой. Пригласим в преподаватели лунных эльфов, они больше всего добились в этой сфере. Будем проводить изыскания, со временем запустим аспирантуру…
— Где писать заявление о зачислении?!
— Я знал, что вы заинтересуетесь, — улыбнулся магистр.
 
… «Ты знаешь, какие сокровища таятся на этих глубинах? Бесконечная сила, победа над смертью, власть над временем». Я помнила эти слова Галады, я подтвердила их своим опытом, когда утащила колдовку на нереальную Глубину, на самое дно.
Власть над временем – вот, чего я желала больше всего. Слишком амбициозно для студентки второго курса? Разумеется. Но я же не всегда буду на втором.
Я стояла на крыльце общежития и ждала Юда. Рокот его мотоцикла прозвучал, как песня.
— Круто выглядишь, — сказал демиург, подав мне шлем. — Этот фасон тебе очень идет.
— Это, — я пригладила пышную юбку, — из моды пятидесятых. Представь, какими элегантными были тогда дамы. Мне захотелось одеться в том стиле. Наконец-то я нашла то, что мне по душе.
— И прическа, — с улыбкой отметил Юджин. — Тоже очень красиво.
— Постепенно привыкаю к этому стилю, Юд, — серьезно произнесла я. — Ты ведь знаешь, что я задумала.
— Знаю, — проговорил высший демон. — Не могу сказать, что эта идея мне нравится, но я зарекся тебя отговаривать. Мне успокаивает только то, что это все… отдаленно.
— Спасибо, что даешь мне свободу. Я это ценю, очень-очень. Ты даже не подозреваешь, насколько.
— Садись уже, — вздохнул Юд. — Опоздаем.
Невеста была прекрасна в традиционном снежно-белом одеянии с длинными рукавами. На церемонии присутствовали родственники Оры, черноглазые лунные эльфы с непроницаемыми лицами. От одного их вида, отрешенного, неземного, становилось не по себе. Я выискивала среди них будущих преподов по темпороведению. Вычислила одного. Содрогнулась. Если я к подруге так долго привыкала, что же будет на парах по незнакомому предмету у преподавателя с черными дырами вместо глаз, точь-в-точь, как в несведских ужастиках?
Идею создания нового факультета прежде всего поддержали Хранители. Леди Анабель сама вызвалась преподавать теорию временных потоков. Уж кто, как не призраки, больше всего разбирался в путешествиях сквозь века.
На помолвку были приглашены почти все преподаватели Академии. И, конечно, вся наша «команда». Было радостно видеть беспечность и надежду на лицах  гостей. Год начинался с хорошего дела – соединения двух сердец.
Однако и мне пора было задуматься о делах сердечных.
— Давай уедем пораньше, — предложила я Юду.
— Давай, — привычно согласился он.