Ведьма в свободном полете

— Малыш нашел Ржанку, — прохрипела я. — И, видимо, Сливку.
— Ада, знаешь это место? Где мы? — спросил Юд.
— Думаю, мы в новом доме отца. Он переехал в апартаменты возле министерства. Ни разу здесь не была.
— Вы там, где нужнее всего, — важно произнес Малыш. — Я молодец?
— Ты самый лучший, — рассеянно отозвалась я.
— Пшенка жива, но потеряла много крови, — встревоженно проговорил Юджин. — Малыш, ты ведь и временем управляешь?
Я повторила слова демона коту.
— Я дебордер! — гордо напомнил тот.
— Можешь отправить домовушу в стазис?
Малыш напряженно повел ушами с кисточками на концах. Пришлось быстро объяснить ему, что имел в виду Юджин.
— Время? Немного притормозить время? Тяжело. Могу.
Пшенку окутало зыбкой дрожащей пленкой стазиса. Малыш, громко мурча, повторил тот же ритуал со Сливкой. Я воочию видела, как его мурчание расходится звуковыми волнами и оседает вокруг домовушек зыбкими «пленками».  Однако Ржанка вдруг вздрогнула и открыла глаза:
— Бегите, Ада Алекс…андровна. Бегите.
— Почему?! Что случилось?!
— Оса… все-таки ужалила… хозяин…
— Папа?! Что с ним?!
— Оставьте нас… бегите…
— Не бойся, хозяйка Ада. В доме только один человек. Он наверху. 
Мы с Юдом переглянулись. Демон огляделся, стянул с ближайшего кресла плоскую подушку и аккуратно уложил на них домовушек. Я уже стояла на первой ступеньке. У меня хватило благоразумия не побежать наверх сразу, а сначала прослушать и подготовить свой резерв. Все в порядке, все каналы работают. Но покрытие лестницы все же слегка покрылось изморозью.
Юд подошел и одобрительно кивнул, отметив мой невиданный самоконтроль. В его руках зазмеился призрачный кнут, а за плечами выросли нетопыриные крылья. Я почувствовала под рукой мягкую спину Малыша. Мы начали осторожно подниматься.
 
… Александр Громов лежал в кабинете слева от лестницы. Он был одет в форменную министерскую мантию, которая набухла от крови. На нем не было одной туфли и носка. Ступня была покрыта мелкими порезами.
Я пошатнулась: мне показалось, что отец мертв.
— Жив, — коротко бросил Юд. — Большая кровопотеря. Здесь были глубинные твари. Кто-то материализовал их совсем недавно, здесь еще смердит болотом.
— Галада, — выплюнула я.
Мне было страшно, очень страшно. Малыш деловито замурчал. На этот раз потоки стазиса формировались медленно, словно неохотно.
— Много плохой энергии, — прокомментировал этот момент Малыш. — Как от летучих мышей, фу!
Я коснулась щеки отца дрожащими пальцами.
— Пап?
Он распахнул глаза так резко, что я вздрогнула и всхлипнула.
— Ада? Ты была права, — прошептал папа. — Я рад, что увидел тебя перед смертью. Пусть так… пусть ты всего лишь мне чудишься… Могу сказать тебе… что виноват… Ты услышишь… поймешь…
— Нет, папа, я здесь! Я не видение. Мы тебе поможем.
— Она была зла на меня… что я уступил, подписал…  король… вето… я понял, что так нельзя… мама… домовуши…
— Пап, не говори ничего, — умоляюще прошептала я. — Бабушка в порядке. Домовушки… тоже. Потом. Все потом.
— Она… вышла из-под контроля… жертвы… будут жертвы… нужно остановить.
Наконец, магия Малыша подействовала, и лицо Громова застыло. Над ним затрепетал экран магического вызова. Через светящиеся полосы пробивалось разбитое на полосы лицо. Тетя Рита.
— Ада! Ада, это ты?! Я пыталась с тобой связаться?! Что с Сашей, Ада?!
— Все… под контролем, — выдавила я. — Мы доставим его к врачам.
— Ада, милая, поспеши! — тетя Рита прижала ладонь к губам, давя рыдания. — Он со мной связался, а я уже не успела, ни с кем, только с тобой! Слава Глубине, ты меня поняла! Будь осторожна! В городе происходит что-то ужасное. Кто там с тобой?
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Друг.
— Вы в Октобероне? — спросил Юд.
— Да, я…  — изображение померцало, но, к нашему облегчению, восстановилось.
— Где именно?
— В гостинице недалеко от парка Роз. Здесь все мерцает! Что-то горит вдалеке! Слышны крики! Какие-то люди врываются в дома!  
— Уходите. Сможете добраться до Академии Баланса?
— Это недалеко. Я попро...
Магический экран потух.
— Я понесу твоего отца, — бросил Юджин. — Ты бери домовушек. От парка Роз до здания министерства час быстрым шагом, а на метлах – минуты. До Академии мы не доберемся, у нас раненые. Уходим в несвед-мир. Малыш?
— Я готов. Мря-я-у…
— Подожди, — сказала я демону, напряженно вспоминая один из своих визитов в покои Галады. — Скажи, у нас есть еще пара минут?
Юджин нахмурился, но ответил:
— Раненые в стазисе. Шума с улицы пока нет. Нужно учесть, что Малышу потребуется какое-то время, чтобы открыть проход в несвед-мир. Если хочешь что-то взять, поспеши.
Малыш по-прежнему утверждал, что в доме нет посторонних. Мы поднялись на второй этаж, разделились и быстро прошлись по коридору, толкая все двери подряд. Юд нашел комнаты Галады, а я с радостью увидела, что колба с хищными орхидеями на месте. Если я правильно запомнила, из «слюны» бархоток можно было сделать лекарство для заживления ран.
Демон аккуратно снял флорариум с подставки.  
— Галада, по всем признаками, ушла из дома налегке, — пробормотала я, осматриваясь.
Юджин хмыкнул и кивнул на низкий столик в изножье роскошной кровати с балдахином:
— Вряд ли ей теперь понадобятся комнатные туфельки с помпонами. Нельзя приручить тигрицу… или змею. Твой отец слишком поздно это понял. Надеюсь, с ним все будет хорошо, — демон, обладающий более тонким слухом, чем я, вдруг насторожился: — Что-то движется в квартале отсюда. Быстрее, вниз!
Умница Малыш, оставшийся присматривать за ранеными, начал свою магическую «песенку», не дожидаясь приказа. Как и в прошлый раз, пространство вокруг затянуло дымкой. Когда мы уже шагнули на дорожку в саду возле нашего убежища в несвед-мире, Юджин, вглядывающийся в клубящийся позади туман, изменился в лице.