Кукла для Мастера

Сначала все шло хорошо, но как только Даниэль пустил через него поток энергии, диагностические печати, контролирующие состояние девушки, замигали тревожным красным светом, сигнализируя о нарушениях в работе внутренних органов. Затем ее внезапно выгнуло дугой, а изо рта пошла пена. Даниэль, резко выдернул конструкт, развеивая его в воздухе, в полном шоке наблюдая, как тело постепенно прекращает биться в конвульсиях, а диагностический комплекс успокаивается, показывая нормализацию происходящих в организме процессов.
— Ну и что это было? — выдохнул потрясенный Анри.
Люцифиано, молча бросился опять вытаскивать кристаллы из шкатулки и перепроверять результаты диагностики. Но они не поменялись, по-прежнему это был Свет с небольшими вкраплениями Воздуха и Жизни. Друзья в шоке переглянулись.
— Как может быть резкое неприятие основной магической составляющей собственной Силы? — озвучил, произошедшее на их глазах, Даниэль.
Теперь уже Анри, молча забрал у него шкатулку, и стал проверять, но не девушку, а кристаллы. Однако проверочные маркеры, находящиеся здесь же в шкатулке, показывали полную исправность определителей.
— Кстати, а где, — он указал на два пустых гнезда. На самом деле Леардо сразу заметил их отсутствие, но зная болезненное отношение Люцифиано к этим силам, сначала промолчал.
Даниэль поморщился, но вернув себе шкатулку, нажал какой-то незаметный выступ и показал Леардо два выскочивших в своих углублениях кристалла-определителя.
— Тьма и Смерть, зачем они тебе, тем более что девушка отреагировала на Свет.
Однако Анри следуя своей интуиции, забрал у него кристаллы и, положив их на грудь девушки, ничего не говоря, активировал печать определения Силы. И спустя положенное время медленно повернулся к другу.
— Тьма с примесью Смерти? — пораженно воскликнул Даниэль, — но как?!
Выхватив из шкатулки кристаллы Света, Жизни и Воздуха, он проделал такие же манипуляции и увидев результат, беспомощно плюхнулся на стул, растерянно переводя глаза с кристаллов на друга и обратно. Леардо не менее потрясенно делал то же самое.
— Основные магические составляющие источника — Свет и… Тьма. Есть предрасположенность к манипуляциям с Жизнью, Воздухом и… Смертью, — ровным тоном, хотя и с задержками проговорил Анри. Как будто член приемной комиссии, при магической академии, проверяющий поступающего абитуриента на сродство Силам.
— Нет, это бред какой-то! — воскликнул Даниэль, судорожно растирая ладонями лицо и пытаясь прийти в себя, — Свет и Тьма антагонистичны по своей природе, они неспособны ужиться в одном источнике. Я точно знаю! Даже если представить два таких источника в теле, это приведет к его мгновенному разрушению, ибо они все равно будут находиться рядом и войдут друг с другом в конфликт. Было бы какое-нибудь другое сочетание или одна составляющая являлась предрасположенностью, в такое еще можно поверить, но тут! Только если это будут два независимых источника! Но тогда нужно… А ведь… хотя… но…
Посмотрев на задумавшегося, трущего лоб и бормочущего что-то под нос друга, Анри вспомнил, что в свое время тот создавал химер с двумя магическими составляющими в источнике, делая их почти непобедимыми. И Леардо один из немногих, кто это знал. К тому же как раз у Люцифиано было редчайшее сочетание основной составляющей Жизни с предрасположенностью к Смерти, о чем он очень не любил вспоминать, особенно сейчас.
— А если все-таки представить, что у нее действительно было два независимых источника, — подумав, сказал Анри и продолжил, — тогда, у девушки, что бы, не допустить конфликта сил, должно быть, два сердца, ведь источники всегда связаны с их работой. И специальный магический орган, отвечающий за взаимодействие этих противоположных, по сути, сил…
Тут он обратил внимание на Даниэля, который подойдя к стенке, методично бился в нее головой. Анри так устал удивляться, что просто решил дождаться, когда Люцифиано успокоится. Тот через некоторое время вернулся, сел на стул и глядя в сторону, монотонно произнес:
— Я дважды болван.
— Пожалуй, не буду возражать подобному утверждению, но хотелось бы подробностей, почему? — с интересом спросил Леардо.
— У нее есть сердце с другой стороны, у нее два сердца, — также монотонно, продолжил Даниэль, — и, частично сохранившееся, непонятное магическое образование в районе солнечного сплетения.
— Два? И ты, зная, молчал об этом?
— Извини, но я просто забыл, — сильно смутившись, произнес Даниэль.
— Забыл?! Так, он забыл, ну как же, только не говори, что у тебя это, как его… старческая забывчивость?
— …
— Что, серьезно? Так, ты в путешествии на тот свет уже меня обогнал! Я пока еще подобным не страдаю, да-да! Советую немедленно попить соответствующей травки, понятно? — полушутя, полусерьезно, волнуясь за друга, отчитал его Леардо. И спустя некоторое время:
— Ладно, ты знаешь, что надо делать?
Даниэль судорожно кивнул, и напряженно произнес:
— Хотя я давно не работал с такой составляющей, но соответствующую конфигурацию для конструкта подобрать смогу. Но вот восстановить или воссоздать этот «орган»… Не имею не малейшего представления о его работе. И я очень надеюсь, что он находится в более-менее нормальном состоянии, иначе…
Люцифиано недоговорил, но Анри стало понятно, что жизнь, так и не очнувшейся спасенной девушки вновь повисла на волоске.
Однако, поскольку на дворе уже была ночь, а слуги устали осторожно скрестись в дверь, намекая, что хозяевам пора перекусить и поспать, они не стали ничего делать, отложив все до завтра. Да и слишком много моральных, и что уж говорить, физических сил было потрачено. Быстро отужинав, друзья отправились спать, с надеждой, что все завтра получится.
 
 
Лаборатория Даниэля Люцифиано. На следующий день
Анри проснулся поздно и, спустившись в трапезную, обнаружил только свой завтрак с запиской, чтобы как поел, приходил в лабораторию. Когда Леардо в ней появился, еще дожевывая какой-то пирожок, Даниэль уже был полностью погружен в процесс создания конструктов. Кивнув Анри, он попросил его надеть халат и немного подождать. Спустя некоторое время Люцифиано устало вздохнул и встав со своего рабочего места, жестом пригласил Анри к специальному столу, где лежала девушка.
— Будешь помогать, мне сложно контролировать подачу энергии одновременно на оба конструкта и управлять внедрением, — сосредоточенно и с усталостью в голосе проговорил он.
Анри показалось, что друг спать так и не ложился, а всю ночь провел за созданием новых конструктов. «Надо будет сегодня его заставить пойти спать как можно раньше, — с тревогой, подумал Леардо, — а то еще сляжет от переутомления, или чего похуже будет».
— Держи кристалл, тебе темный, и не морщись, на мне основной контроль, так что потерпишь, дальше подключаешься к энерговоду, вот переходник, встаешь с левой стороны, я с правой, — начал инструктировать его Даниэль. Объяснив подробно все действия друга, и убедившись, что тот его правильно понял, Люцифиано попросил занять требуемую позицию.